К счастью, император ничего не пожелал выяснить наедине. Его целиком и полностью занимали собственные мысли. Еще бы — один из вампирских родов планировал сместить правящую династию! Похоже, теперь не следовало опасаться мести со стороны шан Лоров: ее просто некому будет свершить.
Эвиса пристроилась в уголке кабинета ректора Академии колдовских сил и терпеливо ждала, чем закончится спор. Она вернулась на правах полноправной имперки, не опасаясь ареста. Здесь же, у лорда ти Онеша, познакомилась с дознавателем. Он принес скупые извинения и откланялся, вручив девушке уведомление о снятии обвинений. Копию бумаги на гербовом бланке оставили в академии: именно ее глава подавал прошение о доследовании.
От лица подопечной — временно Эвиса считалась адепткой вверенного демону учреждения — лорд ти Онеш выразил надежду, что подобное недоразумение не повторится и потребовал публичного опровержения наветов. Дознавателю пришлось согласиться. Он мог сколько угодно кривить губы и метать гневные взгляды исподтишка, спорить с ректором побаивался. Тот занимал слишком высокое положение в Империи раздолья.
Отец Эвисы тоже добавил проблем. Лорд Лонас тер Шин сдержал слово и испортил карьеру блюстителю порядка.
Через неделю девушку вновь вызвали в кабинет ректора, на этот раз ради обсуждения родственных отношений. Некромантка удивилась, когда увидела отца, и еще больше, когда проректор провел в кабинет посетителя, которому лично, по приказу начальника, открыл портал пару минут назад.
За закрытыми дверьми заседали четверо. Если трое органично вписывались в обстановку, то последний участник беседы вызывал вопросы. Он занял второе кресло, мало заботясь об удобстве остальных. Первое, на правах владельца кабинета, оккупировал ректор. Он привык к самомнению высокородных вампиров, поэтому не стал возражать. Если разобраться, князь прав, пусть он тоже лорд, казалось бы, равный, но выше по положению, нежели Лонас тер Шин. Власть над маленьким кланом делала Ларса шан Артена правителем, отец Эвисы же оставался главой Высшей школы смерти, талантливым некромантом, дворянином, приближенным к императору, но не более. Словом, когда житель Закрытой империи, вежливо поздоровавшись с ректором, устроился в кресле, свысока посматривая на остальных, демон не удивился.
Вампир сделал щедрое предложение только ради сестры. Добровольно лорд ни за что не нарушил бы вековые традиции. Однако Эвиса — единственная дочь Марианны, пусть и бастард… Минуту назад, произнося обидное слово, вампир кривился. Неспящие не жаловали незаконнорожденных, особенно от низших рас. Только вот лорд тер Шин тоже не питал любви к определенным существам. Ему достался стул, который обычно занимали провинившиеся адепты. Проректору и вовсе пришлось стоять: не отнимать же последний свободный предмет мебели у дамы? Он предпочел обосноваться у камина: и тепло, и есть на что облокотиться.
— Нам это не нужно. — Лорд Лонас тер Шин решительно отодвинул свернутый трубочкой пергамент на край стола. — Моя дочь не имеет никакого отношения к Закрытой империи.
Князь рода шан Артенов сложил пальцы «домиком» и, склонив голову, лениво поинтересовался:
— Значит, не признаетесь в совращении княжны?
Уже битый час мужчины обменивались болезненными уколами. Оба ненавидели друг друга, но, как воспитанные существа, прятали чувства. Ларс шан Артен привез новую метрику Эвисы, где значилась фамилия матери. Он брезгливо вытащил ее из кармана и кинул на стол как подачку. Лорд тер Шин, разумеется, не собирался отдавать дочь вампирам, пусть на бумаге, в итоге стороны перешли к глухой обороне с короткими контратаками.
Руководство академии не вмешивалось, хотя просьба князя открыть портал удивила. Тот изъявил желание поговорить, правда, изначально по другой причине. Сама же причина, то есть Виаленна, и не подозревала, какие страсти кипят в ректорском кабинете. А если бы знала, наотрез отказалась бы возвращаться в Закрытую империю, на чем настаивал отец. Вампиршу сейчас волновали совсем другие вещи. Покусывая кончик пера, она не сводила взгляда со старшекурсника перед грифельной доской. Кристоф замещал преподавателя и пытался втолковать юным некромантам основы демонологии.
Мел крошился под пальцами. Кристоф старательно выводил классификацию предмета изучения, мечтая скорее выбраться из душной аудитории. Теперь он понял, как тяжело приходится преподавателям. Адепты вольны болтать, читать, спать, в конце концов, а человеку за кафедрой приходится с серьезным лицом вещать о всякой скуке.
Кристоф не обращал внимания на дисциплину. Не разнесли аудиторию, и ладно. Все равно лекция потоковая, за всеми не уследишь.
Что-то судьба в последнее время щедра на неприятности! Сначала приворот, затем отработка у проректора. Зловредный лорд Шалл спихнул на них с Виаленной всю бумажную работу.
От графиков и классификаций болела голова.
Высшие и низшие. Демоны происходили из миров Хаоса и обладали отличительными особенностями, такими как: второй, истинный хтонический облик, хвост, рога… Так и хотелось добавить: «На ректора посмотрите», — но нельзя.
Вампирша не спешила записывать сравнительную таблицу с доски. Гораздо больше ее интересовал Кристоф. Сейчас он совсем другой — важный, серьезный. Не в форме, а в строгой серой «двойке». Челка падает на глаза, демонолог вечно ее поправлял. Умный, начитанный… и несносный. Вчера не обратил внимания на новые туфли, а ведь Виаленна специально для него их надела. Можно подумать, на каблуках по лестнице лазать удобно? Так уж сложилось, папки с верхних полок, как вампирша, доставала она. Зато оставалось время на разговоры, только Кристоф такой бука! Вечно смотрит в записи и никогда на нее. Ничего не нравится, ничего не надо. Обидно! Только вот на праздник урожая Виаленна не пойдет, пусть не надеется.
Часы на ратуше пробили три часа, и все присутствующие вздохнули с облегчением. Адепты суетились, сгребая в сумки письменные принадлежности, и спешили выскользнуть в коридор, к долгожданной свободе: сегодня занятия кончались рано. Кристоф задержался, чтобы стереть с доски, проверить и запереть аудиторию. Когда он оглянулся, за расположенными полукругом партами сидела лишь Виаленна. Подперев щеку ладошкой, она задумчиво взирала на него.
— Какие-то вопросы? — Кристоф ощутил странное смущение.
Вампирша не просто смотрела, она оценивала, как он — потенциальных подружек.
Демонологу стало неуютно, а любой дискомфорт рождал раздражение. В отношении Виаленны его хватало с избытком. Сия особа умела мастерски вывести из себя, выставить дураком. Личное проклятие какое-то! Знакомы всего ничего, а уже успела так запомниться.
