именно сейчас я поняла, что оделась неуместно. Цвета семейства Синклеров — это изумрудно-зеленый и черный. На мне же платье, почти в тон к цветам его клана. Можно подумать, я поддерживаю его притязания на мою руку.
Где-то на задворках стоял Лахлан, и завидев мой взгляд, помахал мне. Я не осталась в долгу. Если выказывать предпочтения, то пусть это будет Киркпатрик. По крайней мере, тот изъявил желание подружиться.
Отец, сидевший рядом, встал и провозгласил правила. Последние четыре воина, оставшиеся на ногах переходят во второй тур. Народ возликовал. Они жаждали бойни. Нечасто у Макензи проводятся турниры. Родерик дал знак, и схватка началась.
Для меня все выглядело очень жестоким, но я не могла отвести глаз. Ни отвернуться, ни моргнуть. По моей вине все это началось.
Драммонды крушили все вокруг, объединившись в команду. Волки были сильными воинами, быстро справившись с напором рыцарей с равнин. Синклер взял на себя моих собратьев. Я даже не надеялась на положительный исход битвы: мужчина несколькими ударами отправил всех Макензи к лекарю. Он не кичился выносливостью или силой, просто действовал, не нарушая правил. Всего пять минут, и он уже взирает на Лахлана, который до этого прятался за спинами своих соклановцев.
— Остановитесь! — провозгласил лаэрд. — Вас осталось четверо, а значит, завтра продолжим состязания.
Я ликовала, Лахлан не пострадал, а после недавнего разговора я переживала за мужчину, как за брата. Да и раненые не требовали какой-то очень посильной помощи.
— На рассвете мы продолжим. Все будут показывать свои умения в стрельбе из лука.
Как жаль, что я сама не могу постоять за свое имя. В той свалке на ристалище я бы не продержалась и пяти минут, а вот в следующем испытании...
Не хочу хвалиться, но я могла прострелить глаз белки с нескольких метров. Но кому это интересно?
Братья что-то ворчали, но при виде меня замолкали, не желая делиться мыслями.
— Летти, тебя все ждут на обеде, — все-таки подозвал меня Томас, когда я навострилась бежать обратно в комнату.
— Там ничего интересного, — крикнула ему.
Алиера умела интриговать, я жаждала разговора с ней. Но в нашу беседу с братом некстати влез рыцарь.
— Если вы позволите, — Джеймс Синклер поклонился Томасу, — Я бы перекинулся словечком с предполагаемой невестой.
— Это неправильно! — возмутился брат. — Вы для начала должны выиграть турнир.
— Верно, — совсем не растерялся оборотень-медведь. — Но вы же не переживали, когда ваша сестра ушла с сыном лаэрда Киркпатриков.
Он прав. Вчера мне никто и слова не сказал о неподобающей близости. Если Томас начнет возмущаться, то Синклеру впору заявить о моем поведении во всеуслышание. Брат громко фыркнул, всем видом показывая свое презрение.
— Я стою неподалеку, — он посмотрел на меня, а потом на лаэрда. — У вас не более пяти минут.
— Благодарю за вашу отзывчивость, — Синклер насмешливо посмотрел на Томаса, еще больше выводя его из себя.
Я поспешила вмешаться, чтобы родственник не накинулся на гостя с кулаками. Интересно, что на него нашло? Том самый спокойный и рассудительный из всех детей Макензи. Никогда не позволял эмоции властвовать над разумом, а сейчас словно разъяренный бык.
— Вы хотели со мной поговорить, — аккуратно дотронулась до руки медведя, обходя брата. — Не будем откладывать.
— Конечно, моя леди. — Он поймал мою ладонь и запечатлел недолгий поцелуй.
Увиденное не понравилось моему сопровождающему, но я взглядом просто молила не лезть. Том кивнул, отошел на небольшое расстояние и во все глаза уставился на нас.
— Что же вам понадобилось от меня? — спросила Синклера, когда мы остались наедине. — И зачем вообще этот фарс? Вы сами назвали меня несмышленым ребенком, дали понять, что не стою вашего внимания, рассуждали о долгах, — затараторила я.
— Подождите, — лаэрд был, как никогда, учтив. — С чего вы так решили? Разве я говорил, что-то подобное?
Вспомнив встречу, зарделась. Нет, он, конечно, насмехался над моей наивностью и неопытностью, но все домыслила я сама. Но его поведение просто сквозило пренебрежением.
— Так зачем вы меня позвали? — с любопытством уставилась на мужчину.
— Хотел предостеречь. Не стоит вам подолгу находиться вблизи с другими участниками турнира. Тем более, прогуливаться с наследником Киркпатриков.
— Это еще почему? — не поняла я.
— Вы же не хотите, чтобы они сильно пострадали в следующих испытаниях? — прищурился Синклер.
Он неожиданности я ахнула. Рядом дернулся брат, но я жестом его остановила. Это на что намекает оборотень? Что будет наказывать каждого, кто со мной заговорит?
— Вы мне еще не муж, — возмутилась я, — чтобы что-то запрещать.
— Но скоро им стану, — заключил лаэрд. — Поэтому настоятельно прошу не испытывать мое терпение.
Невероятное самомнение. Совсем как мой отец.
— Зачем вам я? — постаралась проигнорировать замечание. — В вашем клане достаточно оборотней. А для Киркпатриков, возможно, я последняя надежда.
— А вам известно, что у молодого Лахлана есть постоянная любовница? — тут же спросил Джеймс. — Согласитесь быть второй?
Нет, видимо, целью этого мужчины была возможность разозлить меня.
— Во-первых, я стану женой, а не любовницей, то есть уже буду главнее той женщины, — чуть ли не топнула ногой. — А во-вторых, откуда вам все известно? Он совсем недавно прибыл с равнин.
— Слухами земля полнится. — Хитро улыбнулся собеседник. — Здесь каждый воин что-то да расскажет. Даже о вас. Дело лишь в монете.
— И что же вам обо мне рассказали?
Надо поговорить с матушкой. Значит, кто-то из слуг чересчур болтлив, а таких в землях Макензи не держат.
— Про бедовый характер и желание сбегать в Чаролесье при каждом удобном случае.
— Тоже мне, секрет, — пробурчала себе под нос. — Вы это в первый день знакомства отметили.
— Да, согласен, — ухмыльнулся Синклер. — А еще узнал, что вы очень хорошо рисуете, леди Макензи. Это меня очень сильно удивило, и даже обрадовало.
— Почему?
Батюшке, например, было абсолютно все равно на этот дар. Мама гордилась, но не знала, как его можно применить в хозяйстве. Остальные восхищались, но тоже не находили практических применений. Все считали это блажью. Спасибо и на том, что позволяли обучаться искусству, а не препятствовали.
— Значит, что вы усидчивая. Это хорошая черта для будущей супруги.
— Сначала выиграйте в турнире, — зашипела на него.
— Не сомневайтесь. И помните о моей маленькой просьбе.
Вот еще. Пока я под опекой семьи, буду действовать так, как захочу, в рамках дозволенного, разумеется. Но говорить этого не стала. Вдруг он громко заявит что-то подобное и спровоцирует скандал. В замке слишком много чужих, разнесут эту сплетню по всей Андмарре.
Лаэрд поклонился и вернулся к своим людям. Какое-то время я еще ощущала след от его поцелуя на руке. Многоликая, отчего он
