— ровно до колена, чтобы было и прилично, и двусмысленно.
Поворачиваюсь боком. Да, животик видно, но знаете что?
Это не животик. Это место, где росли мои дети.
Это не недостаток, это биография.
Туфли?
Каблуки точно нет, я не мазохистка. У меня предполагается вечер, полный приключений, и я не могу рисковать.
Балетки — слишком просто.
Беру туфли на низком каблуке, но с открытым носом и ремешками. Женственно, удобно, сексуально.
Волосы накрутить плойкой?
Нет времени, да и дети проснутся.
Собираю локоны в небрежный пучок, выпускаю несколько прядей. Легкая небрежность — это всегда выигрышно.
Макияж. Не слишком ярко, но выразительно. Стрелки — раз, тушь — два, помада — темно-вишневая, почти опасная.
Смотрю на себя в зеркало. Феерично!
— Здравствуй, Люба, — говорю своему отражению. — Давно не виделись.
Отражение ухмыляется. Оно меня узнало. Хороший знак.
Кручусь перед зеркалом, пока не раздается звонок в дверь. Иду открывать.
Подруга застывает на пороге с открытым ртом.
— Ты... — она моргает. — Ты куда-то собралась в таком виде?
— А ты думала, я в тапках и с бигуди буду генералу встряску устраивать? — усмехаюсь. — Лен, ты меня плохо знаешь.
— Я тебя никогда такой не видела, — бормочет она, все еще не придя в себя.
Пожимаю плечами.
— Время перемен.
— И где эти перемены? — Ленка ходит вокруг меня, как акула вокруг корабля.
— Пока не знаю. Пойду гулять, потом в кино или ресторан. Главное — чтобы он меня не нашел.
— Он же генерал юстиции, у него связи.
— Ты, главное, как он придет, уходи, — произношу и подмигиваю. — Не дай ему уйти из дома. Пусть он мою роль в полной мере на себе испробует.
— А куда он должен уйти?
— Неважно.
Хватаю сумку, кладу в нее кошелек, телефон, пауэрбанк, помаду, расческу. Ничего лишнего. Только важные для женщины вещи, и выхожу из квартиры.
Лифт спускается медленно, как будто не хочет отпускать, но спустя пару минут я уже во дворе.
На улице апрель. Сыро, холодно, хоть солнце пытается пробиться сквозь тучи. Вскидываю голову и иду куда глаза глядят. Ловлю на себе заинтересованные взгляды и улыбаюсь. Женщина не должна забывать, что она женщина. Женщина должна чувствовать себя красивой. Я забыла эти две аксиомы, и вот результат.
Угулявшись и проголодавшись, вызываю в приложении такси.
Машина приезжает быстро. Сажусь на пассажирское сиденье и теперь смотрю на мир вокруг меня через стекло авто.
Таксист привозит меня к торговому центру. Я дарю ему свою улыбку и, войдя, решаю посидеть в лучшем ресторане, чтобы наконец-то почувствовать удовольствие от приема пищи, а не на скорую руку доедать за детьми.
Выбираю пафосное заведение на первом этаже, и решительно вхожу.
Девушка-хостес провожает меня к столику у окна. Заказываю картофель с лососем, свежевыжатый апельсиновый сок и кофе.
Делаю глоток. Горько. Пусть это будет самое горькое в моей жизни.
Телефон вибрирует. Смотрю на экран.
Георгий.
Началось.
На губах вырисовывается улыбка, а я сбрасываю вызов.
Муж снова звонит.
Сбрасываю.
Тогда на телефон приходит сообщение: «Ты где?»
3 глава
Выключаю телефон.
Кладу его в сумку экраном вниз, чтобы не видеть, как мобильный снова засветится.
Пусть помучается. Пусть покрутится, как шаверма на вертеле. Может, тогда поймет, каково это — когда тебя игнорируют, когда на тебе ставят крест, когда тобой пренебрегают.
Откидываюсь на спинку стула и смотрю на остатки картофеля с лососем. Я даже не заметила, как умяла почти все. Видимо, организм наконец-то понял: можно расслабиться и не ждать, что в любую секунду придется срываться к кроватке с плачущей малышкой или бежать в комнату спасать темпераментного авантюриста в лице старшего отпрыска.
— Девушка, принесите мне, пожалуйста, десерт, — прошу, подзывая официантку. — Что у вас самое шоколадное, самое калорийное, самое... безнадежное?
Она улыбается профессиональной улыбкой, но в глазах мелькает понимание. Видимо, такие заказы она слышит часто. Особенно от женщин моего возраста и с моим выражением лица.
— «Шоколадная фонтанная башня» с малиновым соусом. Там внутри еще и брауни, и шарик пломбира.
Киваю:
— Несите.
Пока жду, смотрю в окно и стараюсь не думать, как там в квартире справляется мой генерал с двумя неуправляемыми отпрысками. Надеюсь, обойдется без жертв.
Официантка приносит башню, и я смотрю и не могу скрыть восторга. Это не десерт — это архитектурное сооружение. Шоколадные плитки, уложенные пирамидкой, политые растопленным шоколадом, с шапкой взбитых сливок и вишенкой на макушке. Рядом — пиала с малиновым соусом и шарик пломбира, который уже начинает подтаивать, растекаясь по тарелке заманчивой лужицей.
— Красота, — выдыхаю я.
Официантка улыбается:
— Приятного аппетита.
Беру ложку, отламываю кусочек шоколадной плитки, макаю в пломбир, потом в малиновый соус и отправляю в рот.
М-м-м.
Боже, какое блаженство.
Глаза сами собой закрываются. Я восторгаюсь смесью сладкого, кислого, холодного и тающего.
Вкус детства. Вкус беззаботности. Вкус «я ничего не должна, никому не обязана, я просто наслаждаюсь».
Доедаю башню, оставляю только вишенку на прощание, которую катаю во рту, наслаждаясь последним кисло-сладким вкусом.
Подзываю официантку, чтобы расплатиться. Карта проходит, а я даже не смотрю на сумму. Сегодня я не заведующая терапевтическим отделением. Сегодня я — женщина, которая тратит деньги на себя, чтобы удовлетворить все свои давнишние хотелки и которой плевать, что это наши с генералом общие сбережения.
Он тоже, скорее всего, тратит на эту свою фитоняшку.
Так что в этом почти квиты.
Выхожу из ресторана и буквально сразу слышу за спиной звонкий голос:
— Девушка, девушка!
Оборачиваюсь. За моей спиной невысокая особа в ярко-розовом платье. В руках у нее стопка буклетов.
— Возьмите! — она сует мне в руки глянцевую бумажку. — У нас сегодня акция! Скидка тридцать процентов на все релакс-процедуры в салоне «Мечта»! Он находится в этом торговом центре на третьем этаже. Массаж, обертывания, спа-капсула... Себе подарите или подруге!
Смотрю на буклет. На обложке — блаженная девушка с закрытыми глазами, лежит на кушетке, а над ней парят чьи-то невидимые руки.
«Релакс для тела и души», — гласит надпись.
Релакс?
Я не помню, когда в последний раз расслаблялась. Несколько порой вырванных минут в ванной, пока дети спят, не считаются.
Массаж? Обертывания? Спа-капсула?
Это то, что доктор прописал! Ленка перебъется.
— А что это за... релакс-процедуры? — спрашиваю, хотя понимаю, что выгляжу как пенсионерка, которая первый раз увидела компьютер.
— Ну, — девушка оживляется, видимо, почуяв потенциального клиента, — это и классический массаж, и тайский, и стоун-терапия горячими камнями, и ароматерапия... У нас очень хороший специалист. Она волшебница. У нее золотые руки. После нее вы забудете про все проблемы!
— Про все? — переспрашиваю
