всем весом, скрестив ноги, чтобы устроиться поудобнее. Ну, я устроилась на каменном полу настолько удобно, насколько это было возможно. Если Рэнсом проведет здесь весь вечер, то и я тоже. Но как только я расслабилась, острая боль пронзила всю мою руку, от запястья до локтя, и была такой сильной, что все мое тело дернулось.
— Ауч, — прошипела я.
Рэнсом мгновенно вскочил на ноги, его руки сжались в кулаки, когда он уставился в темный коридор. Он стиснул зубы, и каждый мускул в его теле напрягся.
— Что? — Я проследила за его взглядом, вглядываясь в темноту.
Ощущение, будто по моей коже ползут пауки, появилось за мгновение до того, как я услышала шелест синих одежд.
Брат Скор появился в свете моего фонаря и уставился на меня сверху вниз с высоты своего роста.
Рэнсом хлопнул ладонью по решетке.
— Держитесь от нее подальше.
Я смотрела на него снизу вверх, не отрывая взгляда от темно-зеленых глаз жреца. Может быть, он был предателем. Может быть, он манипулировал мной в тех пещерах у водопада. Может быть, когда-нибудь я пожалею об этом решении.
А может, и нет.
— Помогите ему. Пожалуйста. У него в крови инфекция.
У меня было ощущение, что он уже знал об этом.
Брат Скор поднял руку, на каждом пальце у него были заостренные ногти, похожие на когти. Он закрыл свои бездонные глаза.
И начал откачивать Лиссу из крови Рэнсома.
Пятьдесят семь
Каспия
Четверо Востеров идут по холодному мраморному полу, их бордовые мантии развеваются у босых ног.
Андреас стоит перед ними, сцепив руки за спиной, и выглядит расслабленным, если не считать спрятанного кинжала, зажатого в кулаке.
Через широкие балконные двери в большую комнату с гулким эхом врывается ветер.
Солнечный свет струится сквозь окна, окрашенные в синие, зеленые и желтые тона.
Из комнаты далеко наверху раздается крик.
Четверо жрецов поднимают глаза к потолку. Затем они разбегаются на охоту.
Двое бесшумно направляются к дверям.
Один пристально смотрит на Андреаса.
А другой приближается ко мне, и боль от его магии пронзает мою грудь, как лезвие ножа.
Андреас кричит стражникам, чтобы те остановили их. Он бросает свой кинжал в жреца, но невидимый ветер отбрасывает оружие, и лезвие со звоном скользит по полу.
Мы не можем бороться с ними.
Мы не можем победить.
Не такими, какие мы есть.
Я стояла на балконе, глядя на море через Росло. Прошло несколько часов с тех пор, как я очнулась от видения, но оно не покидало меня, отказываясь ослабить хватку.
Я уже видела эту комнату раньше. Я видела тех Востеров.
Знали ли они уже о сфере? Теперь, когда мы извлекли ее из этого хранилища, их магия ослабла? Или нам придется сначала найти способ уничтожить ее?
Возможно, именно это ожидало нас после того, как мы найдем их все.
— Каспия, — позвал Андреас изнутри.
Я не ответила, зная, что он найдет меня. Он всегда знал, где искать. У этого мужчины было мое сердце.
— Вот и ты. — Он подошел ко мне сзади и мгновенно обнял за плечи.
— Готово?
— Готово.
Я выдохнула, напряжение покинуло мое тело. Впервые за долгое время я смогла дышать. Давление в моей груди исчезло.
— Ты что-нибудь чувствуешь? — спросил он.
— Ничего.
Сфера была спрятана в запертой комнате в семейном склепе. Находясь настолько далеко, что я не могла ощутить ее магию.
Возможно, я выдавала желаемое за действительное, но с тех пор, как проснулась после Эвона, я чувствовала себя по-другому. Я уже не могла видеть так далеко, как пять солнц назад. Звуки стали не такими громкими.
Сегодня утром я специально порезала палец, чтобы посмотреть, как быстро заживет рана.
Быстро. Но не настолько.
По крайней мере, я надеялась.
Возможно ли, что мы уже изменили состояние континента, вынеся эту сферу за пределы ущелья? Если она будет лежать в железном ящике, не соприкасаясь с водой, запертая в сводчатом туннеле, уменьшится ли ее магия?
Андреас сунул руку в карман брюк и достал связку ключей. Он отделил их друг от друга, и в руках у него оказался простой медный ключ, блеснувший на свету.
— Это останется у меня. Пока я не найду надежное место для хранения. Только мы с тобой будем знать, что там спрятано.
Я кивнула.
— А солдаты?
— Перед тем, как мы ушли, я сказал им, что мы ищем историческую реликвию. Они все верят, что именно ее мы вытащили из того хранилища. Каждый получил солидный бонус за то, что сопровождал нас. И семьи тех, кто погиб.
— А семья Сета Хэйя?
— Им больше никогда не придется путешествовать по ущелью.
— Хорошо. — Я прижала руку к сердцу, все еще переживая из-за смерти доброго торговца.
Тела Сета и других павших солдат были извлечены из ущелья, чтобы их можно было вернуть их близким и должным образом оплакать. Половина людей, которые остались с лошадьми и припасами у подножия Эвона, были убиты хайроптусами.
Я не помнила, как покинула ущелье Эвон.
После того, как я потеряла сознание, Андреас отнес меня и сферу к лошадям. Он позволил остальным собрать тела погибших, а сам вывел нас из ущелья.
К сумеркам он добрался до вершины, остальные не сильно отстали. Он догнал солдат, которые страдали от головокружения, и объяснил, что мне стало плохо и я потеряла сознание.
Магия сферы и натиск боли отключили мое тело. И хотя Андреас беспокоился о том, что нас разлучат, он воспользовался шансом.
Сфера вернулась в Росло вместе со светловолосым солдатом, человеком по имени Тавен. Пока Тавен ехал впереди со сферой и несколькими другими, Андреас ехал со мной в той ужасной карете. Я не помнила, как возвращалась в город.
Я очнулась в своей постели через четыре солнца после падения в ущелье.
— Нам нужно поговорить о других сферах, — сказал он. — Мы не будем их искать. По крайней мере, ты точно нет.
— Я ожидала, что ты это скажешь.
— И я ожидаю, что ты попытаешься убедить меня в обратном. Имей в виду, у меня было пять дней, чтобы подготовить свои аргументы.
— Не нужно никаких аргументов.
Он замер на мгновение, затем отпустил меня и развернул лицом к себе.
— Правда?
— Прошлой ночью у меня было видение. О Востерах. Они пришли за нами.
— Черт. — Он стиснул зубы. — Когда?
— Я не знаю. Возможно, не раньше, чем мы найдем их всех. Но если выход на эту сферу каким-то образом изменил их
