Я хмурюсь. Сотер получил титул Домны, и это, кажется, принесло ему одобрение семьи, которого он так желал, однако он выглядит скованным под сияющей улыбкой отца.
Кто-то хлопает меня по плечу.
— Офицер Данн?
Передо мной стоит президент Янус Дайер с двумя охранниками.
— Можно вас на пару слов? — не дожидаясь ответа, она поворачивается и идет в сторону костра, разведенного снаружи, во дворе Железного Парфенона в парке Эквинокс.
Я бросаю взгляд на Ли. Вспышки камер освещают её идеально накрашенное лицо. Если я пойду с Янус сейчас, я могу успеть вернуться и поговорить с ней. Я смотрю на Дези:
— Я сейчас вернусь.
Сестра открывает рот, чтобы что-то сказать, но Джакс дергает её за руку, переключая внимание на себя. Янус останавливается на краю круга света от костра. Полураздетые люди танцуют вокруг пламени. Я замираю рядом с ней, скрестив руки на груди.
— Спасибо, что согласились поговорить, — говорит Янус. Блики пламени пляшут на её сурово сжатых губах. — У меня не было возможности поблагодарить вас за то, что вы сделали в Капитолии. Насколько я понимаю, именно вы отвечали за обезвреживание бомбы «Никс».
— Нет, — отвечаю я. — Не только я. Помогли Паллас Лира из «Никс» и еще один Блэйд, Джексон Фостер-Рейд. Мы бы вообще не узнали о бомбе без вампирского принца Вейна и моей сестры, Дезире.
Янус кивает.
— Да, я говорила с принцем Вейном. Корона помиловала Палласа. Её Величество приказала снять с него все обвинения, несмотря на… — она обрывает себя с раздраженным вздохом. — Прошу прощения. Я хотела поблагодарить вас, но теряю нить. Как идут дела после скандала с командором Уилкс?
— Я передал все свои отчеты новому Домне, — говорю я. Это неприятно, но именно с Сотером ей стоит это обсуждать.
— Да, что ж, Домна Телфур — не тот человек, который может помочь мне с проблемой командора. Я выпрямляюсь. Я уже дал показания относительно планов Марлоу использовать Блэйдов в войне «Никс».
— Чем я могу помочь, госпожа президент?
Она смотрит мне прямо в глаза.
— После долгих раздумий и обсуждений между оставшимися советниками и мной, мы выбрали замену Марлоу Уилкс.
— Отлично. Нам не помешает любая помощь.
— Тогда, надеюсь, вы готовы к этой работе. Что скажете? — Янус лезет в карман и достает брошь командора — или её копию, потому что оригинал исчез вместе с Марлоу. — Вы примете этот пост, командор Данн?
Треск! Дрова в костре рассыпаются искрами, когда кто-то подбрасывает хворост в трехметровое пламя. Я качаю головой. Отказ уже на кончике языка. Мне не нужен титул. Я по горло сыт попытками что-то доказать Эпсилонам.
Но… Клинки в полном упадке после смерти отца и предательства Марлоу, а Ли нужны сильные вооруженные силы, чтобы провести те реформы, которые она задумала. Представители других наций уже кружат рядом, как акулы, видя в нашей новой королеве силу, но и уязвимость. Ей нужны союзники, которым она может доверять.
Этому городу нужна помощь, и если я могу её оказать — я это сделаю.
— Ну? — торопит Янус.
— На какой срок? — спрашиваю я.
Она плотнее кутается в шаль.
— Время покажет. Сейчас главное — как можно быстрее закрыть вакансию. В марте мы проводим собрание командоров. Нам нужно, чтобы вы были представителем Бореалиса и изложили надежды народа перед Советом.
Я киваю, принимая шанс стать голосом своего народа.
— Я согласен.
Янус одобрительно наклоняет голову и протягивает мне брошь.
— Удачи, командор.
Вернувшись в очередь, я смотрю на маленькую пятиконечную звезду, но так и не решаюсь приколоть её. В груди всё распирает. Я — командор Клинков Бореалиса, и мне хочется это отпраздновать, но есть лишь один человек, с которым я хочу разделить этот момент, и она стоит на другом конце двора. Я больше не вижу Дези и Джексона, а очередь к ней стала только длиннее.
К черту всё. Я закончил ждать.
Игнорируя очередь, я марширую прямиком к Ли. Почетный караул в золотых мундирах выпрямляется при моем приближении, но Джианна наклоняется к ним, что-то шепча. После её слов они отступают, и всё мое внимание переключается на Ли.
Она вскидывает бровь, видя мое внезапное появление, и я заставляю себя дышать в её ошеломляющем присутствии. Она — богиня, но под этой прической и макияжем она всё та же Ли.
— Мне нужно поговорить с вами, — говорю я.
— Прошу прощения, а вы кто? — спрашивает её новый берейтор, статная женщина в парадной форме. — Если хотите что-то сказать Ее Величеству, встаньте в очередь.
Ли кусает губу, ожидая моего следующего хода. Я не уйду.
— Меня зовут Уайлдер, я командор Клинков Бореалиса, и я обязан поговорить с королевой, — заявляю я. Джианна игриво подталкивает одного из пажей, насмешливо обмахиваясь рукой. Ли закатывает глаза. — Это срочно, — добавляю я.
— Что ж, — отвечает Ли. — Если это срочно, нам лучше поспешить, командор.
Подхватив юбки, она разворачивается к задним дверям Железного Парфенона. Я бросаюсь за ней.
Внутри металлические двери с грохотом захлопываются за нами, и Ли резко оборачивается ко мне.
— В чем дело, Уайлдер?
Я не пропускаю придыхания в её голосе, хотя она изо всех сил старается казаться равнодушной. Я подхожу ближе; её взгляд не дрогнул и не отступил. Это упрямство заставляет меня желать лишь одного — схватить и поцеловать её. Вместо этого я заставляю руки оставаться по швам. Сначала нужно поговорить. Очистить воздух, прежде чем дышать им на двоих.
— Я не должен был позволять тебе уходить с письмами, — начинаю я. Она хмурится, и я стону. — Я не это имел в виду. Я должен был пойти с тобой. Будь то к «Никс» или к королеве Джорине — это было твое решение. Я понимаю, почему ты ушла. Я вел себя как придурок, и ты не доверила мне правду о своей магии, — она сглатывает, и я вижу, как дернулось её нежное горло. — Я буду жалеть о том, что заставил тебя так себя чувствовать, до конца своих дней.
Она опускает взгляд на свои ноги.
— Я идиот, — добавляю я.
Она смеется, встречаясь со мной глазами.
— Ты… нечто особенное.
— А еще мне жаль, и я здесь, чтобы просить — нет, умолять — тебя простить меня, — я опускаюсь перед ней на колени, и её глаза округляются. — Я не хочу, чтобы то, как мы расстались, стало концом. Прости меня.
— Уайлдер, — говорит она, и у меня всё переворачивается внутри. — Тебе не за что просить прощения.
— Есть за что.
Она опускается на колени передо мной, так что мы оказываемся лицом к лицу.
— Ты
