сказал Маше. — А твоя… — повернулся к Конопатой. Блять, пусть ее Дэн заберет себе. Хочу Машку драть в своей комнате без свидетелей. — Твоя — за поворотом и направо.
— Марк, давай мы все помоем, — предложила Птащка. — Зачем клининг? Это будет в уплату нашей аренды! Еще я на работу пойду. Я каждое лето устраиваюсь.
Расплачиваться будешь своими губками. И постель будешь греть в моей комнате.
Но ответил легко:
— Есть желание — можете убраться.
Она кивнула.
— Тусовки в хате не устраивать, кого попало не водить! Продукты нужно купить, холодильник пустой.
— Хорошо.
— Пошли, комнату покажу.
— Я с вами!
Вот липучка выискалась!
— Тебе Чижов покажет.
Дэн подхватил:
— Пошли, Виктория! Апартаменты покажу. Кстати, если ты не в курсе, то мы с тобой соседи.
— Как это?
— Я живу в соседней квартире.
Оставил этих ненормальных, повел в свое логово Машу.
— Проходи, — открыл дверь в переднюю.
— Красиво! — осторожно осматривалась. — Марк, это все слишком. Я могу расположиться на первом этаже. Там вроде диван стоял.
Приблизился сзади, взял в кольцо своих рук, уткнулся в ее макушку. Как она вкусно пахнет! Что за аромат такой? Небесный?
Приятель в паху моментально на девочку встал.
— Марк! — повернулась ко мне лицом. — Мы много хлопот тебе доставили? Мне так неудобно.
Зато как мне удобно!
— Повозиться пришлось, — погладил ее по лицу.
— Еще раз спасибо.
— Спасибо в постели говорить будешь! — моментально румянец появился на ее щеках.
Оставил Пташечку наверху. Сам спустился на первый этаж.
— Дэн! — тишина. Пошел в комнату, в которую Конопатую заселил. Открыл дверь. Картина маслом, сука! Чижов на диване сидит, развалившись, а у окна Вика. Смотрит на него враждебно.
— Что делаете?
Чиж зыркнул на меня злобно, дескать, помешал, а Вика умоляюще в глаза заглядывала. Спасение я тебе не принесу, Конопатая.
— Я пиццу решила заказать, — пропищала и ко мне понеслась.
— Тогда две заказывай.
— Как — две? Вы остаетесь?
— Конечно. Я тут живу.
Вика глаза округлила.
Подумал: и подругу твою трахать буду, пока ты сны сладкие смотреть станешь. Нужно все-таки Конопатую Чижу сплавить, пусть он с ней мудохается.
Тут в моем кармане завибрировалтелефон.
Блять… Лёля. Забыл про нее.
— Слушаю.
— Привет, Маркуша! — я вышел из комнаты. — Я соскучилась! Ты ко мне даже не заезжаешь!
— Лёля, мне сейчас некогда.
В трубке послышалось сопение.
— Марк, может, у тебя другая появилась?
— Лёля, ты телка для траха! Я тебе за это бабки плачу. Я трахаю того, кого хочу, у нас с тобой нет никаких других отношений, кроме секса. Все было озвучено на берегу.
Подождав немного, продолжил:
— Если ты хочешь свободы, я тебе ее дам. Найди себе нормального мужика и роди от него ребенка.
Она притихла.
— Извини, видимо, действительно не вовремя. Марк, моя постель всегда тебя ждет. Я только тебя люблю!
Начинается весь этот бабский треп — про любовь, цветы и шоколад. Сбросил вызов.
— Лёля? — Дэн подошел.
— Лёля, блять! То ребенка от меня хочет, теперь в любви признается. Что ты лыбишься?
Дэн гремел стаканами в моем баре.
— Налить?
— Давай!
— Надолго девочек решил поселить?
— Свою — да! — глотнул коньяка. — А тебе задание: бери Конопатую и в свою квартиру ее тащи!
— Она не моя.
— Думаешь, я не вижу, как ты на сиськи таращился?
— Сиськи, как сиськи, — проворчал. — Но девку все равно натяну. Это уже дело принципа. Марк, ты серьезно от Пташки птенца хочешь?
В этот момент со второго этажа Маша спускалась. На ней теперь были надеты короткие шелковые шортики и майка на тоненьких бретелях. Волосы влажные и собраны в высокий пучок на голове.
— Определенно, хочу, — допил весь стакан одним глотком.
— Я к Вике! — прощебетала Пташечка и скрыласьза поворотом.
Я проводил ее жадным взглядом:
— Даже парочку птенцов, — добавил.
Дэн гоготнул.
— Ладно, давай о делах. Завтра Белого навестим, пора ему хвост прижать. Мутные схемы у него. За кресло мэра готов родную мать продать. Закирова он нам посоветовал. Чувствую, от него вся грязь к нам стекается.
— Закирова пасут?
— Пасут! — Чижов уселся на диван. — Марк, валить его нужно. От него только проблемы будут.
— Согласен. Только документы найти нужно. Без них завод — так… четыре стены да крыша.
От беседы отвлек нас звонок домофона. Девочки высунули свои носы.
— Наша пицца! — заулыбались.
На Вике был короткий халат. Посмотрел на друга, отметил, как он ее глазами раздевал. Девочки вошли в комнату с двумя коробками и пакетом.
— Ужин! — провозгласили они.
Покосился на коробки. Последний раз эту дрянь ел лет десять назад. Дожился — пиццу буду жрать и коньяком коллекционным запивать за тридцать кусков.
Девочки поставили коробки, из пакета достали еще две маленькие. Мы с Дэном переглянулись. Тот едва сдерживал улыбку.
— Девочки, и часто вы так питаетесь? — они уселись за стол.
— Часто. Все студенты так питаются! — гордо заявили.
Маша раскрыла коробку. На вид пицца была вполне съедобной.
— Вина, девочки? — спросил Дэн.
— Немного можно.
Хитрожопый Дениска решил Вику напоить. Удачи, дружище!
После того как в меня вошел третий кусок пиццы, она мне показалась даже очень вкусной. Девочки выпили всего по бокалу. Дэн всячески пытался подлить Конопатой, но та лишь носом крутила. А Маша ссылалась на то, что ей завтра экзамены сдавать.
— Мы — спать. У меня завтра третья попытка поступить на юрфак!
— Ты же ресторатор? — спросил Дэн.
— Завтра все и решится. Если я сдам, то не буду больше на практику ходить, — улыбнулась Пташка.
— Викочка, давай я тебе на ночь сказку расскажу. Я могу и рядом поспать. Вообще я сплю как младенец!
Та резко повернулась в его сторону. Казалось, она сейчас молнии начнет метать из глаз.
— Каждый час просыпаешься?
— Чего?
— Младенцы каждый час просыпаются, сиську просят и в подгузник гадят. Ты в их числе?
Дениска оскалился:
— От твоих сисечек не откажусь! — зубами клацнул.
— Чижов! Мне надоели твои пошлые шуточки! Отвали от меня! У меня парень есть!
Чиж моментально в лице переменился. Оно сделалось напряженным, даже злым. Маша посмотрела на меня обеспокоенно.
— Идите, — махнул я рукой.
И девчонки, кивнув. разошлись по комнатам.
Дэн пыхтел, как паровоз.
— Не кипятись!
— Пойду, прямо сейчас трахну наглую сучку! Парень у нее есть, блять! — встал, по квартире заходил и на коридор косился, где комната Конопатой была. — Рано или поздно на хую моем вертеться будет. И добавки просить.
Он был очень зол. Дениска, в отличие от меня, с золотой картой в заднице родился. Отец его — нефтяник. Дэн всегда вел разгульный образ жизни, сорил деньгами и встревал в разные мутные схемы. После последней выходки Дэн
