Это был поцелуй-прощение, поцелуй-обещание и поцелуй-признание…
Моя защита, все те стены, которые я так тщательно выстраивала все эти годы, рассыпались в прах. Я ответила Инориэлю с такой же безудержной нежностью, запустив пальцы в его волосы, притягивая ближе, боясь, что он вот-вот исчезнет, как мираж.
Мы больше ничего не говорили. Слова нам были не нужны. Страсть вспыхнула молниеносно, и я потянула эльфа в сторону спальни. Эта ночь была медленным, осознанным погружением, воссоединением двух половинок, так долго искавших друг друга.
Когда наконец не осталось ни границ, ни обид, ни страхов, а только мы вдвоем в тишине ночи, я прижалась к его плечу, слушая ровный стук сердца. Нур обнял меня, его рука легла на мою талию, как самое естественное и правильное завершение этого долгого, извилистого пути.
– Засыпай, Эль. – Голос любимого прозвучал приглушенно, убаюкивающе. – Я никуда не денусь. Утром я буду здесь.
И я поверила. Впервые за шесть долгих лет я закрыла глаза и позволила себе просто быть – любимой и счастливой, без оглядки на завтра.
* * *
«Убью тебя нежно» оказался кассовым проектом. Сработало все: хороший сценарий, звездный состав, который выложился на полную, и наша история любви с Нуром, которая развивалась на съемках. Никто и не думал скрывать, что у ведущих актеров роман. Ажиотаж вокруг проекта был невероятный.
Своему эльфу ответ на его предложение я так и не дала. Все оттягивала, ища удобный момент для согласия и ответного признания.
Фис и Таэль в очередной раз поругались и отложили объявление о помолвке, хотя живот у девушки уже становился заметным. В итоге они доиграются, и про их отношения расскажем уже мы с Нуром – но это будет потом.
А сегодня в центре внимания были только мы двое. В этот раз интервью мы давали с Инориэлем вдвоем. Это был все тот же прямой эфир, но более камерное, почти домашнее мероприятие. И журналистка была знакомая – та самая акула, которая вела первое, скандальное интервью. Но сейчас в ее глазах читалось не столько желание добыть сенсацию, сколько неподдельное любопытство и даже некоторое умиление.
Разговор шел легко и непринужденно. Мы говорили о сериале, о наших персонажах, о том, как работалось вместе. Казалось, все близилось к завершению, когда ведущая с хитрой улыбкой задала последний, казалось бы, стандартный вопрос:
– Мариэль, Инориэль, ваша история на экране и за его пределами покорила миллионы сердец. Что бы вы хотели пожелать нашим зрителям и друг другу?
Я улыбнулась, собираясь сказать что-то общее и красивое, но Нур мягко перехватил инициативу. Он взял меня за руку и уверенно сплел наши пальцы.
– Я бы хотел воспользоваться моментом. – Его голос, обычно такой уверенный, прозвучал чуть более проникновенно, заставив всю студию затихнуть. Он повернулся ко мне, и в его глазах плясали отблески софитов, но за ними горело нечто большее – непоколебимая решимость. – Тем более что мы в прямом эфире, и ты не сможешь сбежать.
В студии прокатился сдержанный смех. Я чувствовала, как кровь прилила к щекам, но руки не отняла.
– Мариэль, последние несколько месяцев были самыми яркими и одновременно самыми сложными в моей жизни. Я не хочу терять тебя снова. Ни на секунду.
Он отпустил мою руку и, не отрывая от меня взгляда, опустился на одно колено. В студии раздался общий вздох, а у меня в ушах зазвенело. Мир сузился до него, до его лица, до маленькой бархатной коробочки, которую Нур достал из кармана.
– Ты – моя истинная пара во всех смыслах этого слова. Важно лишь то, что говорят наши сердца. И мое говорит, что я хочу провести с тобой всю оставшуюся жизнь. – Он открыл коробочку, и внутри, сверкая, лежало изысканное кольцо с крупным сапфиром, окруженным бриллиантами. – Мариэль, выйдешь за меня?
Время остановилось. Я видела его взгляд – полный надежды, любви и той самой уязвимости, которую он так редко позволял себе показывать. Все обиды, страхи и сомнения разом испарились, оставив лишь щемящую, всепоглощающую радость.
Я посмотрела на него – на своего глупого, упрямого, идеального эльфа – и кивнула, прежде чем смогла найти слова.
– Да, – выдохнула я, и это было похоже на освобождение. – Конечно выйду! Ведь я тоже тебя люблю.
Он с сияющей улыбкой снял кольцо с бархата и надел мне его на палец. Оно село идеально. А потом встал, наклонился, не обращая внимания на камеры и восторженные возгласы команды, притянул меня к себе и поцеловал. Это был не поцелуй для камер, а торжественное, нежное обещание только для нас двоих.
Когда мы наконец оторвались друг от друга, ведущая с улыбкой сказала в камеру:
– Ну что ж, дорогие зрители, кажется, у нас только что случился самый настоящий хеппи-энд! Поздравляем Мариэль и Инориэля с помолвкой!
Но мы уже толком не слышали этих слов. Мы смотрели друг на друга, и в его глазах я видела наше будущее – долгое, счастливое и уже ничем не омраченное.
И понимала, что лучшей сцены в нашей жизни и придумать было нельзя.
Завершено!
