обычное несварение. Но на всякий случай мы подождем результаты. Ваш сын вон, в машинки играется.
Мать рванула к Степке и обняла его. Мальчишка только и смог, что выдавить
–Я все равно хочу, чтобы вы сделали УЗИ. Я готов заплатить. Любые деньги – вмешался отец.
Доктор кого-то позвал:
–Маш, сходи узнай, что там с анализами. И загляни к УЗИсту. Сможет он мальца посмотреть.
Эти пациенты его явно раздражали, но по опыту он знал, такие папаши душу вывернут, но заставят сделать и УЗИ, и рентген всего организма. А потом и на МРТ повезут, если надо, то на вертолете. Он оглядел приемную. Отец стоял в позе тигра, готового кинуться на жертву. А мать уже обнимала мальчишку и рыдала. «Да, с такими психами жизнь у парня обречена,» – подумал он и опять принялся что-то писать.
Через пятнадцать минут анализы были готовы. Еще через двадцать мальчику сделали УЗИ, и отец добился того, чтобы его посмотрел еще один специалист.
Степан был в порядке и не нуждался в медицинском наблюдении.
Троица в абсолютной тишине покинула больницу. Также молча Олег усадил сына в кресло, а Лена забралась на переднее сидение его машины. Он уселся, схватил руль, и Лена впервые заметила, что у Олега трясутся руки.
– Я везу вас домой? – спросил он.
– Да, поехали.
Глава 13
Они молча поехали к Лене на съемную квартиру. Степка быстро заснул на заднем сидении.
Взрослые сидели молча. Каждый думал о своем, но в открытые окна автомобиля вылетали тысячи мысленных благодарностей. Прямо в небо.
Лена молча вошла в квартиру. Олег прошел вслед за ней. На руках он нес уснувшего малыша. Они уложили его в кровать и вышли из детской, погасив свет.
Лена открыла шкаф и достала рюмки и бутылку коньяка.
– Не знаю, как ты, а мне нужно выпить.
Олег кивнул и сел за стол. Он впервые за все время заметил, что на нем старые шорты и не самая лучшая футболка швами наверх. Потом обратил внимание на бывшую жену. Она стояла в красивом платье и разодранных колготках. До колена это была сплошная дыра.
–Ты где-то туфли потеряла? – Спросил он, потому что не знал, что еще можно спросить.
– Да, выкинула, когда бежала.
– Прости, что так вышло. Но его вырвало. Все было хорошо, мы ели мороженое, он прыгал на батуте, смотрел мультики, а потом он посерел. И ему стало очень плохо. Я испугался, вспомнил твои слова от воспитателей. Позвонил тебе, а ты не берешь. Я и погнал в больницу. Боялся, вдруг аппендицит. Или еще что хуже.
– Ты все правильно сделал. – Сказала она с благодарностью. Ей хотелось добавить, что он ее спас. По-настоящему. Но не стала.
Она нарезала лимон ломтиками. Из холодильника достала сыр, колбасу. Соорудила салат и села.
Он налил в рюмки янтарный коньяк, и они выпили. Лена скривилась. Он даже не поморщился. Олег не почувствовал градус. Тело до сих пор горело от пережитого страха.
С тех самых пор как его сын родился на свет, он не переставал бояться за него. Но даже не думал, что страх может принять такие формы безумия. На секунду он подумал о том, как выглядел со стороны.
На секунду она подумала о том, как выглядела их семейка у врача. А еще о том, как ей повезло. Как ей невероятно повезло, и она не нырнула в грязь с головой, а только зашла по колено. Еще можно отмыть. Можно все изменить. Она спаслась. От самой большой ошибки в жизни. От неподъемного груза.
Олег уже смеялся.
– Чего ржешь? – спросила она.
– Смешно все вышло, да?
– Да, – подтвердила она. – Особенно с УЗИ.
Лена захохотала, вспоминая, как Олег бегал по коридорам, как пытался сунуть свои деньги врачу, как всматривался в монитор, пытаясь понять, все ли там нормально с желудком у Степана. И медсестра предложил ему в следующий раз привозить с собой рвоту в пакете, чтобы на всякий случай сдать на экспертизу. «Картина должна быть ясной», – сказала девушка – «И полной». Лена была уверенна, что девушка шутит, издевается. Но Олег ей поверил. Она знала, что поверил. И в следующий раз с него станется привезти и это.
Она смеялась. И плакала.
Он смотрел на нее. И хотелось плакать. Потому что он знал, что потерял ее. Потому что знал, что ее смех больше ему не принадлежит.
– Прости меня. – Сказал он.
– Я давно простила, Олег. Но простить – это не значит забыть.
– Я понимаю. Я в дерьме по макушку. И я не знаю, как отмыться. Как вернуть все назад.
– Я не хочу об этом говорить, Олег. Это в прошлом. Я правда простила. У нас есть сын. И все, что мы можем для него сделать – это быть ему хорошими мамой и папой.
– Как думаешь, я был сегодня хорошим папой? – спросил он и улыбнулся.
– Даже чересчур.
Лена вновь захохотала. А у Олега заныло где-то в груди. И он спросил то, что казалось ему важным:
– Скажи, за что ты меня полюбила? Почему вышла за меня?
– Знаешь, говорят, что любят не за что-то. А вопреки. Я просто пропала. А еще была в тебе такая черта. Ты не поверишь, но это надежность. Ты был таким нерушимым. Решительным. С тобой было как за каменной стеной. Не страшно. Уверенно. Спокойно. Я помню, как мы готовились к беременности. Как ты узнал про Степку. Это было самое счастливое время моей жизни. Наверное, такого больше и не будет никогда. – Сказала она с грустью. – Я не знаю, почему ты так поступил. Я ведь чувствовала твою заботу и любовь. Я не была обделенной. Я видела, как ты хочешь семью…
Она замолчала на минуту, а потом добавила
– Никогда не думала, что моя крепость окажется сразу иллюзией, а потом тюрьмой.
– Я знаю, что оправдываться глупо. Но раз у меня есть такая возможность, то я просто скажу. Я очень много об этом думал. Перебирал в голове, почему так? Ты же знаешь мою семью. У матери нас было трое. Я и мои братья. И все от разных отцов. Не могу сказать, что я сильно страдал от отсутствия своего папаши. Мама любила нас, заботилась. Она делала все, что надо. Иначе бы не случилось меня такого сильного. Без ее любви. Но в то же время, она сама была в вечном поиске. Она искала того, с кем может быть счастлива. И эти попытки были
