как раз доносили о моем исчезновении, — во рту пересыхает от страха. Жутко представить, что будет, когда Егор найдет меня.
— Похоже, существует не только женское предчувствие, — усмехается она.
— Он вообще как-то слишком много чувствовать начал для такого бесчувственного сухаря, — оборачиваюсь назад, чтобы убедиться в отсутствии погони.
— А раньше ты его таким не считала, — выезжает подруга с территории больницы и выруливает на центральную улицу.
— Раньше он не был сухарем. Пока отношения были свежими и Лизы у нас не было. Кстати, где она?
— Сейчас заберем ее по пути, не беспокойся.
— Расскажешь, куда мы едем?
— В надежное место, — улыбается Ксюха загадочно.
— Хм, почему меня пугает такая формулировка?
— Потому что тебе там явно понравится. И ты этого боишься.
— Как-то странно звучит, — усмехаюсь я, но все еще не могу поверить, что нам удалось выбраться. — Ладно, главное, чтобы Исаев ни за что не узнал, где мы.
— Об этом можешь не волноваться, — подмигивает она в зеркало заднего вида.
Спустя пять минут мы останавливаемся, чтобы подобрать Лизу, помахав моей маме. А затем едем за город.
Отправляю сообщение Егору с Ксюшиного номера, где прошу его не искать меня и говорю о том, что ближайшая встреча состоится в суде. Если он будет готов к мирным переговорам и выбросит из головы дурь про “счастливое” воссоединение, тогда мы сможем встретиться в присутствии адвокатов в выбранном мной месте.
Егор перезванивает, но Ксения отключает телефон. И мы спокойно добираемся до загородного поселка, останавливаясь у небольшого красивого коттеджа.
— Прошу! — торжественно сообщает она.
— Чей это дом? — осматриваю красивое современное шале.
— Одного надежного человека.
— Кого? Я его знаю?
— Думаю, да, — загадочно улыбается Ксюха.
— Какая-то ты загадочная, и мне это не нравится, — хмурюсь я, смотря на подругу.
— Да, так. Просто мне так хорошо сейчас! — говорит она с нескрываемой радостью. — Не знаю, как объяснить. Но меня будто только сейчас начинает отпускать… Я хоть и была уверена, что вытащу тебя из плена, но появление твоего Исаева заставило напрячься.
Смотря на подругу, я замечаю, как она прямо на глазах расслабляется.
— Хапанули адреналинчика, — смеется она.
— Да уж.
— Может, отметим чайком это дело, а? — переводит она взгляд с меня на Лизу. — Малая, ты как на это смотришь? У меня и тортик есть, — подмигивает она.
— Ой, тортик! — радуется дочка. — Где?
— На переднем сидении, — Ксюха отправляет дочь в машину.
— Ну это же еще не все. Мне нужен новый адвокат…
— С чего это? — фыркает она.
— Егор… он ездил к Антону Олеговичу.
— И Косицин благополучно послал его.
— Правда? — эта новость отдается вспышкой надежды.
— И это он посоветовал мне тебя отвезти сюда.
— А вот этого я никак не ожидала… — говорю задумчиво.
— Антоша должен мне, а долг платежом красен. Вот и расплачивается, — усмехается она.
— Ксюш, — глаза начинает щипать, и к горлу подкатывают рыдания. — Ты лучше всех! Прости меня за то, что игнорировала нашу дружбу так долго, — обнимаю ее за шею. — Что бы я без тебя делала.
— Но-но! Давай без мокроты, дурешка, — обнимает она меня в ответ. — Пойдем выдохнем и тортиком стресс закусим.
— Пойдем, — отрываюсь от нее, вытирая глаза.
— Давайте скорее! А то я тортик без вас съем, — взбегает на крыльцо Лиза.
— Идём! — кричу я.
— Думаю, твой маньячелло до суда не созреет.
— Думаешь?
— Уверена, — приобнимает меня за талию подруга, и мы идем с ней в ногу к крыльцу. — Но суд будет на твоей стороне! Это я гарантирую.
— Откуда такая уверенность?
— У меня тоже есть влиятельные друзья. А вот и один из них, — Ксюша останавливается и оглядывается на ворота, у которых тормозит автомобиль, и из него выходит Платон Решетников.
— А он что здесь делает? — спрашиваю у Ксюши.
— Так это ж его коттедж, разве я тебе не сказала?
Глава 33
— Добрый день, дамы, — улыбается Решетников, поздоровавшись со всеми, но останавливая свой взгляд на мне.
— Здравствуйте, Платон, — чувствую, как лицо вспыхивает, и инстинктивно опускаю глаза, не в силах выдержать его взгляд.
— Здравствуйте! — удивленно пищит Лиза с крыльца.
— Все в порядке? Может, вам что-то нужно? — чувствую его взор на себе и снова смотрю на него.
— Все хорошо, Платош! — отвечает ему Ксения. — Иди с нами чай пить!
— Не хочу мешать вашей чисто женской компании.
— Вы нам не помешаете, — отчего-то смущаюсь я. — И спасибо, что приютили.
— Я счастлив, что могу вам с Лизой помочь, Кира, — снова смотрит только на меня мужчина. — К тому же не дело это, чтобы дом стоял нежилым. Не для того его строили, — с какой-то грустью говорит он.
— А ты что, Платош, — с усмешкой говорит Ксения, — ехал, только чтобы проверить, как мы тут твоим домом пользуемся?
— От родителей еду. Они у меня в этом же поселке живут, — усмехается Решетников. — Но и к вам я просто не мог не заехать.
— Так, значит, все-таки на чай? — не успокаивается подруга.
— Да вот, если хозяйки пригласят, — лукаво щурится он и переводит взгляд с меня на Лизу.
— Давай, хозяйка, — подруга тычет меня в бок. — Приглашай хозяина, — посмеивается она.
— Мы будем очень рады, если вы присоединитесь к нам, — отчего-то смущаюсь, но все равно смотрю на мужчину.
— Тогда я с удовольствием выпью с вами чаю, — он нажимает кнопку на брелоке сигнализации, закрывая автомобиль, и проходит во двор. — Вам очень идет блонд, Кира, — говорит тихо Решетников. — Но ваш природный цвет волос мне нравится гораздо больше.
После его комментария я, наверное, становлюсь такого же ярко-красного цвета, как помада у меня на губах.
Помада!
Боже! Я и забыла, в каком нахожусь виде.
— Спасибо, — выдавливаю из себя и прохожу к дому.
— А где кухня? — первой вбегает внутрь Лиза.
— Справа от гостиной! — отвечает ей Платон.
— А чайник? — уже кричит из кухни дочь, убежавшая осматривать комнаты, пока мы разуваемся. — Все, нашла!
— Сейчас я тебе помогу! — идет следом за Лизой Ксения.
— Вы не беспокойтесь, тут чисто. Вчера только клининг был, — говорит Решетников.
— Даже если бы не было клининга, то вымыть самим не проблема, — стараюсь подавить внезапное волнение и осматриваю просторную светлую гостиную, по центру которой расположен камин. — Красивый дом.
— Спасибо, — идет следом за мной Платон и будто следит за моей реакцией.
— Почему вы тут не живете?
— Строил его под большую семью. Но, как вы знаете, семьи не вышло. А жене, почти бывшей жене, — быстро поправляется он, — больше по вкусу городская жизнь. Она наотрез отказывалась перебираться в пригород.
— Сочувствую… — мне искренне жаль, что брак этого мужчины распался. Похоже, он и правда очень сильно
