Глава семьдесят пятая Ада открыла глаза и поняла, что мечтает о море. Чтобы всё было как тогда, с Владом. Когда он с восторженными криками таскал из моря рыбу, пойманную на пустые крючки. Тогда она тоже мучилась вопросом, как сказать о своих проблемах. Сердце сжималось от ужаса осознания своей неполноценности. Прошло столько времени, а она так и не научилась жить с этим.
Даня отказался от морской прогулки. Он был подвержен морской болезни и не хотел мучиться. Тем более капитан предупредил, что возле мыса Айя слегка кидает.
Лидос даже не отреагировала на звонок. Поэтому на катер «Никита» они спрыгнули с мостков вдвоём с Фло. И попади в гостеприимные объятия капитана Володи с уже загорелым круглым, как барабан, животом.
Они вышли из бухты и направились в сторону Фиолента. Фло с нескрываемым восторгом рассматривал скалистый берег, покрытый карликовыми соснами.
— Как на вашей Ривьере! — кричал Володя.
Фло никогда не был на Лазурном побережье. Его знакомство с морем ограничивалось несколькими поездками в Марсель. Но даже роскошные черноморские воды не могли заглушить его желания поговорить с Адой об их отношениях.
Она боялась этого, как огня, и не могла придумать, как объяснить ему свою ситуацию. Поэтому когда Фло признался: — Мне Лида всё рассказала… — она почувствовала облегчение.
— И, слава Богу! — выдохнула Ада.
— Ты лесбиянка! Её любовница. А от мужиков тебя тошнит. Начинаешь блевать и истекать кровью… — продолжал он.
Пусть так — подумала она.
— Но я всё равно хочу тебя — заключил Фло.
Глава семьдесят шестая
Гуля и Радмила, беспечно болтая, вышли в переулок служебного подъезда кабаре. К ним подошёл Пётр Петрович. Представился продюсером бродвейского шоу Альбертом Кохом.
Девушки навострили уши.
— Я организовываю гастроли в Париже. Не хочу везти кордебалет, дорого. Поэтому набираю девушек здесь.
— Мы не против — мгновенно отреагировала Радмила.
— Но мне, к сожалению, мадемуазель, нужны девушки с восточной внешностью. Это мюзикл по арабским сказкам «Тысяча и одна ночь».
— А-а — разочарованно протянула Радмила и подтолкнула Гулю — тогда это для тебя.
— Когда гастроли? — спросила Гуля, ещё не веря своему счастью.
— Осенью. Вот вам мой номер телефона. Утром жду вас в офисе.
Пётр Петрович говорил по-французски намного лучше Гули. Уверенный тон, оценивающий взгляд и она не почувствовала никакого подвоха.
— Везёт тебе — сказала Радмила по-русски.
— По-моему, дяденька приличный — согласилась Гуля и, взяв листок с номером телефона, обратилась к Лойеру:
— Вам понравился наш номер?
— Мне понравились вы. Надеюсь, наш балетмейстер сумеет сделать из вас восточную лань. А сумма контракта даст возможность забыть о финансовых проблемах.
После этой убойной фразы, Пётр Петрович галантно откланялся и сел в машину, за рулём которой сидел Кутуз.
— Как здорово! — запрыгала от радости Гуля — Нужно позвонить Аде!
— Не спеши. Знаешь, сколько раз меня приглашали? Потом вдруг облом, и без всяких объяснений — спасибо, вы нам больше не нужны.
— Нет, ну этот вроде серьёзный…
— Ты сразу ничего не подписывай. Возьми договор. Он же, наверное, на английском, нужно будет посоветоваться. Только с надёжным человеком.
— Какая ты умная! — восхитилась подругой Гуля — Я знаю с кем. Перешлю по интернету Лидос. Она дока. Всё понимает.
Глава семьдесят седьмая
Море штормило всё сильнее. Солнце припекало так, что брызги, залетавшие на нос катера, яростно жалили разгорячённую кожу.
— Я буду купаться! — объявил Фло.
— Замёрзнешь — предупредила Ада.
— Ты согреешь.
В плавках Фло выглядел просто убойно. Широкие плечи, накаченный пресс, длинные ноги. Аду это настолько притягивало, что она спасалась только тёмными очками. Но нервозность жестов выдавала.
Володя высунулся из рубки.
— Погоди прыгать, сейчас войдём в бухточку. Там не болтает.
Действительно, спрятавшись за выступавшими в море скалами, они попали в совершенную идиллию.
Фло с шумом прыгнул в воду. А Ада, лёжа на носу, любовалась фиолетово-розовыми скалами, на выступах которых изогнутыми иероглифами росли карликовые сосны.
Как здорово было покачиваться между небом и морем. Слышать всплески воды и фырканье, плававшего рядом, Фло. Если бы эта идиллия могла никогда не заканчиваться. Но Фло поднялся на катер, закутался в поданное Володей полотенце и предстал перед Адой с бутылкой вина.
— Капитан говорит, собственное. Сказал нужно выпить, чтобы не простудиться.
Они выпили и поцеловались. Губы у Фло были сильные, а вино сладкое и крепкое. Ту же повторили снова. Так они пили и целовались. Молча и весело. Наконец, поцелуи Фло перекинулись на её тело.
— Может, в каюту спуститесь? — предложил Володя — А то мы скоро будем разворачиваться назад.
Ада понимала, что нельзя идти на поводу у Фло. Нельзя спускаться в каюту и падать в его объятия… Но сил сопротивляться не было никаких. Вино, море, волны лишили её способности трезво мыслить. И Фло… она к нему чувствовала настоящее животное влечение. Её тело мечтало отдаться ему. И ничего сделать с этим она не могла.
Каюта оказалось тесной. Диваны по бокам слишком узкими. Фло это не смущало. Он быстро сорвал с её тела купальник и, не обращая внимания на вяло протестующие жесты и бессвязное бормотание, покрывал поцелуями её разгорячённое тело.
Ада пыталась объяснить, что нельзя. Ей было душно. Катер вышел из бухты в открытое море, и началась качка. Она не давала им обоим найти удобную позу. Несколько раз Фло входил в неё, и неожиданно их заваливало вбок. Один раз Ада даже упала на пол. После этого Фло уселся в самом углублении носа, посадил Аду сверху и упёрся ногами в оба дивана.
В голове Ады шумело, в животе перекатывалось вино. Было трудно дышать. От качки возникла тошнота…
— Я не могу,… не могу — стонала она.
— Нет! Нет! Сейчас! Сейчас! — кричал в экстазе Фло.
Ада почувствовала, как от низа живота возникла судорога, она сковала живот, подступила к горлу. И тут её вырвало… Да как!
Голова Фло попала под настоящий фонтан рвотной массы. Он с отвращением оттолкнул Аду, она свалилась с него на пол. Продолжала дергаться в судорогах. Тошнота никак не прекращалась. Она пыталась встать, но обессилено падала в липкую лужу. Фло с ужасом смотрел на её
