сеткой во избежание искушения. Подействовало! С тех пор жительницы архипелага носят длинные одежды и разоблачаются лишь дома, перед основным партнером, или если по какой-то причине хотят этого самого партнера сменить. Там еще были какие-то тонкости, но я уже их не вспомню.
Мысль о парандже возникла на фоне родства драконов и змеелюдов — гады ведь. А с некоторых пор все чешуйчатые вызывали определенную степень недоверия.
— Просто ради интереса: о каких травмах идет речь? Этим студенткам предстоит воевать на границе бок о бок с другими воинами. Ночевать в одной палатке и делить тягости военного бремени. А до этого — многочисленные практические занятия, где опять же будут как однокурсники, так и студенты с других курсов. Мы учим студенток выживать, а не блюсти честь!
— Что ж… Значит, я займусь этим вопросом.
От угрожающего шепота с шипящими нотками я снова вздрогнула и, не выдержав, ляпнула:
— Я не надену паранджу!
— Что? — одинаково изумились мужчины, которые, кажется, успели забыть о моем присутствии.
Аккуратно высвободившись из крепкой хватки, отбежала на пару шагов и с широкой улыбкой пожелала хорошего дня. А затем побежала в сторону учебных корпусов, мысленно костеря как драконов, так и всех мужчин в целом.
36
Риордан Обсидиан Драгоценный, правая Лапа армии
С того момента, как увидел русалину в обществе полуголого оборотня пламя в крови бушевало и требовало выхода. Нашептывало тысячу и один способ, как можно избавиться от непокорного двуликого. Я хотел этого. И будь при мне прежняя сила, просто смел его.
Но магии не было.
Эта мысль отрезвила и позволила взять себя в руки. Прошли времена, когда драконы завоевывали земли силой. Мы изменились и стали цивилизованным народом, предпочитая ум и рациональность. Но иногда наследие предков напоминало о себе лавой, текущей по венам. Заставляло совершать необдуманные поступки. Прямо как сейчас.
Мне следовало пройти мимо и забыть об увиденном. В конце концов, это не мое дело, с кем общается русалина и какие отношения ее связывают с оборотнем.
Не мое… Но одна мысль об этих самых отношениях бесила.
Я не сдержался.
Оборотень видел мое приближение, но даже не подумал отодвинуться или прекратить выговор. Проигнорировал, причем снова демонстративно. Пришлось вмешаться.
— Интересные у вас, уважаемый, способы воспитания.
Голос прозвучал ровно, и за это я мысленно себя похвалил. Помогло прикосновение. Легкое касание к хрупким на первый взгляд плечам, но я уже видел, какая за ними скрывается сила. Эта разница завораживала. Сама русалина неизменно привлекала внимание непохожестью на других девушек. Не столько внешней, — хотя отрицать ее красоту было глупо, — сколько внутренней. Драконы всегда любили загадки. Я так точно. С некоторых пор Арлинн Лазурная стала одной из них.
— Просто ради интереса: о каких травмах идет речь? — Рычание, прорывающееся в словах оборотня, заставило напрячься. Если он снова обернется и не сможет себя контролировать, придется вырубить. — Мы учим студенток выживать, а не блюсти честь!
— Что ж… Значит, я займусь этим вопросом.
Еще как займусь.
Девушки действительно сражались на войне, но все чаще в тылу. Мы не отпускали их на фронт, понимая ценность как для нашей империи, так и для врага. Это мужчин некроманты убивали, а женщин забирали в рабство. Лишь богам известно, что с ними происходило в Морэоне.
Так что упоминание совместных ночевок с мужчинами были излишни, но для чего-то же оборотень их упомянул?
— Я не надену паранджу!
Это заявление оборвало цепочку мысленных рассуждений и заставило удивленно посмотреть на девушку. Причем здесь паранджа? Впрочем, если брать в учет слова про честь, то все встает на свои места. А неплохая идея, между прочим. У парней будет меньше искушения и появится больше времени на учебу.
Ослабил хватку лишь на миг, но этого времени хватило, чтобы гибкая русалина выскользнула и отошла. Жаль. Мне нравилось тепло ее тела и необычный аромат.
— Нет-нет, ничего. Вы продолжайте ругаться, а я пойду. Пара у меня. И вообще дел много!
Ушла. Я бы даже сказал — сбежала. Как и всегда. Мы с братом ей не нравились. Я не понимал причины столь открытой неприязни на грани страха, но очень хотел разобраться. Теперь у меня появилось много свободного времени и не ясно, когда получится снова вернуться к своим обязанностям.
Так что…
— И что это было? — Голос Блайда отвлек от созерцания тонкого стана убегающей девушки.
— Что именно?
— Защита чести и достоинства студентов. Данная акция невиданной щедрости касается всех или одной конкретной русалины?
Смерив оборотня недобрым взглядом, я развернулся и пошел прочь. Очень правильный вопрос, и пока я не мог дать на него ответ.
37
Арллин Лазурная, студентка академии «Девятого рубежа»
У каждого преподавателя свое видение идеальной лекции.
Одни предпочитали теорию, предоставляя студентам выбор: конспектировать или нет. А в конце месяца с коварными улыбками подсовывали контрольные работы для проверки знаний.
Другие заставляли дословно записывать материал, а затем учить наизусть. Отличный метод, кстати, особенно когда речь шла о темных заклинаниях и способах борьбы с ними.
Третьи, такие как магистр Борей, придерживались мнения о взрослости и рассудительности студентов. Мы были вольны делать на лекции все, что захотим. Не писали контрольные. Не сдавали рефераты. Да и в целом почти не прикасались к учебникам. Все потому, что конкретно этого преподавателя хотелось не только слушать, но и слышать. Он умел завладевать вниманием и делал это виртуозно.
Стоило зайти в его кабинет, как все затихали, с немым обожанием глядя на магистра. Его наша реакция веселила, а мы… Мы жаждали новых знаний. Запрещенных, если по правде. В учебниках о таком не писали. В них выдавали крупицы информации, одобренной сильными мира сего. Иногда слегка приукрашенной, а иногда и откровенно переписанной. Раньше я не замечала этого: логично, что одно событие описывали одинаково. Тогда я не понимала, на что обращать внимание. Куда и как смотреть, чтобы вычленить одну правдивую фразу среди десятка.
Магистр Борей научил. У него имелись учебники всех империй и княжеств. Даже с дальних островов! Нам продемонстрировали каждый, а затем предложили провести сравнительный анализ. Мы не поверили своим глазам и сравнили снова. И еще раз, пока не убедились: все они — копия одной книги. С разными именами на обложке, с годами выпуска и тиражами, но копии! Слово в слово от оригинала.
— Предки говорили,
