на первый электрод и попыталась прикрепить его к его груди. Пальцы тряслись так сильно, что электрод выскользнул и упал на кушетку.
Я закусила губу, пытаясь сдержать слёзы, и взяла следующий. Снова дрожь. Гель размазался по коже, электрод лег криво.
— Я… я позову другую медсестру, — выдохнула я. — Светлана Ивановна сейчас в соседнем кабинете, она…
Я уже повернулась к двери, когда Виктор поймал меня за запястье и дёрнул на себя. Я оказалась у него в объятиях, прижатая к его обнажённой груди.
— Не надо никого звать, — хрипло сказал он мне в волосы.
Я упёрлась ладонями ему в грудь, пытаясь отстраниться, но он не отпускал. Виктор был так близко, что я чувствовала, как быстро бьётся его сердце.
— Виктор, отпусти, — прошептала я дрожащим голосом. — Пожалуйста… Я не могу сейчас.
— А я могу, — ответил он, не ослабляя хватки. Его ладонь легла мне на спину, прижимая ещё ближе. — Я три дня думал только о тебе.
Всё тело трепетало от напряжения, от облегчения, от того, что он здесь и держит меня так, будто боится, что пропаду.
— Прости… — едва слышно выдохнула я ему в грудь. — Я была неправа.
— Это ты меня прости, — прошептал Виктор и слегка отстранился и большим пальцем осторожно стёр слезу с моей щеки. — Ругаю племянника за ребячество, а сам такой же.
И Виктор меня поцеловал.
Поцелуй получился глубоким, горячим и немного отчаянным. Его губы были настойчивыми, требовательными, но при этом удивительно нежными. Одной рукой Виктор крепко обнимал меня за талию, второй запутался в моих волосах, прижимая голову, чтобы поцелуй стал глубже.
Я невольно застонала ему в губы, чувствуя, как по телу разливается жар. Руки сами собой обвили его шею, пальцы впились в волосы на затылке.
Когда мы наконец оторвались друг от друга, я тяжело дышала, прижимаясь лбом к его груди.
— Там… там очередь, — прошептала я, пытаясь собраться с мыслями.
Виктор тихо усмехнулся, не отпуская меня из объятий, медленно поглаживая мою спину.
— Если хотят премию получить, то подождут. — Он провёл большим пальцем по моей нижней губе.
Я не удержалась и впервые за эти три дня по-настоящему улыбнулась.
— Какой ты властный, — усмехнулась, снова прижимаясь к нему. — Прямо босс боссов.
— Для тебя могу быть кем угодно.
И поцеловал меня снова: жадно, глубоко, будто хотел наверстать все три дня разлуки прямо сейчас.
Глава 12
Следующий месяц пролетел как сон. По утрам он иногда заезжал подвезти меня, хотя больница была в противоположной стороне от его офиса. Виктор не предупреждал заранее, просто писал короткое: «я жду тебя внизу», и я ещё сонная спускалась, а он уже протягивал мне кофе в бумажном стаканчике.
После дневных смен мы чаще всего ехали ужинать в тихие места или гуляли по набережной, если оставались силы. А вот после суточных Виктор всегда старался встретить меня сам. Я выходила еле живая из больницы, а он уже ждал у входа. Вот только я почти всегда засыпала прямо в машине.
Один раз я очнулась уже у своего подъезда и не сразу поняла, где нахожусь. Посмотрела на часы, судя по времени, мы должны были приехать как минимум час назад.
— Почему не разбудил? — сонно пробормотала я, потирая лицо. — У тебя же наверняка куча дел...
Виктор улыбнулся, глядя на меня с нежностью.
— Мне нравится смотреть, как ты спишь, — мягко ответил он.
Я шутливо его поругала, сказала, что он слишком большой начальник, чтобы вот так простаивать у подъезда, но в глубине души мне было приятно от его слов, хоть они и ужасно смущали.
Первый раз я осталась у него дома спустя три недели. Мирон в тот вечер был у своей бабушки по маминой линии, и в огромном доме было удивительно тихо. В тот вечер Виктор сказал, что сам приготовит ужин. Я сидела на высоком стуле у кухонного острова, наблюдая, как Виктор уверенно орудует ножом и сковородками.
После ужина он убрал тарелки, затем подошёл ближе, обнял меня за талию и поцеловал.
— Не уходи сегодня, пожалуйста… — прошептал он мне в губы, не отрываясь.
Я только кивнула, как Виктор тут же подхватил меня на руки. Я испуганно охнула и вцепилась ему в плечи.
— Подожди! Я тяжёлая! Не надо! — громко запротестовала я, боясь, что он надорвется.
Но он даже не подумал поставить меня на пол. Наоборот, крепче прижал к себе.
— Ты идеальная, — сказал он, легко неся меня через гостиную в спальню. — Хватит себя обзывать.
Я обхватила его за шею, пряча пылающее лицо у него на плече. В спальне Виктор осторожно опустил меня на большую кровать и навис сверху, не давая отвести взгляд.
— Ты даже не представляешь, как сильно я тебя хочу, — хрипло сказал он
Его руки скользнули под платье, стягивая его. Я инстинктивно попыталась прикрыться, но Виктор перехватил мои запястья и прижал их к кровати над головой.
— Не прячься от меня, — сказал он, целуя шею, ключицы, спускаясь ниже. — Ты очень красивая, Лена…
Он был горячим, сильным, полностью сосредоточенным на мне, и в какой-то момент я наконец забыла про все свои комплексы. Было только его тяжёлое дыхание у моего уха, его губы на моем теле, и наше общее разделенное на двоих желание.
Утром я открыла глаза и сразу встретилась взглядом с Виктором. Он лежал на боку и смотрел на меня.
— Доброе утро, — он наклонился, чтобы поцеловать меня.
Я быстро отвернулась и прикрыла рот ладонью.
— Подожди! Я ещё зубы не чистила…
Виктор фыркнул и всё равно поцеловал меня, сначала в щёку, потом в висок, затем в уголок губ.
— Даже так ты обворожительна, — он провел большим пальцем по моей нижней губе. — Утром ты особенно вкусная.
Я попыталась спрятаться под одеяло, но он не дал. Через пару минут я всё-таки выскользнула из кровати и убежала в душ. Горячая вода только успела разогреться, как за моей спиной раздвинулась дверца и в кабинку вошёл Виктор.
— Я подумал, тебе может понадобиться помощь, — промурлыкал он, прижимаясь ко мне сзади. Его руки легли мне на талию, губы коснулись мокрого плеча, он начал ласкать меня под струями воды.
— Виктор… — выдохнула я.
Вода стекала по нашим телам, делая кожу скользкой, а все ощущения особенно острым. Его губы не отрывались от моей шеи и плеча, покусывая и целуя.
— Такая мягкая… такая горячая… — От его слов у меня подгибались колени, ноги дрожали, внутри всё сжималось.
Из душа мы выбрались примерно час спустя. Виктор завернул меня в
