и тогда…
Даже думать не хочу, что тогда случится.
А если он выставит меня плохой матерью? Если докажет, что у меня нестабильная работа, напрямую зависящая от заказчиков, и я не смогу обеспечить малыша всем необходимым? Куда мне тягаться с бизнесменом. У него в руках власть, деньги, связи.
Я же словно пересыпаю песок сквозь пальцы, живу от клиента до клиента, подчас перебиваюсь мелкими подработками. У меня даже нет стабильного оклада, в фирме платят процент от выполненного проекта.
Зачем ему этот ребенок? Какой смысл отбирать его у человека, которого ты самолично бросил? Возьми да нарожай себе хоть десяток наследников. Вон, ходит же по клиникам с красивыми девушками. Уверена, она с радостью займется пополнением рода Вороновых.
Или он боится, что я подам на алименты и отсужу половину его дела? Но это же бред. Я даже не помышляю о таком.
Вообще не понимаю, где правда, а где ложь.
Может быть, я поторопилась, начав ему хамить? Надо было обсудить всё спокойно, по-деловому, а не злить Игоря с первых же слов. Черт…
Еще не поздно извиниться?..
— Саш, кажется, я вляпалась, — звоню сестре и говорю без приветствия. — Не знаю, что делать…
Сашка никогда не задает лишних вопросов, просто берет и приходит — благо, живем в соседних домах. Она младше меня на пять лет, но по ощущениям — мудрее на все двадцать. Мама у нас одна, а вот отцы — разные. Потому-то мы совершенно не похожи. Она — рыжеволосая, яркая, веснушчатая. Я — темненькая, но невзрачная. Без косметики и не рассмотришь.
Не скажу, что я некрасивая. Да самая обычная. Обычный нос, обычные глаза, обычные губы. Никаких внешних дефектов. Но рядом с младшей сестрой проигрываю по всем параметрам.
Сашка притаскивает бутылку вина, но я отрицательно качаю головой и протягиваю ей заключение.
— Беременна? — ошарашенно уточняет сестренка, застыв на месте. — Как?..
— Тебе рассказать, как делать детей?
— Да ну тебя! — Она стучит меня кулаком в плечо. — Я имею в виду: от кого? Неужели от Олега? У вас же не получалось.
Качаю головой.
— В этом-то и проблема. Я умудрилась связаться с мужчиной… и теперь, кажется, он хочет отобрать моего ребенка.
Мы перемещаемся на кухню, и я в подробностях выдаю всю историю. Сашка слушает внимательно. Она с детства такая: наблюдательная, интересующаяся. Если не знать о взрывном нраве Саши, то может показаться, что не девушка, а мечта.
Но если я обычно спокойна, то Сашка — ураган эмоций. Несмотря на природную мудрость, она умудряется наступать на грабли с пугающей периодичностью. Она дает прекрасные советы, только вот сама ими не пользуется. Она всегда готова выслушать — только сама никого не слушает.
Её жизнь — чехарда событий, подчас самых неожиданных.
Но Сашу всё устраивает.
— И что будешь делать? — задает сестра вопрос, на который я не знаю ответа.
— Думала пообщаться… извиниться…
Я утыкаюсь ладонями в лицо.
— Да пошел он лесом! — просыпается в Сашке взрывная натура. — Извиняться перед ним еще. Давай адвоката крутого найдем, докажем, что Воронов этот никакого отношения к ребенку не имеет. Пусть даже не покушается на него. О! А если тебе обратно за Олега замуж выйти? Мелкого на него запишешь, вот и всё. Какой может быть тест ДНК, если отец у ребенка имеется? Документально подтверждено. А Игорь этот пусть валит к чертям собачьим. А? Как тебе идея?
Представляю, как прихожу к бывшему мужу со словами: «Слушай, я тут ребенка заделала. Не хочешь быть его папой?» — картинка, конечно, смешная, но не жизненная.
Мы расстались, потому что Олегу срочно требовались дети. Со всех сторон его донимали вопросами: «Ну, когда уже детишки?» Родственники, друзья, коллеги по работе. Поначалу Олег отфыркивался, но с каждым новым месяцем неудач всё сильнее мрачнел и отдалялся. Деторождение стало его идеей фикс.
Проблему он нашел во мне. Проверяться сам не хотел категорически, даже банально сдать анализы. Нет, это выше его достоинства. Он же большой крутой мужик, как у него может что-то болеть? Всё функционирует — значит, он в норме.
— Ты не можешь забеременеть, вот тебя и нужно лечить, — говорил с такой уверенностью, что поначалу у меня опускались руки.
Я проверилась с ног до головы и получила вердикт: абсолютно здорова. Врачи разводили руками. Нужно было искать причину дальше, но Олег отказывался даже думать о походе к врачу. Я билась как о каменную стену.
А потом, в какой-то момент пришло равнодушие. Я стала смотреть на Олега трезво, увидела кучу недостатков, на которые раньше не обращала внимание. Оказалось, что не такой уж он и принц на белом коне, чтобы держаться за него обеими руками.
В очередной раз всплыл вопрос деторождения, но я не стала оправдываться. Только пожала плечами, мол, если не получается — в этом проблема обеих сторон. Его это задело до глубины души.
И мы развелись.
Что ж, врачи не соврали. Я фертильна и могу забеременеть в любой момент.
Что касается Олега — вопросы остаются.
Так что предложить бывшему мужу даже фиктивный брак — не вариант. Вы что, его честь будет задета одним лишь фактом, что я умудрилась «залететь» сразу после развода с ним. Не выждала траур, не плакала три года. Как вообще посмела?
— Олег откажет, — объясняю коротко, чтобы не вдаваться в детали наших с бывшим мужем отношений.
— Блин, отстой. Ладно, не ссы. Я что-нибудь придумаю, — обещает Сашка, и эти её слова меня скорее не успокаивают, а пугают.
С одной стороны, выговориться было необходимо. Я ведь и про беременность никому не сказала, держала в тайне до последнего. А сейчас поделилась с сестрой — и стало легче. Теперь это уже не строжайший секрет, а реальность. Которая происходит со мной.
Осталось разобраться, как быть с Игорем.
Но, с другой стороны, идеи Сашки не поддаются здравому смыслу. Боюсь представить, что придет ей в голову.
— Сашуль, я тебя очень прошу, дай мне самой разобраться?
— Не обещаю, но постараюсь учесть твое желание. Родителям-то расскажешь? — аккуратно спрашивает Саша, допив в одну моську бутылку вина (видимо, на нервной почве).
— Не-а. Попозже.
У нас хорошая, добрая мама, у меня неплохой отчим, который хоть и не стал мне родным отцом, но всегда поддерживал и пытался воспитывать как собственную дочь. Но они, как бы это выразиться… слишком правильные. У них всё должно быть как у порядочных людей. Свадьба, дети — только так и никак иначе.
Конечно, они не осудят, примут и меня, и внука. Но перед этим
