Марины ребенка и притащить мне.
От одной мысли об этом у меня мороз бежит по коже.
Недельная отсрочка как нельзя кстати. За это время я просто обязана найти выход из западни, куда меня загнал когда-то любимый муж.
Кстати, о муже.
Задремав после нервного утра, вздрагиваю, ощутив прикосновения.
Распахиваю глаза и вижу сидящего рядом с кроватью Исаева, поправляющего на мне плед.
— Что ты делаешь? — не жду от него ничего хорошего.
— Забочусь о тебе, — кладет он руку мне на лоб и убирает прядь волос.
При этом он выглядит совершенно иначе. В глазах какая-то мрачная решимость, от которой кровь стынет в жилах.
— Что-то случилось? — жду каких-то пояснений. Лишь бы ничего плохого с дочкой. — Где Лиза?
— Она у твоих родителей, — отвечает супруг спокойно.
Тянется снова ко мне рукой, но я дергаюсь, и тогда он убирает ладонь.
— Как вы справились?
— Неплохо, — его губы трогает улыбка.
— Лиза только поплакала. Сказала, что знает про другую тетю, которая родит мне ребенка.
— Что? — даже для меня это становится новостью. — Я ей не рассказывала, — стараюсь вспомнить, откуда она могла узнать, и понимаю, что, видимо, дочь подслушивала нашу ссору.
— Неважно, — Олег все же кладет руку мне на лоб и массирует голову. — Чужой тети с ребенком больше нет.
— Как это нет? — кровь отливает от лица, и у меня в голове крутятся самые жуткие варианты.
— Я избавился от этой проблемы…
Глава 30
— Что ты натворил, безумец? — холодом пронзает тело, оседая льдом в венах.
Мне страшно даже представить, что конкретно он имеет в виду, говоря о том, что избавился от проблемы.
Смотрю в его холодные глаза и понимаю, что он не похож на ненормального. И оттого мне становится еще страшнее. То есть весь тот беспредел, что он творит, Егор совершает с трезвой головой, вполне осознанно.
Мысленно прошу высшие силы, чтобы он не сделал того, о чем обычно говорят в фильмах, обсуждая решение проблемы.
Даже несмотря на то, что я больше не считаю Исаева мужем и человеком, с которым планирую прожить до глубокой старости, все же мы прожили вместе девять лет, у нас совместная дочь, а также немало хороших воспоминаний на двоих. Поэтому мне не хочется, чтобы мужчина, которого я любила, превратился в монстра.
— Избавился от проблемы, — отвечает он спокойно.
— Да скажи ты уже конкретнее! Неужели ты?.. — даже язык не поворачивается произнести подобное вслух.
— Что я? — усмехается он. — Ну же, скажи! Я хочу услышать, как это прозвучит из твоих уст. Давай, покажи, каким чудовищем ты меня считаешь!
— Зачем ты сам допускаешь, чтобы я считала тебя чудовищем, м? — начинаю злиться. — Для чего эти загадки? На моем месте ты бы что подумал?
— Ну явно не то, что моя жена подалась в киллеры, — зло усмехается.
— У тебя достаточно денег, чтобы это сделать чужими руками, — ощущаю себя идиоткой, но злость от этого никуда не исчезает.
— Ах да, — тихо смеется он. — Нанял киллера, а потом как ни в чем не бывало вернулся домой к дочке и беременной жене.
— Егор! Прекрати! Я тебе больше не жена! И хватит меня так называть, — кажется моему терпению наступил предел. — Нельзя склеить то, что ты растоптал…
По лицу Исаева проходит тень, и дергается кадык.
— Не говори чепухи! — садится он прямо. — Марина больше нас не потревожит, и мы заживем как раньше.
— Что ты с ней сделал? — шутки шутками, но я теперь еще больше думаю о том, что все это могло бы стать реальностью.
— Заплатил, Кира! Какие варианты еще могут быть? — злится он.
— Так просто? Заплатил — и любовь всей твоей жизни, которая намерена родить своего первенца и так гордо об этом говорила мне, решила отойти в сторону? Или ты собрался содержать вторую семью где-то в стороне?
Из меня вырывается смешок.
— Серьезно, Егор? — смотрю на него и не могу понять, когда он превратился вот в это?
Ведь я выходила замуж за совершенно другого человека. Мужественного, решительного, ответственного, смелого и честного.
Когда он успел погрязнуть в пороках настолько, что черное и белое смешалось, потеряв границы и превратившись в серое?
— Ты не решил проблему, — качаю головой и переворачиваюсь на спину. — Ты сделал так, как проще. Отсрочил неизбежное. Потому что, если ты будешь обеспечивать Марину и вашего ребенка, очень скоро ей будет этого мало.
— Зря ты так. Почему ты думаешь, что мой интерес к ней не исчерпал себя? Мне не нужны все эти сложности. Я откупился от нее, и она знает: если появится в городе, если будет качать права или досаждать тебе, то я прекращу обеспечивать ее ребенка. А еще создам ей такую репутацию, что ее не то что ни в одну приличную компанию не возьмут, но и ни у одного состоятельного мужика не встанет на нее.
— Как низко, Егор, — морщусь я не желая слышать таких подробностей. — Все же у вас были отношения.
— Она сама все испортила.
— Понятно. То есть ты не видишь проблемы в случившемся и считаешь, что можно покаяться и тебя снова примут в семью, — не спрашиваю и не смотрю на него. Боюсь, что меня снова затошнит от отвращения.
— Всё будет хорошо, — говорит Исаев, а я прикрываю веки, не собираясь обсуждать одно и то же.
— Хорошего дня, Егор, — надеюсь, что он поймет намек и уйдет.
Спустя какое-то время супруг наконец-то уходит. Но дверь снова скрипит, и я слышу:
— Мамочка! — кидается ко мне Лиза, и у меня текут по щекам слезы.
Дочь со мной. Надеюсь, мой план будет осуществлен сегодня же…
Глава 31
— Мамочка, я так переживала, — всхлипывает моя малышка, лежа головой на моем плече.
— Солнце, со мной все в порядке, — улыбаюсь я и глажу дочку по голове.
Стоило обнять своего ребенка, и мой мир обрел покой.
— Я так испугалась… — тихо говорит она.
— Ты же видишь, все хорошо. Просто мама устала и мне нужно немного отдохнуть, — не перестаю гладить ее.
— Это из-за того, что вы с папой ругались, да? Поэтому тебе стало плохо? — приподнимает голову, заглядывая мне в глаза. — Ты расстроилась, что другая тётя родит ему ребенка? — обеспокоенно спрашивает она.
Встречаюсь со встревоженным взором мамы, сидящей чуть в стороне. Её явно вся эта ситуация тоже заставляет здорово нервничать, но она ничего не говорит.
— Солнце, откуда ты узнала про другую тётю? — голос дрожит, хотя я стараюсь сохранять спокойствие.
— Это же она, та самая, которую мы встретили в торговом
