как маленькую укачал у себя на коленях, поглаживая меня по волосам…
30 глава. Талхан
Сидел на плановом совещание, разбирали детали производства. Экран моего смартфона загорелся входящим в беззвучном режиме. Это был звонок от Алексея, которого я приставил к Марине в качестве водителя и охранника, в одном лице.
– Говори! – приняв звонок, взволнованно сказал я.
– Марина Романовна, ей кажется нехорошо…
– Где вы?
– Мы на трассе, я припарковался, она не реагирует на меня, кажется, у нее истерика.
– Уже еду! Какой километр?
– Двадцатый.
– Понял, – отбился, посмотрел на зама.
– Продолжишь без меня, позже скинешь на электронку.
Быстрым шагом, покинул конференц-зал, слетел вниз по ступенькам. «Что могло произойти?», – стучит в моей голове. По телефону не вариант спрашивать… Леша – надежный и ответственный охранник, но к женским истерикам его не готовили.
– Вова, ключи! – крикнул я и повернул голову в тот момент, когда заехал Хасан.
Сел в машину, повернул ключ в зажигании, моя дверь неожиданно открылась. Глядя на меня, Хасан сказал:
– Я поведу, ты сейчас на нервах.
– Что?! Хас, мне сейчас не до тебя!
– Подвинься, говорю, я за рулем. По дороге введу в курс, мои парни доложили уже.
– Черт возьми, давай быстро на двадцатый километр! – и пересел на пассажирское сиденье.
Брат сел за руль и рванул с места через открытые ворота.
– Воснецов встречался с Мариной.
– Блять! Вот сука… что ему нужно?
– Этого сказать не могу, могу только предположить. Я своим сказал, чтобы не высовывались. Если он только почувствует, что за ним следят, то начнет заметать следы. А сейчас его голова забита совсем другим, как я думаю. Мы не можем подойти к нему ближе, можем засыпаться.
– Думаешь, хочет исключить родство с Мариной?
– Практически уверен в этом.
– Согласен. Это жирное пятно на его репутации, от которого не отмыться, если вся правда вылезет наружу, а рисковать, как видно, он не хочет.
– Вот-вот.
– Хас, быстрее давай.
– Успокойся брат, я и так гоню.
– Мы его прищучим! Пусть думает, что ты занят своими интересами и ничего не знаешь. Никто же не знает, по какой причине Марине стало плохо.
– Я не распространялся и с ним не связывался, для того чтобы высказать ему, какой он гнида. Пока пусть так и будет.
– Правильно, брат…
Увидев припаркованный у обочины кроссовер жены, сказал:
– Тормози!
– Да вижу я…
Выпрыгнул из машины и бросился к жене, открыл двери ее машины.
– Марина… – она сидела, а ее голова лежала на коленках. Прикрыв ладошками свое лицо, издавала хлюпающие звуки. – Мариша… – снова позвал ее, подсаживаясь к ней.
Она подняла заплаканное лицо с опухшими глазками, хлопая мокрыми ресницами.
– Тал? Что ты здесь делаешь?
– К тебе приехал, малышка.
– Ко мне? – удивленными глазами посмотрела на меня и поджала свой подбородок, который затрясся, как у ребенка, с чуть выпяченной губой. – Правда? – из ее опухших глаз вновь потекли слезы по мокрым щекам.
Взяв ее легкое тело на руки, пересадил на свои колени.
– Конечно, малышка. Не плачь.
Кажется, это сработало с точностью наоборот. Она, уткнувшись мне в шею, горько зарыдала. Мне хотелось убить эту «падаль» Воснецова. Я просто гладил свою малышку по волосам и успокаивающе покачивал.
Дверь с водительской стороны открылась, и за руль сел Хасан.
– Домой? – спросил он.
– Да, – ответил и кивнул головой.
Марина весь путь так и просидела, наплакавшись, уснула в пути. По приезду поднял ее в комнаты и отнес в спальню. Снял с нее обувь и джинсы, оставил в одной футболке и укрыл одеялом. Сел рядом и еще долго смотрел на лицо спящей жены.
«Заплатишь за каждую слезинку моей женщины…», – руки сами сжимаются в кулаки.
Через час переоделся и вышел из спальни, пошел вниз, оставив свою девочку отдыхать после нервного срыва.
Подлая тварь, наговорил всякого дерьма ей, иначе она так бы не плакала.
Вышел во двор. Брат сидел в кресле, задумчиво курил, глядя на вечернее небо. Подошел, опустился в рядом стоящее кресло с тяжелым вздохом. Хас перевел на меня взгляд.
– Знаешь, что я тебе скажу…
– Говори, – вытянул я ноги, внимательно глядя на него.
– Если бы мою женщину довели до такого состояния… убил бы, не моргнув глазом.
И посмотрел на меня спокойным взглядом. Такой взгляд мне говорил о его уверенности в себе, но не в этом случае. На данный момент я верю каждому его слову, что именно так он и сделает, если дело будет касаться его женщины.
– Брат… это не мой метод, но признаться, еле сдерживаюсь, чтобы не сорваться с места и не поехать к нему. Избить так, чтобы харкал кровью. Но так вся наша работа пойдет насмарку.
– Угу…
– Я не хочу обижать свою жену. Сделаем все по закону.
– Имей в виду, я против.
– Знаю.
– Соглашаюсь только ради Марины. Твоя женщина дышит тобой… береги ее, – выпуская сизый дым, сказал Хасан.
Все мысли крутятся вокруг Марины, не отпускают.
– Его благотворительный фонд – полная лажа. Документы все в порядке, только никто их на подлинность не проверяет, он явно кому-то отстегивает. Тот человек, которого ты нанял, буквально час назад скинул мне сообщением: «Мы на верном пути». Ну, сам понимаешь, шифруется.
Ублюдок, ты почти попался…
Долго беседовали с братом, в полночь разошлись по своим комнатам. Войдя в спальню, первым делом подошел к кровати. Убедившись, что Марина мирно спит, отправился в ванную. Помылся и лег рядом с моей малышкой, притянул ее к себе и поцеловал в висок…
Глубокой ночью подрываюсь оттого, что Марина, сидя в кровати, говорила хриплым голосом, в который нарастала паника:
– Осетин… Осетин…
Я ничего не мог понять… Какой на хрен «Осетин»?
– Марина! Что случилось… Это всего лишь плохой сон.
С ошалевшим взглядом поворачивает ко мне лицо и говорит:
– Там кровь…
– Где? Успокойся, Мариша, это всего лишь сон, иди ко мне.
После моих слов она подрывается и бежит как есть, в футболке и босая, вон из комнаты, крича на ходу:
– Осетин! Осетин!
– Твою мать! – я спрыгнул и тоже за ней, на ходу натягивая спортивки. Слетел по ступенькам и вижу, как она бежит по направлению к озеру.
– Пожалуйста, не умирай… только не умирай!!!
Догнал ее у берега, пока она не бросилась в воду, схватил и, прижав к груди, удерживая, пошел от берега прочь.
– Отпусти, пожалуйста… – сквозь рыдания говорит она. – Снежа без Осетина умрет… умрет… она не сможет жить без него!
Я догадался, что речь идет о лебедях, не знал, что она дала им имена.
– Малышка…
