Ознакомительная версия. Доступно 16 страниц из 101
Скоро послышались крики впередсмотрящего, который заметил по правому борту быстро приближавшийся корабль. Но уже через несколько минут стало понятным, что незнакомое судно не собирается преследовать «Альбу», а просто борется с ветром и идет галсами, стремясь следовать в южном направлении.
— Галера под христианским флагом, а рвется к турецким берегам, — пробормотал Родриго, вглядываясь в очертания корабля, который вызывал у него все больше подозрений.
Скоро ветер и волны приблизили незнакомца к «Альбе» настолько, что можно было различить лица людей на палубе. И вдруг Габриэле, подавшись к борту, воскликнул:
— Святые угодники, да это же Коршун! Это его посудина!
Ринальдо, Родриго и матросы разом насторожились. Слухи о мусульманском пирате, плавающем под христианским флагом, уже несколько месяцев будоражили таврийские города. В отличие от большинства итальянских работорговцев, вывозивших на продажу в основном татар, половцев и черкесов, Коршун охотился за христианами, а рейды свои совершал под видом христианского купца, чтобы обезопасить себя от нападения родосских рыцарей.
Родриго, убедившись, что Габриэле не ошибся, воскликнул:
— Черт меня побери, если я не прикончу этого гада!
Увидев, как напряглось лицо Родриго, а рука непроизвольно легла на эфес сабли, Вера попыталась его остановить:
— Зачем тебе это сейчас? Коршун не собирается нападать, а нам какой резон? Какая прибыль? Ведь он торгует рабами, а нам они ни к чему!
— Прибыль? Да если мы прикончим этого губителя христианских душ, то заслужим награду от самого Великого магистра!
— Родриго, ты хочешь поступить в угоду своему тщеславию! — воскликнула Вера. — Но это вопреки разуму! Вы с Ринальдо всегда совершали рейды на двух кораблях, а сейчас твоя «Альба» одна, и половина команды осталась на берегу!
— Ничего, мы справимся и на одной галере! — В глазах Родриго сверкнул азарт борьбы, когда он повернулся к Ринальдо: — Что скажете, капитан «Вероники»?
— Скажу, что этого стервятника надо подбить! — заявил Ринальдо. — А наши люди всегда готовы к бою, и никто из них не станет возражать.
— Кроме меня! — поморщилась Вера, которая вдруг поняла, что плавание в Константинополь теперь может быть отложено. Но уже в следующий миг, когда ее зоркие глаза вгляделись в лица людей на палубе мусульманского корабля, она возбужденно воскликнула: — Нет, я не буду против! Я хочу сражения! Там Угуччоне! Он помогает Коршуну торговать христианскими пленниками! А чего еще ожидать от этого подонка?
— Вероника, успокойся и иди в каюту, — обратился к ней Ринальдо. — Обещаю, мы приведем к тебе связанного Угуччоне, и ты придумаешь ему кару.
— Нет, я не буду сидеть и ждать! — упрямо тряхнула головой Вера. — Тем более что вы не знаете его в лицо, только я знаю!
Скоро на «Альбе» все пришло в движение, и уже ни Ринальдо, ни Родриго не могли помешать девушке, настроенной более чем решительно.
Приготовление к бою было замечено на галере работорговца, и, видимо, там рассудили, что могут проиграть, а потому предпринимали все усилия, чтобы уйти от «Альбы». Но Родриго уже отдал приказ отсечь кораблю Коршуна путь к азиатскому побережью. Быстрым маневром обойдя мусульманскую галеру с юга, «Альба» вынудила противника повернуть в другую сторону. Сильный южный ветер помогал отгонять корабль Коршуна к северу. И, едва работорговцы пытались вывернуться от преследования, повернув на юго-восток, как «Альба» снова преграждала им путь.
Вера рвалась немедленно вступить в бой, но Родриго и Ринальдо решили не идти на абордаж до тех пор, пока не отгонят мусульманский корабль на север, поближе к бухтам между Монкастро и Ликостомо, где у Коршуна уж точно не могло отыскаться сообщников.
На галере работорговцев пока еще не совсем поняли намерения преследователей, и даже раздавались голоса вступить с генуэзцами в переговоры. Против этого были Коршун, двое его помощников и Угуччоне, который твердил, что от «Альбы» надо только уходить, потому что ее капитан — человек ордена иоаннитов, безжалостный к мусульманским пиратам и работорговцам. Угуччоне приходилось слышать об успешных рейдах «Альбы» и «Вероники», он не верил в мирный исход переговоров и советовал Коршуну, уж коль отрезан путь к азиатскому берегу, стремиться дотянуть до Месемврии, возле которой могут прийти на помощь турецкие корабли.
Тревога на палубе передалась и пленникам, запертым в трюме. Они не знали, что надвигается: шторм или бой, но и то и другое могло грозить им как гибелью, так и освобождением. Впрочем, гибель была гораздо более вероятным исходом...
Думали об этом и Аврелия с Кириеной, которых работорговцы посадили не в трюм, а отдельно, в крошечную каюту, где кроме них были заперты еще три молодые красивые девушки. Это оказались поселянки из окрестностей Кафы, которых схватили у ручья, когда они стирали белье. Старших женщин не тронули, ловили только молодых и привлекательных, а это означало, что пленницы предназначены для гаремов и борделей. Из троих лишь одна девушка плакала, убиваясь от разлуки с родителями, а двое других выглядели безразличными. Они были сиротами, и, видимо, жизнь в родной деревне казалась им не лучше того, что их ждет впереди.
Когда на корабле начался шум и суета, Аврелия приникла к самой двери, пытаясь хоть что-нибудь услышать. Вскоре дверь распахнулась, едва не сбив ее с ног. На пороге стоял Угуччоне, за его спиной маячил Гварко. Генуэзец с порога обшарил каюту беспокойным, цепким взглядом, словно хотел убедиться, что все пленницы на месте. Аврелия тут же кинулась к нему с вопросом:
— Что там происходит наверху? Вы за кем-то гонитесь или от кого-то убегаете?
Угуччоне оттолкнул девушку от двери и раздраженно произнес:
— Сидите тут и помалкивайте!
Аврелия не сдержалась и с ненавистью выкрикнула ему в лицо:
— Уж мы не будем помалкивать, когда ты, душегуб, предстанешь перед судом!
Генуэзец сделал неопределенную гримасу и вышел, резко захлопнув за собой дверь.
— Зря ты так сказала, раньше времени не надо его озлоблять, — вполголоса заметила Кириена.
И, словно в подтверждение ее слов, Аврелия, снова приникнув к двери, услышала, как Угуччоне приказал сообщнику:
— Эти две кафинские девки из благородных семей, от них в случае опасности надо избавиться, а то хлопот не оберешься. Ты понял меня, здоровяк?
— А нам как быть, если Коршуна захватят? — растерянно спросил Гварко. — Не погибать же вместе с этими турками? Дьявольщина! Ты обещал, что никакой опасности не будет!
Ознакомительная версия. Доступно 16 страниц из 101
