в его глазах прежнюю заботу, ту, с которой он смотрел на меня еще пару недель назад. Чертов лицемер! Я больше не куплюсь на его лживые глаза!
— Лора, вставай. Мы должны подготовиться к пересадке.
ОН взял меня за затылок и попытался поймать мой взгляд. Ну уж нет! Ему меня не заворожить!
— Я прошу тебя, я умоляю! Я женщина, как и твоя мать! Как твоя будущая жена или дочь! Ты обязан мне помочь!
— Лора, не вынуждай меня… Тебе понравится твоя дальнейшая жизнь, я обещаю. Скоро ты сама в этом убедишься.
Я бессильно уронила руки на пол. С этим черствым мужчиной невозможно договориться. Значит, попрошу на ужин блюдо, которое подается с ножом.
Еще несколько минут я молча приходила в себя. ОН вытер мое мокрое соленое лицо своим рукавом и поднял на ноги. Практически плечом к плечу мы дошли до пилотной кабины. Команда отморозков собралась почти в полном составе. Рядом с Борисом сидел Пять девяток. Завидев нас, он быстро соскочил с места. Никак иначе угрожал моему другу. Мразь!
— Кто-нибудь капните виски девчонке. Где Тео? Пусть принесет ужин. Рик! Свяжись с ним.
Борис сидел хмурее самой черной тучи, и, когда Рик принес ужин, даже не притронулся. Друг то и дело сжимал кулаки, сверля глазами присутствующих. Борис промолчит, он пообещал мне…
— Эй! Вы двое! Что с аппетитом? Я велел вам поесть. Следующая возможность выпадет не скоро.
Единственное желание, которое я сейчас испытывала, глядя на тарелку — швырнуть ее кому-нибудь в лицо. Вот только не могу определиться кому. Борис тоже не обратил внимания на ЕГО слова. Я заметила, что он чересчур часто отводил глаза в сторону. Куда он все время смотрит? Я проследила за его взглядом. Высоко в стене встроены огромные электронные часы. Помимо того, что они отсчитывали единицы измерения времени по-андромедски, в них было много других приборов гораздо меньше, измеряющих непонятные мне вещи. Тео как-то пытался разъяснить мне про каждую шкалу, но кроме температуры помещения и чистоты воздуха, я ничего не поняла.
Тео… он так и не пришел. Может, его заперли где-нибудь, как и Бориса? А вдруг его тоже избили? Нет, Гровер бы не допустил этого. Значит, Тео уже должен быть в курсе случившегося. Может, ему, как и мне, просто мерзко находиться среди этих сволочей?
ОН пытался вызвать Тео по своему фулскрину, но тот не выходил на связь, и поэтому ОН сам протянул нам с Борисом бокалы с виски. Друг отказался. Впервые вижу Бориса таким грозным. Надеюсь, он ничего не замышляет? Разве что свой план, в который меня не посвятил.
— Как дела с планом? — спросила я тихо, поймав его взгляд.
Друг придвинулся ко мне, взял обеими руками мою ладонь, притянул ее к своим губам и тихо заговорил. В попытке расслышать, мне пришлось наклониться еще ближе к нему.
— За душевыми два раза направо, в конце будет дверь. Чтобы ее открыть, нужно крутануть круглую ручку вправо два раза. Это на случай, если мы разминемся. Как только сядем, мы должны бежать. — Борис говорил так тихо, что некоторые слова я читала по губам.
Это и есть его план? Я разочарована. Как мы убежим? Вокруг полно народа. Выживем ли мы на этой необитаемой планете? Друг прочел панику в моих глазах.
— Я все продумал, обещаю. Верь мне.
— Уж лучше умереть на этой планете, чем остаться с этими ублюдками!
Желваки на скулах Бориса заплясали, он снова глянул на часы. В отличие от меня, он что-то в них понимал.
— Эй, что с вами?
ОН подозрительно обвел нас глазами. Меня взбесило ЕГО внезапно приподнявшееся настроение. Какая же ОН все-таки скотина!
Видя мой настрой, ОН подошел к Борису и встал напротив него.
— Я жду ответ.
Команда за ЕГО спиной напряглась. Все смотрели на Бориса, у которого от злости раздувались ноздри. Пять девяток жестом показал Борису, что если он выдаст их, он — труп.
— Что у тебя с лицом? — попробовал прощупать ОН.
Я чувствовала, что друг на пределе, костяшки пальцев побелели от того, с какой силой он неосознанно сжимал и разжимал ладони в кулаки. Я едва заметно отрицательно покачала головой, говоря про себя «Не вздумай. Ты пообещал!». Мне нужно как-то перевести тему.
— Хочу еще виски!
Я нагло протянула ЕМУ бокал, но ОН подозрительно вперился мне в глаза, потом снова перевел взгляд на Бориса, а после повернулся к команде ублюдков.
— Что с ними? Девчонка устроила истерику, а перед этим чуть не выпрыгнула в открытый космос.
Роковое молчание дало ЕМУ ответов больше, чем нужно. Поняв, что от него что-то скрывают, он резко изменился в лице.
— Эверет! Выведи мне экран!
— Не получится. Аппаратура барахлит.
Что за экран?
— Авиям, посадка через двадцать минут, нужно приготовиться, чтобы сделать все быстро.
К сожалению, ОН отличался сообразительностью и понял, что ЕГО пытаются сбить с курса. Да что ЕМУ еще нужно знать? Я жива, разве не это для НЕГО главное? ОН уселся на табурет прямо напротив нас с Борисом и, опустив локти на колени, раздвинул перед собой экран фулскрина. Я обмерла, услышав голоса команды и поняв, что ОН собирается просматривать камеры наблюдения за весь день. Пять девяток понял это раньше и направился к выходу.
— СТОЯТЬ! — взревел ОН, не оборачиваясь. Парень не смог ослушаться. Мне и самой стало жутко.
Так, что с того, что ОН увидит это? Он и так считает меня потаскушкой, в ЕГО представлении я для этого и нужна! Я пыталась себя успокоить, но сердце не слушалось, отбивая бешеный ритм. В команде тоже чувствовалось напряжение. Вот же ОН запугал их!
ОН, сильно хмурясь, остановился на моменте, когда Пять девяток оттаскивал меня перед дверью с Борисом.
— Прекрати это! Не трогайте его! — услышала я свой голос.
Мои руки взметнулись к голове. Я не хочу это слушать! Я со всей силы прикрыла ладонями уши, чтобы заглушить свои вопли.
— Отключи звук! — скомандовал Борис, увидев мою реакцию. —
