было какой-то отвратительной практикой, а затем продолжил:
— Тебя бы отправили на виллу Сирана, трахали бы, пока ты не родишь ребенка, а потом делали бы это снова и снова, особенно если ты хотя бы наполовину могущественна. Кстати, с какой стихией ты собираешься проявиться? Очевидно, не с огнем, — добавил он, взглянув на Гатлана. — В королевство Эйналы крепко держит этих фейри под строгим контролем.
Тесса застыла на месте, внезапно осознав, что это только что произошло. Это была попытка получить информацию о ней. Никто из других Наследников даже не обращал на нее внимания, и она была уверена, что в тот момент, когда Теон избрал ее, эти файлы стали полностью конфиденциальными и недоступными для кого-либо еще.
Мать Корделия была достаточно умна, чтобы не делиться информацией без разрешения Королевства Ариуса, поэтому единственным источником информации о ней были другие фейри из поместья Селесты. Им хорошо известно, что она была импульсивной и безрассудной. Джаспер должен был знать, что, если ее разозлить, она скорее всего скажет что-нибудь, не подумав.
И этот вопрос ясно дал понять, что их Хозяйки просили сделать сегодня вечером.
Тесса закинула ногу на ногу, и глубокий разрез ее платья обнажил бедро. Взгляды всех мужчин устремились на нее. Затем она наклонилась вперед, опершись локтем о стол и подперев рукой подбородок.
— Скажи мне, Максон, какое наказание тебя ждет за сегодняшнюю неудачу?
Мимолетный проблеск паники мелькнул в его стальных глазах, подтверждая ее догадку.
— О чем, блядь, ты говоришь? — спросил Максон скучающим тоном.
— Что сделает с тобой твоя Хозяйка за то, что ты не смог собрать требуемую ею информацию? — повторила Тесса.
— Ты не знаешь, о чем говоришь.
— Должна ли я сказать что-то ложно, чтобы у тебя было что доложить? — продолжила она. Затем она поморщилась. — Хотя наказание за предоставление неверной информации, вероятно, будет более суровым, не так ли?
— Не говори о ней так.
Тесса прищелкнула языком в притворном сочувствии.
— Разве тебе не нравятся ее наказания?
— Заткнись.
— Никто не осудит тебя, если тебе это нравится. Иногда наказания заставляют тебя чувствовать себя живым, верно? Как будто ты не просто участвуешь в процессе выживания.
Саша разламывал еще крендельки. Дейд и Джаспер напряглись. Гатлан ухмылялся в свой стакан.
Тесса поднялась на ноги и наклонилась над Максоном.
— Мои тесты оказались безрезультатными. Мы понятия не имеем, с чем я проявлюсь.
— Ты гребанная лгунья. Оценки не могут быть безрезультатными, — выплюнул Максон, его лицо покраснело от гнева.
Тесса пожала плечами, выхватила бокал из рук Гатлана и допила остатки. Все остальные Источники замерли. С тихим стуком поставив стакан на стол, она сказала:
— Если ты предпочитаешь более суровое наказание за неверную информацию, можешь сказать Лилле, что, по прогнозам, я проявлюсь со стихией воды и почти без сил.
— Пошла нахер ты и твое гребаное королевство, — прошипел он, вскакивая на ноги.
— О, Макс, если бы ты только был смертным. Тогда, возможно, у тебя был бы шанс, — усмехнувшись произнесла Тесса, выпрямляясь и проводя руками по своему платью, разглаживая его. — С другой стороны, я бы все равно никогда не прикоснулась к фейри королевства Серафины.
Она уже уходила, не успев услышать ответ Максона, зная, что он не посмеет устроить сцену на глазах у всего Наследия. Высоко подняв подбородок, она огляделась по сторонам и заметила Теона и Луку, увлеченных разговором с кем-то из Наследников. Аксель стоял рядом с ними и что-то шептал на ухо женщине, губы которой растянулись в улыбке.
Не зная, куда еще пойти, она направилась к перилам, выходящим на первый этаж. В зал входили другие фейри, смеющиеся и счастливые. В руках они держали напитки, и они махали друг другу через весь зал. Она оглядела их всех, пытаясь хотя бы мельком увидеть Лэнга или Декса, но их было так много, что найти их было невозможно.
— Посмотри на себя, дикая Ярость. Ты снова приоделась.
Тесса обернулась и увидела Тристина Блэкхарта, который облокотился на перила, держа в руке стакан с напитком.
— Что ты здесь делаешь? — выпалила она.
— Очевидно, посещаю светское мероприятие, — ответил он, указывая на Наследие.
— Но ты… не смертный, — осознала она.
— Я не смертный.
— Но ты говорил, что ты смертный.
— На самом деле я никогда этого не говорил.
— Но и не поправил меня. Это одно и тоже, — решительно заявила она, поворачиваясь, чтобы еще раз осмотреть первый этаж.
— Это не одно и тоже, — возразил Тристин, толкнув ее локтем. — Контроль над информацией — это контроль над властью.
— Ты из Наследия. У тебя и так достаточно власти, — пробормотала она, прежде чем вздохнуть. Она не могла так разговаривать с Наследием. — Я прошу прощения.
— Не надо, — сказал он, делая глоток из своего стакана.
Когда она несколько мгновений больше ничего не говорила, он повернулся, чтобы тоже осмотреть первый этаж, и протянул ей свой стакан.
— Это не сердце агавы, но, тем не менее, это предложение мира.
— Я не могу пить сегодня вечером, — ответила она.
— Из-за Теона.
Это было утверждение. Она почувствовала, что краснеет от осознания того, что он, должно быть, с самого начала знал, кто она такая. Но если это правда, он также знал, кто такой Теон, и ни на дюйм не отступал перед Наследником Ариуса.
— Да, из-за него, — натянуто ответила она.
— И все же ты просто пила со своими друзьями.
— Это было… Они мне не друзья.
Поняв, что она не собирается брать его напиток, он снова поднес его к губам и сделал еще один глоток, прежде чем заговорить.
— Это очень плохо. Тебе нужно впустить в свой хаос несколько человек.
— Дай-ка я угадаю. Кого-то вроде тебя? — спросила она с застенчивой улыбкой, искоса взглянув на него.
С ним было слишком легко разговаривать, слишком легко заводить пустую беседу. Ей не нужно было объяснять, насколько это опасно, но она не могла понять, из какой он родословной.
Он раздраженно рассмеялся.
— Мне и без того хватает хаоса, Ярость.
— У меня есть друзья, — сказала она, защищаясь. — Или были… Я верю, что все еще есть.
Она почувствовала, как Тристин изучает ее, прежде чем он дернул подбородком в сторону фейри внизу.
— Там, внизу?
— Может быть? Я их еще не видела.
— Они были с тобой в вашем поместье? — спросил он, незаметно протягивая ей свой полупустой стакан.
Она взяла его, не задумываясь.
— Да. Не сразу. На самом деле, только в последние несколько лет.
— Интересно, — подумал он. — И их здесь нет?
— Даже если бы они здесь и были, это не имеет значения. Я не могу
