срывался на крик, но я уже не слушал.
Я больше никогда не хотел её слышать.
Я должен был найти Алену.
И должен был ей всё рассказать.
* * *
Я выехал из двора и просто поехал вперёд, без цели, без направления. Мне было всё равно, куда приведёт дорога. Главное — уехать как можно дальше.
В голове стучала только одна мысль: это невозможно.
Приворот? Гипноз? Это же какая-то бредовая мистика, сказки для наивных. Я всегда считал себя рациональным человеком, который верит в факты, а не в какие-то заговоры и проклятья. Но… что тогда со мной случилось?
Если исключить невозможное, то остаётся только невероятное.
Я выжал газ, чувствуя, как сердце глухо отбивает ритм в груди. Город размывался за окнами, но я не замечал его.
Я не помню, как разлюбил Алену.
Не помню ни одного момента, когда мне стало с ней неинтересно, когда я захотел уйти.
Я не помню, как влюбился в Оксану.
Всё просто случилось. Как вспышка. Как будто кто-то выключил один свет и включил другой.
И самое страшное — я не помню своих дочерей.
Не то, как они росли. Не их голоса. Не их лица в детстве.
Шестнадцать лет я жил, не чувствуя к ним ничего.
Я сжал руль так, что пальцы побелели.
Если это правда, если Оксана действительно сделала это со мной…
Чёрт.
Я не мог это переварить.
Я резко свернул на парковку у небольшого бара, заглушил двигатель и закрыл глаза.
Чем больше я думал, тем страшнее становилось.
Я знал, что сделал ужасную вещь. Оставил семью, забыл своих детей. Но теперь… теперь я начинал понимать, что в этом было нечто большее.
Я не просто ушёл.
Меня забрали.
Тошнота подкатила к горлу.
Я хотел сказать себе, что всё это глупость. Что я просто ищу оправдание, чтобы загладить свою вину. Что просто пытаюсь списать всё на мистику, лишь бы не признавать себя подонком.
Но… если всё это ложь, то почему я не чувствую привязанности к Оксане?
Почему даже в самые хорошие моменты с ней я никогда не ощущал счастья?
Я никогда не чувствовал, что она — мой человек.
Я жил, как по сценарию.
Работа, дом, жена, дети.
Но никакой любви.
Как будто моя жизнь просто… случалась.
Я ударил кулаком по рулю.
Я не мог так просто оставить это.
Я достал телефон и набрал номер Олега.
— Вадим? — голос был уставший, но не раздражённый.
— Ты можешь подъехать?
— Что-то срочное?
— Да.
Он задержался на пару секунд.
— Ладно. Где ты?
— Бар «Старый город».
— Буду через двадцать минут.
Я сидел в машине, глядя в лобовое стекло, но видел перед собой не улицу. Я видел своё прошлое. То, что теперь оказалось под сомнением.
Когда Олег зашёл внутрь, я уже заказал нам по чашке кофе.
— Ну, что за срочность? — он сел напротив, кивнул бармену.
Я молчал пару секунд.
— Помнишь наш разговор? Когда я спросил, не замечал ли ты, что со мной что-то не так после ухода от Алены?
Он медленно кивнул.
— Помню.
— Кажется, у меня появилось объяснение.
Он нахмурился.
— Какое?
Я провёл рукой по лицу, наклонился вперёд.
— Ты скажешь, что это бред, но… Оксана приворожила меня.
Олег замер.
Пару секунд он просто смотрел на меня, а потом медленно моргнул.
— Прости, что?
— Она сделала что-то… — я сжал ладони, подбирая слова. — Приворот, гипноз. Что-то, что заставило меня уйти.
Олег внимательно посмотрел на меня, потом усмехнулся и покачал головой.
— Вадим, ты себя слышишь?
— Я слышу. — Я сжал челюсть. — И я бы тоже назвал это бредом.
— Ну так почему ты в это веришь?
Я провёл языком по губам, наклонился вперёд.
— Потому что я не помню, как разлюбил Алену.
Олег перестал улыбаться.
— Я не помню, как я начал тянуться к Оксане. Не помню, когда впервые почувствовал к ней что-то.
Он нахмурился.
— Ты же знаешь, что так бывает. Люди забывают чувства.
— Но не так, Олег. — Я посмотрел ему в глаза. — Я никогда не вспоминал своих дочерей.
Он замер.
— За шестнадцать лет я ни разу о них не подумал. Разве это нормально?
Он молчал.
— Если бы я ушёл по своей воле, я бы хотя бы… не знаю, переживал бы за них. Хотел бы видеть. Хоть что-то.
Олег сжал губы, убрал руку с чашки.
— А я ничего не чувствовал.
Я откинулся на спинку стула.
— Я подслушал её разговор. Оксана говорила по телефону, она сама призналась в этом.
Олег долго смотрел на меня.
Потом тяжело выдохнул.
— Ну, допустим, она это сделала. И что теперь?
Я провёл ладонью по лицу.
— Я хочу найти дом той старухи, которая ей помогала.
— И что? Думаешь, это тебе что-то даст?
— Я должен попробовать.
Олег наклонился ближе.
— Ты хочешь вернуть Алену, да?
Я сжал пальцы в кулак.
— Хочу вернуть себя.
Он выдохнул, потер шею.
— И когда ты собираешься ехать?
— Как только узнаю, где она жила.
Олег кивнул, откинулся на спинку диванчика.
— Ну что ж, удачи тебе, Вадик.
Я поднял на него взгляд.
— Но если всё это правда… — он покачал головой, усмехнулся. — Твоя жизнь — это уже не просто трагедия. Это какой-то чёртов триллер.
Я не улыбнулся.
Я просто знал, что не остановлюсь.
* * *
Хлопнула дверь, разрезая тишину подъезда. Я стоял перед ней, сжимая кулаки, чувствуя, как внутри всё сжимается в тугой, пульсирующий ком. Мне нужно было поговорить с ней. Мне нужно было, чтобы она услышала меня. Чёрт, мне нужно было, чтобы она поняла.
Я стукнул в дверь. Громко. Раз, второй. Внутри что-то дрогнуло — я знал, что она там. Она знала, что это я.
— Алена, открой.
Тишина.
Я стиснул зубы, почувствовал, как в груди закипает злость.
— Открой, нам нужно поговорить.
Шаги. Быстрые, раздражённые.
Она распахнула дверь так резко, что та ударилась о стену.
— Ты с ума сошёл?!
В глазах злость, руки скрещены на груди. Она была в домашней одежде, волосы собраны в небрежный пучок, дыхание сбившееся, как будто нервничала. Чёрт, как давно я не видел её вот такой. Живой. Настоящей.
— Нам нужно поговорить.
— Нам не о чем говорить, Вадим.
Я шагнул ближе, не давая ей закрыть дверь.
— Один день, Алена.
Она выдохнула, стиснув челюсть.
— Ты спятил.
— Один день.
— Нет.
— Ради нашего прошлого.
Что-то дрогнуло в её глазах. На мгновение. Но она тут же взяла себя в руки.
— Нашего прошлого не существует. Ты вычеркнул его шестнадцать лет назад.
— Если я ошибся, ты
