особы, настоящая катастрофа.
Мужчины так и липли к красавице и судя по тому, с каким печальным видом её покинул благородный господин в жёлтом костюме. Карточка мисс Баверти и вправду была заполнена.
— Интересно, кто будет открывать бал? — послышался голос той самой сплетницы в маске с розами.
— Насколько я помню, раньше открывали бал двумя парами: мистер Хэлтор вместе с леди Лэнгвертон и покойная Офелия Хэлтор, в паре с братом Эбигейл. Они уже не первое поколение являются добрыми соседями и данная традиция как по мне, очень даже милая. Интересно, кого пригласит Адам сегодня?
— Кто будет, тот и будет. — рассеянно, ответила ей подруга. — Главное что бы мне достался хотя бы один танец с капитаном, иначе в моём присутствии на этом балу нет никакого смысла.
Неожиданно заиграла торжественная музыка, приглашающая всех гостей к танцам. Центр зала быстро освободили, судя по некоторым перемещениям, мужчины решили сразу найти своих дам, что бы не пропустить первый танец.
Адам Хэлтор держал за руку мисс Эбигейл, в то время как её брат Калеб, пригласил Дариэль Баверти. Каждый стал на свою позицию и музыканты затихли, что бы в следующее мгновение разорвать тишину нежной и вместе с этим оживлённой мелодией.
Судя по движениям, бал решено было открывать танцем "Эрриль". Анна знала его, пусть и не так хорошо как требовалось для леди. Особенность этого танца заключалась в том, что две пары исполняют несколько движений, а потом к ним должны присоединиться все остальные. Этот танец никогда не считали за первый, что создавало дополнительную возможность для флирта.
«Неужели мистер Хэлтор решил не акцентировать внимание на себе. Интересно, с чего это?» — подумала девушка, не сводя глаз с мужчины.
Глядя на то, как они исполняют начальные движения танца, она впервые увидела Эбигейл с другой стороны. Несмотря на благородное происхождение, лучшее образование, восхитительный наряд и украшения, она казалась самой неловкой в этой четвёрке. Ей не хватало безупречной элегантности Адама, чувственности Дариэль Баверти, стремительности и красоты её брата.
Она была безусловно прекрасна, но на таком контрасте, выглядела лишь бледной тенью и что самое главное, она этого не осознавала. То, каким взглядом Эбигейл смотрела на Адама, это было на грани приличия. В этом взгляде было всё! Обожание, безграничное доверие, страсть и конечно же любовь. Теперь Анна в полной мере осознала, о чём говорили слуги и в частности мисс Мелис — Эбигейл боготворила мистера Хэлтора.
Эти пару движений, благодаря которым леди Лэнгвертон стала центром внимания, показали истинную суть девушки. Она была давно и безнадёжно влюблена в Адама, и ей было всё равно, как она выглядит, что подумают люди. Эбигейл растворялась в своих чувствах, отдаваясь им без остатка.
Но вот, к ним уже присоединились другие пары и это мгновение перестало принадлежать двоим. Анна смотрела не отрывая взгляда и думала только о том, почему такая сильная любовь обречена на страдания? Ведь в глазах Адама Хэлтора не было такой же страсти, что разрывала душу леди Лэнгвертон. Но смотрел холодно и отстранённо, словно обдумывал праздничное меню или прочитанную накануне книгу. Движения его были отточенными, но лишёнными чувства. Когда всё закончилось, он дежурно поцеловал руку девушки и сразу же покинул её.
Айрин была неподалёку, её пригласил на танец очень старый мужчина и судя по напряжённому лицу подопечной, это был кто-то из Грейсилов. Поскольку подслушать разговор во время танца не вышло бы, девушка просто подошла чуть ближе к тому месту, где Айрин получила приглашение, в надежде, что после танца они вернутся к этой позиции.
Сердце ощущалось тяжёлым камнем в груди, ведь если Айрин не справится и у кого-то из Грейсилов будут претензии к её воспитанию, прежде всего отчитают гувернантку, а не девочку. Поэтому Анна внимательно следила за танцующими, что бы вовремя приблизиться и иметь возможность дать Айрин подсказку.
Неожиданно, она ощутила лёгкое прикосновение к своему плечу и обернувшись, увидела мистера Хэлтора, что тут же поклонился.
— Вы позволите украсть у вас один танец?
Несмотря на вежливость и безусловную учтивость, девушка ощутила, как холодеют руки. Мало того, что ей разрешили поприсутствовать на балу, сменив платье гувернантки на наряд благородной госпожи, так ещё и сам хозяин вечера решил пригласить её на танец. В горле застрял твёрдый и колючий ком, из-за которого было сложно дышать. Не то что дать ответ.
— Полагаю ваше молчание можно расценить как согласие? — с хищной улыбкой произнёс Адам, после чего взял гувернантку за руку и вывел в центр зала.
Ноги совсем не слушались, но Анна следовала за ним и когда заиграла музыка, она вступила вместе с мужчиной, следуя и при этом, не позволяя полностью забрать инициативу на себя. Это был популярный в Милгоре танец, очень нежный и чувственный. Танец, от которого должна кружиться голова и теперь, девушка понимала значение этого выражения в полной мере.
Музыка, действовала на ноги, словно в её тело кто-то или что-то вселилось. Подчиняясь зовущим звукам «Девы Луны», Анна позволила себе стать частью этого общества. Пусть всего на мгновение, но ощутила себя настоящей леди. Такой же утончённой как мисс Эбигейл и страстной, как мисс Дариэль. Действовала ли так одна музыка, или всему виной был обжигающий взгляд барона, оставалось только гадать, но девушка наслаждалась каждым мгновением и когда зазвучали переломные ноты второго акта, при котором следовало сменить партнёра, она попыталась отстраниться.
— Не останавливайтесь, мисс. Прошу вас, продолжайте. У вас так хорошо получается, — мягко произнёс Адам, удерживая девушку подле себя.
Мелодия «Девы Луны» сменилась «Рассветным цветком», и пары вновь погрузились в танец. Но Анна уже не могла расслабиться и смотрела на барона с долей опасения. Ей не хотелось злоупотреблять его добротой, и такая близость, оказалась настоящим испытанием.
— Вы восхитительны! — произнес мужчина. Его рука лежала на талии, как полагается, но при этом даже через ткань платья и корсаж, девушка чувствовала жар его тела. В этом было нечто магическое, тёмное и невероятно притягательное. На мгновение показалось, что глаза барона стали ярче, словно магические искры выглянули на поверхность этого омута.
Чувствуя себя на грани, гувернантка хотела остановиться, но он попросил:
— Нет, не стоит прерывать столь радостное мгновение. Вы должны танцевать со мной, мисс Лейн. Хотя бы до тех пор, пока музыка не стихнет.
Его объятия ощущались стальным капканом, из которого не было никакой возможности выбраться.
— Так не принято. — возразила Анна. — Вашей милостью я оказалась на этом балу, но мне совсем не место в вашем мире. Ваш удел сиять,
