Кейт начала понемногу расслабляться, чему помогли ощущение уюта и вкусная еда. К тому же остальные посетители не обращали никакого внимания ни на нее, ни на Ралфа. Не удивительно, что ему нравится здесь бывать.
Но когда подали очередное блюдо, Кейт в притворном ужасе закатила глаза:
— Все просто восхитительно, но лучше вовремя остановиться, чем лопнуть.
— У тебя нет причин для беспокойства. Ты в отличной форме. К тому же какое-то время ты можешь не заботиться о том, чтобы постоянно быть в полной боевой готовности перед камерой, — улыбнулся Ралф.
Это было довольно жестоким напоминание о том, что ей так хотелось бы забыть. Она постаралась сохранить безразличный вид, но глаза выдавали ее.
— Тебе еще не поздно вернуться к прежней работе, — сказал Ралф, уловив перемену в настроении Кейт. — Эта Миллер будет прыгать до потолка от радости.
Только из-за того, что я знакома с самим Ралфом Хойтом, подумала Кейт. И, решительно отмела все соблазны.
— Боюсь, что ничем не смогу ее порадовать. К тому же у меня уже есть другая работа.
Пораженная собственными словами, она замолчала. Но, с другой стороны, в глубине души Кейт ни на миг не сомневалась, что примет предложение Ралфа.
— Но, возможно, я покажусь тебе худшим партнером, чем Пол Элмер, — сказал Ралф нарочито суровым тоном. — Я жесткий и требовательный — короче говоря, настоящий сукин…
Ее смех почти заглушил конец фразы:
— Мне не привыкать. И не думай, что после твоих слов мое мнение о тебе изменится. А теперь, пожалуй, нам пора поговорить о книге и выяснить, чего мы, собственно, ждем от нашего сотрудничества, — уже серьезно добавила она.
— Завтра у нас будет достаточно времени, чтобы обсудить детали, — возразил Ралф.
— Но ведь…
Он накрыл ее руку своей.
— Никаких «но». Все, что я собираюсь сделать сегодня вечером — это отвезти тебя домой. Где ты ляжешь спать…
Его прервала Бетти, сообщившая, что звонит Сол.
— Должно быть, что-то важное. Только Солу известно, где меня можно найти, — сказал Ралф.
Когда он вернулся, его лицо было озабоченным.
— Кажется, журналисты решили разбить лагерь вокруг моего дома. Едва ли они оставят меня в покое, если не прибегнуть к крайним мерам.
У Кейт от волнения пересохло горло. Если бы не она, этого никогда бы не случилось.
— Мы можем поехать ко мне, — робко предложила она.
— Благодаря Полу мы, похоже, приобрели одинаковую известность. У твоего дома тоже наверняка пасутся эти типы.
Да, подумала Кейт, одно дело — охотиться за сенсациями, и совсем другое — становиться объектом охоты.
— И что мы будем делать? — поинтересовалась она.
Ралф минуту размышлял. Затем посмотрел на нее в упор:
— Есть очень простое решение. Если ты ничего не имеешь против, мы проведем эту ночь вместе.
После всех волнение дня Кейт думала, что уже ничто не способно ее удивить. Но сейчас ей стоило большого труда не открыть рот от изумления.
— Что-о… — начала Кейт и замолчала, услышав свой прерывистый голос. Ни в коем случае нельзя было показать ему, с какой готовностью она принимает его предложение, — даже если он говорил не в переносном смысле. — Что ты имеешь в виду? — Она постаралась задать вопрос обычным тоном.
Ралф устремил на нее испытующий взгляд, который ясно давал понять, что он читает ее мысли, словно раскрытую книгу.
— Вообще-то, я ожидал услышать, что ты во всем полагаешься на меня. Потому что мне нужно твое доверие, чтобы выпутать нас обоих из этой истории, — весело сказал Ралф.
Да, именно из-за нее они оказались в столь щекотливом положении. И Кейт вполне отдавала себе отчет, что будет виновата, если его нынешний план потерпит неудачу.
— Ну, так как же? — настаивал Ралф.
Она ответила, с нарочитой четкостью выговаривая слова:
— Я полагаю, что могу доверять тебе. Но только на небольшой период времени, начиная с данного момента.
Несколько минут спустя они уже неслись по шоссе по направлению к центру города.
— Не очень-то подходящее убежище, — заметила Кейт, когда Ралф затормозил у входа в шикарный современный отель и швейцар помог ей выйти из машины.
— Но ведь общеизвестно, что лучше всего спрятаться у всех на виду, — подмигнул ей Ралф, отдавая ключи от машины подбежавшему к ним молодому человеку в униформе.
Казалось, их здесь ожидали, потому что сразу же провели к небольшому лифту, который поднял их на самый верх, в президентские апартаменты.
Никаких регистрационных формальностей не последовало. Вместо этого коридорный торжественно распахнул перед ними двери номера. Ралф пропустил Кейт вперед и спросил:
— Ну как?
— Как?! Да у меня просто нет слов! Но ты должен взять у меня половину денег за этот номер.
— Хозяин отеля — мой друг, — объяснил Ралф, решительно отклонив ее намерение. — С президентами в этом месяце туго, так что он был рад предоставить нам этот номер в качестве убежища.
Слово «убежище» было чересчур скромным для этих поистине королевских покоев. Широкая, покрытая ковром лестница вела из холла, где висели подлинные произведения живописи известных мастеров, в спальни и ванные комнаты. Их было две — отделанные мрамором, с золочеными кранами.
В спальнях, тоже двух, обивка стен и мебели сочетала все оттенки бирюзового и золотого. Их разделяла комната, служившая гардеробной, вдоль стен которой тянулись шкафы и полки.
Ралф подождал, пока Кейт спустилась обратно в холл, и через гостиную, обставленную антикварной мебелью, повел ее на широкую открытую террасу, залитую лунным светом. Звезды были так близко, что, казалось, до них можно дотронуться рукой.
Ралф сделал нарочито непонимающее лицо.
— Тебе здесь не нравится?
— Мне очень нравятся комнаты, — сказала она, умышленно подчеркивая последнее слово.
— Но тебе не нравится идея разделить их со мной? — Ралф обвел апартаменты широким жестом. — Думаю, двоим здесь не будет тесно. Мы можем даже совсем не общаться друг с другом, если тебя так больше устраивает.
Но он ведь все равно останется рядом, и Кейт знала, как трудно будет преодолеть искушение.
— Но… но у меня нет с собой ничего из вещей, — пролепетала она.
— Я попросил принести из машины сумку, которую ты привезла из студии, — ответил Ралф. — Насколько я помню, там есть все, что тебе нужно на первое время.
Кейт вздохнула. Неужели Ралф не понимает, что проблема в нем самом? Или в ней? Потому что она знала: скрытый вызов, прозвучавший в его предложении разделить с ним апартаменты, означал именно то, что в этот раз никакого продолжения не последует.
