другой пробираясь под платье.
— Отчего же? — проговорил он, поглаживая мою ногу.
— Ар-ргументируй, — прорычала, снова пробуя вырваться.
Была мыслишка двинуть паршивцу под дых, но я уговорила себя не спешить с расправой: лишняя возня привлечет внимание Биты.
— Обычно мэр устраивает простой маскарад, но в честь дебюта единственной дочери, наверняка расстарается.
Как бы мне ни хотелось поспорить, тут Форсайт был прав. Для Ирэн мэр средств не жалел, все в городе это знали. И если раньше на бал выбирались только те, у кого был туго набит кошелек — модные наряды и украшения требовали немалых трат. То сегодня, предвкушая грандиозное представление, люди заявятся даже в последнем платье.
— И что, мы будем в карете до полуночи сидеть? — я прогнулась в спине, надеясь выскользнуть из загребущих лап недруга, но сделала только хуже: рука Эндрю, уже добравшаяся до колена, соскользнула на край чулок.
Проклятая бездна!
— Нет, — прохрипел Форсайт, исследуя пальцами ажурную кромку. — По прямой мы, конечно, не дойдем. На вас легкие туфли. А вот сократить путь через дворы — это запросто. Пять минут, и мы на месте.
— Откуда ты знаешь про короткий путь? — подала голос сестра. — Ну, кроме того, что ты боевой маг.
— Кроме того? — подивился Эндрю несвойственной Бите наглости.
— Именно. И прекрати тискать мою сестру. А то получишь в бокал настойку мужского бессилия.
Форсайт замер, как застуканный с чужим кошельком карманник. Медленно убрал руку и вернул меня в исходное положение рядом с собой.
Я опустила голову, пряча за волосами вмиг вспыхнувшее лицо.
Паршивая ситуация. С какой стороны ни посмотри.
Если у Биты с Эндрю тайный роман — попали впросак мы оба. Он — потому что выставил себя проходимцем, а я — ветреной дурочкой. А если просто дружба — достанется только мне. У Форсайта репутация отчаянного повесы, с него спрос короток. А вот я, как незамужняя леди, лапать себя позволять не должна.
Подняв глаза, напоролась на тяжелый испытывающий взгляд.
Ревнует? Или взяла на себя обязанности дуэньи?
Когда-нибудь я наберусь смелости и спрошу у нее об отношениях с Эндрю. Но не сейчас…
— Так что? — голос у Биты был холоднее зимнего воздуха.
— Просто знаю. Прими это как данность, — язвительно заявил Форсайт. — И придем мы к черному ходу.
— Но ты наверняка знаешь тайное слово, чтобы нас пустили.
— Не сомневайся.
Бита резко отвернулась, скрывая эмоции. Но и мгновения не прошло, как взяла себя в руки.
— Тогда пойдем. Сидеть тут я более не намерена.
Она открыла дверь и ловко выпрыгнула, даже не опустив ступени.
Глава 18
После тепла кареты морозный воздух ощущался мелкой зверушкой, мстительно покусывающей все открытые участки тела. Но я не жаловалась, только куталась в воротник и старалась шагать быстрее.
Бита шла рядом, периодически на меня поглядывая, но заговорить с ней я не пыталась. Надеялась, что прогулка и яркие эмоции, полученные на балу, размягчат сестру и злиться на меня она перестанет.
— Почти пришли, — произнес Эндрю, когда в небе со свистом рассыпались первые фейерверки. — На всё про всё у нас десять минут.
— Десять минут до речи мэра? — спросила с надеждой. Мэр говорить любил, и в этом случае времени нам за глаза хватит.
— Десять минут до танца дебютанток, — поспешил расстроить меня Форсайт. — Хорошо, что тебе не нужно искать партнера.
Прекрасно, ага. И не случись инцидента с платьем, я бы могла рассчитывать на благополучный исход. Все-таки Эндрю не такая сволочь, чтобы из-за доклада вдребезги загубить мой дебют. Мелкую пакость он бы обязательно учинил, не зря ведь навязывался в кавалеры. Но к такому я была готова: не первый год враждовали. А вот чего ждать сейчас, одной Богине известно.
— Надеваем маски, — скомандовал Форсайт, когда мы подошли к высокой двустворчатой двери. Здесь было безлюдно и непривычно тихо, что навевало мысли о магическом контуре, блокирующем звуки со стороны улицы.
— Ой, — выдала сестра, обшарив свои карманы.
— Не-е-ет, — простонала я. — Где мы будем искать тебе новую маску?
— Придется идти без нее, — Бита развела руками. Делала вид, что ей все равно, хотя явно переживала. Ведь явиться на маскарад без маски, означало нарушить правила. И неважно, что даже с закрытым лицом все и всех узнавали, а дебютантки обязаны были приветствовать верхушку местного общества, поневоле раскрывая свое инкогнито. Правила были правилами, и гости им неукоснительно следовали.
— Тогда и мне не нужна, — решила я поддержать сестру, швырнув свою маску в ближайший сугроб. — Ну, что, маркиз Ньярмэ, пойдем эпатировать публику?
— Я бы с радостью, но без маски личину менять неудобно, — ответил Форсайт, успевший перевоплотиться в своего отца. — Но на вас я возлагаю большие надежды, — он нагло мне подмигнул и принялся отстукивать сложную комбинацию.
Едва прозвучал финальный аккорд, дверь отворилась, выпуская амбала, у которого в ближайшей родне наверняка отметились тролли.
— Богиня! — пискнула Бита, хватая меня за рукав. — Охрана такая, будто это резиденция самого короля.
— Гы-ы-ы-ы, — гнусаво хмыкнул невероятных размеров страж, облаченный в форменную ливрею. А потом выдал вполне себе человеческое. — Вы бы поторопились, Ваша Светлость, а то самое интересное пропустите.
— Спешили как могли, — псевдо-маркиз покровительственно похлопал великана по плечу. — Но что творится на подъезде, ты и сам знаешь. Пришлось бросить карету.
— У-у-у, — протянул тот, смешно сложив губы. — Идите в зал, а карету я прикажу встретить.
— Вот спасибо, — Эндрю протиснулся мимо своего знакомца, скрываясь в недрах дворца. — Будь добр, забери шубы у моих леди.
— Заберу, — радостно выдал страж. — За один золотой.
— Рассчитаемся на выходе, — не стал перечить Форсайт, и мы с Битой поспешили избавиться от верхней одежды.
В этой части дома мы были впервые, но разглядеть интерьер Эндрю не дал: сцапал за руки и потащил по длинным извилистым коридорам.
Сердце колотилось, словно пойманная в силки птица. То ли от скорости передвижения, то ли от волнения, которое клокотало внутри. И чем ближе становился танцевальный зал, тем более во мне нарастала тревога.
— Сейчас мы разделимся, — произнес Форсайт, остановившись перед альковом, в глубине которого виднелся занавес. — Вы спокойно зайдете в фойе и будете ждать меня слева от главного входа.
— Ты меня пугаешь, — восхитилась я его собранностью и умению ориентироваться в чужом доме.
— Рад слышать, — совершенно серьезно ответил Эндрю и, отвесив нам церемонный поклон, нырнул под тяжелые бордовые занавески.
— Как думаешь, он часто здесь ошивается? — спросила я у не менее удивленной Биты.
— Такое ощущение, что он тут живет, — поддержала меня сестра, с любопытством отодвигая краешек шторы. — Не поверишь, но мы попадем прямо в фойе.
— А
