Винс посмотрел на меня, казалось, он не решался ответить. Но потом все же сказал, с абсолютной серьезностью:
— Это была моя семья.
Мне было трудно сохранять спокойствие, пока я возвращалась к бревенчатой хижине с Винсом. Кто знает, были ли волки еще поблизости? Ни в коем случае я не хотела привлечь их приступом истерики.
Как только дверь закрылась, меня прорвало. Я кричала на Винса… держит ли он меня за сумасшедшую или совершенную идиотку! Неужели он действительно думал, что я проглочу его идиотскую историю? Между тем я серьезно задавалась вопросом, кто из нас сейчас сходит с ума? Винс, который пытался объяснить мне со всей серьезностью, что его семья — это волки, волки в человеческом обличье, или это я сама постепенно сходила с ума — потому что волки вели себя довольно странно, как будто они слушали Винса и понимали его. Я не могла объяснить это, с какой бы стороны я на это ни смотрела.
«А что, если он говорит правду?»
Мой разум восстал против этой идиотской идеи — я была один на один в лагере отдыха в лесу с психопатом, убежденным, что его семья и он — волки!
Винс оставался спокойным, подозрительно спокойным. Его глаза не отрывались от меня ни на секунду.
— Я не хотел тебе ничего рассказывать, Эвелин. Ты не должна была следовать за мной. Другие злятся… мы не общаемся с людьми.
— Прекрати, Винс! — попросила я почти истерично, — Если ты не хочешь, чтобы у меня поехала крыша, тогда перестань рассказывать мне эти глупые истории.
Я хотела пойти на кухню, чтобы сделать себе кофе, который сейчас мне был просто необходим, но Винс остановил меня, ухватив за руку. Его взгляд был отнюдь не дружелюбным.
— Ты не можешь меня так просто оставить прямо сейчас, я только что вступил в конфликт с моей семьей… из-за тебя, Эвелин!
— Отпусти меня, — потребовала я, но на этот раз Винс остался неумолимым. Хватка на моей руке усилилась, став почти болезненной.
— Что я должен сделать, чтобы заставить тебя поверить мне? Перекинуться в волка на твоих глазах?
Я покачала головой. Этого еще не хватало… явно шизанутый человек, обнюхивающий бревенчатую хижину, потому что думает, что он волк. Если бы он это сделал, я бы точно с ума сошла!
Винс все еще крепко сжимал меня за руку. Мой взгляд метнулся к входной двери. Могу ли я вырваться на свободу и прыгнуть во внедорожник до того, как Винс поймает меня? Однако для этого он должен был оставить ключ в машине, и я вспомнила, как вчера вечером он положил его в карман.
— Даже не думай об этом, Эвелин, — прочитал мои мысли Винс и его голос прозвучал странно, как рубанком по дереву. Если бы я не знала лучше, мне бы пришло в голову, что это прозвучало как рычание.
Я про себя посчитала до трех. Хотя Винс и пугал меня, до сих пор он не причинил мне вреда. Напротив! Но это может измениться, если я продолжу злить его.
— Хорошо… вы — волки, если тебе так хочется, я верю тебе. Ты доволен?
Наконец Винс отпустил мою руку, но глаз с меня не спускал. Опять же, в его глазах что-то смущало. Я с легкостью могла бы поверить в эту волчью историю, учитывая, как он вел себя. Но это было как с сумасшедшими людьми, у них было свое особое искусство приспосабливаться жить в мире заблуждений. Еще одна причина быть осторожной.
— Ты мне не веришь, Эвелин. Я могу понять, правду трудно принять.
Он провел рукой по своим коротким волосам. Я могла видеть, насколько напряженной была его челюсть, очень мужественная челюсть, сильная и резко очерченная. В очередной раз я спросила себя, как такой красивый мужчина попал в эту спираль утраты реальности.
— Винс, — попыталась успокоить его я. — Неважно, верю ли я тебе. У тебя есть машина, чтобы вытащить меня отсюда, я так благодарна тебе за это. Пожалуйста, просто вывези меня отсюда.
Он сделал шаг ко мне, и вдруг я почувствовала себя загнанной в угол из-за его размеров.
— Эвелин, теперь все стало намного сложнее. Я слишком много рассказал, о нас никто не должен был узнать.
— Я естественно никому не расскажу о тебе и твоей семье, Винс.
Это была даже не ложь — кому я должна выложить такую историю и зачем мне это делать? Чтобы меня приняли за сумасшедшую?
Винс казался не до конца убежденным. В его взгляде было что-то, пронизывающее насквозь.
— Так не терпится уехать отсюда, Эвелин?
Хотя это было бессмысленно, но его слова задели во мне какие-то струны, я почувствовала что-то странное… чувство, с которым я слишком хорошо была знакома… одиночество!
— Я хочу вернуться к своей жизни, — начала я.
Правда в том, что хоть возвращение в мою жизнь и обещало относительную уверенность, но несло с собой и пустоту, от которой я пыталась убежать, приехав сюда. Я все еще подбирала правильный ответ, когда Винс внезапно возник передо мной так близко, что я затаила дыхание.
— Я знаю, что часть тебя хочет чего-то другого, чем то, что говорит твой разум.
Прежде, чем я смогла среагировать, Винс толкнул меня к стене. В его глазах плескалась похоть. Я с нарастающей паникой почувствовала стояк в его штанах, прижавшийся к моему животу.
— Я не хочу отпускать тебя, — сказал Винс, как будто это был только его выбор, но не мой.
— Винс… пожалуйста, — было единственное, что я смогла выдавить.
— Я не могу перестать думать о тебе. Почему так? — в его словах слышался сердитый оттенок.
Я покачала головой, потому что не знала, что ответить. Двумя пальцами Винс взял прядь моих волос и прижал ее к носу.
— Я никогда так не хотел женщину, как сейчас тебя… находясь с тобой поблизости, я не могу думать ни о чем другом.
«О боже!»
Я ожидала, что он тут же набросится на мои губы, но вместо этого Винс отбросил мои волосы и уткнулся лицом в углубление между плечом и шеей. Я в панике попыталась оттолкнуть его от себя и вдруг почувствовала его зубы на своей коже. Но чем больше я пыталась сопротивляться Винсу, тем требовательнее он прижимался ко мне.
— Ты что-то потеряла, — прошептал он мне в шею.
Я была уверена, что ни словом не упомянула Тома или нашего ребенка. Слова Винса всего за один миг вернули боль потери назад.
— Остановись… пожалуйста, — удалось мне сказать, чувствуя, как накатили слезы.
Удивительно, но Винс отпустил меня. Я оттолкнула его от себя. Внезапно я почувствовала себя очень странно, как будто у меня не осталось сил в ногах.
— Никогда не делай этого снова!
Мой голос должен был быть полон гнева, но вместо этого прозвучал так, будто мое сердце только что вырвали и разорвали на части.
— Эвелин, — хрипло произнес Винс, но я покачала головой.
— Я просто хочу уйти отсюда.
Я знала, что он смотрит на меня, хотя и стояла спиной к нему. Взгляд Винса прожигал спину, но он ничего не ответил. Его молчание было достаточным ответом.
— Если ты не хочешь меня увезти отсюда, просто уходи. Пожалуйста… Я хочу побыть одна.
— Если ты действительно этого хочешь, — наконец вымолвил он.
— Да, — ответила я и почувствовала, что если это не полная, то хотя бы половина лжи.
Я так устала от одиночества. Я так устала от горя! Но я не должна допускать эти чувства. Я была психически нестабильна, потеря ребенка медленно, но верно уничтожала меня. При нормальных обстоятельствах я бы никогда не почувствовала притяжения к кому-то вроде Винса. Мне просто нужно было быть сильной.
— Я хочу, чтобы ты ушел и не возвращался!
Несколько, казалось, бесконечных секунд я думала, что Винс не уйдет, но потом услышала его шаги по деревянному полу и стук входной двери.
Винсент
Ее слова поразили меня так глубоко, как я не ожидал! Несмотря на то, что я знал, что они в значительной степени были самозащитой, отказ Эвелин был болезненным. Это было абсурдно, после смерти Валери я не хотел допускать и мысли о том, чтобы искать новую пару. Мне пришлось бы покинуть стаю, но это даже не приходило мне в голову. Здесь я мог спрятаться от жизни, от чувств, здесь я мог бы жить в своих воспоминаниях.
