Ричел (Райчел) Мид - Черный лебедь. Тетралогия (ЛП)

— Эй, сосредоточься, — отчитала я. — Железная корона. Мастэра утверждает, что с помощью этой короны можно окончить войну, победить, что докажет нашу ээ… мою силу. Я могла бы заставить Катрис отступить.

Улыбка исчезла. Дориан нахмурился, глядя в глубокой задумчивости.

— Это вполне реальная возможность. И ты можешь носить ее, не так ли? — в его голосе появились нотки озарения. — Железо не беспокоит тебя. В легендах некоторые из блистающих могли носить ее с помощью силы или силы воли. Но тебе не нужно ничего подобного. Это заложено в твоей природе.

Я с трудом верила, что он говорит серьезно.

— И ты думаешь, она права? Эта корона — только благодаря своей репутации, — может остановить войну?

— Ну, это не репутация короны вообще-то, — сказал он. — Это репутация, которую ты получишь в результате преодоления многих препятствий, чтобы добыть ее. Покажи, что ты можешь это сделать, и ты докажешь свою силу.

Это было похоже на то, что сказала Мастэра.

— Если другие владели ею…

— Не веками, — прервал он.

— Хорошо, даже если не веками… Почему я должна искать ее? Почему бы последнему владельцу не держать ее при себе? Не передать кому-то из семьи?

Его улыбка вернулась.

— Это не работает таким образом. Корона не останется с кем-либо недостойным ее. Как только владелец меняется, она возвращается в свой дом. Дом, который губит многих из тех, кто ищет его.

— Ты не ответил на предыдущий вопрос, — указала я. — Неужели это конец войны? Мирным путем?

Он вздохнул.

— Я не знаю. Может быть. Но насколько ты боишься отпускать меня сегодня… Я больше волнуюсь из-за твоего путешествия за этой безделушкой.

Я взяла его за руку.

— Ты бы мне помог? — поддразнивала я, не смотря на то, что еще не приняла какого-либо решения по этому поводу.

Свободной рукой он обхватил мое лицо.

— Если бы смог. А может, я могу. Если легенды правдивы, нужно пройти через железные поля, чтобы добраться до нее. Практически никто из сияющих не может это сделать. Я мог бы с моими способностями… У меня больше шансов, чем у большинства.

Мне не понравился тон его голоса. Прозвучало так, будто он действительно прикидывал свои возможности. И, хотя, он связан с силой элементов земли, железо по прежнему было за пределами его способностей.

— Я могла бы послать Волузиана, — сказала я, желая его отвлечь. — Если что-то с ним случиться, никто не пострадает, а?

— Нет, легенды вполне понятны. Обитель Железной короны закрыто для мертвых.

— Ну, это не имеет значения, — сказала я. — В целом идея смешна.

Его лицо просияло, и он прижался к моим губам в нежном поцелуе.

— Именно поэтому я и ухожу сейчас.

Мое сердце упало, зная о неизбежном отъезде. Я поспешно одела джинсы и рубашку, чтобы наблюдать, как он и сопровождающие его солдаты уезжают прочь. Я знала, что армия, которая присоединится, была огромной, но когда он ехал в сторону восходящего солнца, его отряд казался пугающе мал.

Когда он исчез с горизонта, я отправилась к собственному отряду, который сопровождал меня. Настало время и нам вернуться домой.

Большинство из них наслаждались этой “вылазкой”, но мое настроение в это утро скоро задало тон нашему путешествию обратно. Единственным маленьким утешением этого мрачного утра было то, что Жасмин не была оплодотворена. Шайя заверила меня, что моя сестра не покидала поля ее зрения всю ночь, и что Жасмин даже не пыталась сделать что-нибудь зловещее. Она чувствовала себя легко вдали от моего замка. Глядя на надежные кандалы и цепи, соединяющие их, я почувствовала легкий укол вины. Но я быстро прогнала это чувство. Эти меры должны были остаться.

После этого настало время для возвращения в Тусон. Я впервые вызвала Волузиана и послала его в сторону Дориана, и для защиты и последующих докладов. Я знала, Дориану не понравился бы мой фаворит, но так я чувствовала себя лучше. Как только это и другие дела будут урегулированы, я обязательно присоединюсь к человечеству.

Все в моем доме было почти также как вчера. Тихое утро, приготовление завтрака с Тимом. Только сегодня он был наряжен в огромный костюм.

— Ты Лакота, — сказала я, как только он оправился от шока после моего внезапного появления. — Что случилось с Тлинкитами?

Он пожал плечами.

— Тлинкикиты это круто, но среднестатистический турист-любитель ожидает именно этого.

На нем были брюки из качественной оленьей кожи и головной убор из длинных перьев. Его голая загорелая грудь была, похоже, чем-то намазана, и на ней висели ожерелья из бисера. Изучая его, я передумала. Он не выглядел как настоящий Лакота. Скорее, некое смешение стереотипов, как он и сказал.

— Ты чего так рано принарядился? Утренние жители пригородной зоны не собираются останавливаться для поэзии.

— Сегодня суббота, Эж.

— Правда? — спросила я пораженно.

Мое время пошло наперекосяк с этой двойной жизнью.

— Там, возле университета, культурный фестиваль, и меня просто умоляли о том, чтобы услышать мое прекрасное понимание природы.

Он с размаху перевернул несколько золотистых яиц на тарелку.

— Культурный?

Я застонала.

— Тим, там будут местные племена. Ты же знаешь, они снова попытаются тебя побить.

Он сверкнул улыбкой.

— Будь другом, приходи меня защитить.

— Не могу. Слишком много вещей нужно сделать.

Стук в заднюю дверь удивил нас обоих. У нас не бывало много посетителей. Надеясь, что это не миссионеры, я открыла дверь и уставилась на того, кто пришел. Я не была бы более удивлена, если бы Катрис пришла с вызовом. Это оказалась Лара. Она улыбнулась, глядя на моё изумление. Мы практически не встречались с ней лично. Она работала на дому, обрабатывая телефонные звонки и почту.

— Входи, — сказала я, все еще крайне удивленная.

В кухню ступила маленькая и милая блондинка, такая какую я помнила. Большая стопка бумаг была у нее в руках.

— Мне это не нравится.

— Это твое…

Лара остановилась, увидев Тима. Ее глаза расширились. Он перевернул последнее яйцо на тарелку и посмотрел на нее. В его глазах сквозило такое же изумление. И в своем очаровательном, мошенническом наряде, он мгновенно влился в образ.

— Прекрасный цветок присоединился к нам, ее цветки распустились и искрятся в лучах утреннего солнца.

Он воспользовался ужасным голосом из категории “Хоу, белый человек”. Он поспешно отодвинул стул.

— Присоединяйтесь к нам. Мы будем праздновать и наслаждаться милостью Матери Земли вместе.

Ошеломленная, Лара подошла к столу и села, не в силах оторвать от него взгляд — от груди в частности.

— Спасибо.

— Для меня большая честь… дерьмо! Булочки с корицей!