счету из-за своей привычки умничать на уроках демонологии.
— Девочки, какой же замечательный день! — заявляет Рузанна подругами. — Гляньте, хоть эту убогую оставили в академии, но она теперь сама на себя непохожа. Видимо, так богиня наказывает за кражу. Так что теперь ты будешь не просто Пугалом, а Пугалом-призраком.
Смеется Рузанна, намекая на мой внешний вид.
Знаю, что я бледнее, чем прежде, и лицо осунулось. Да от голода легко бы загнулась, если бы Иша не приносила булочки из столовых.
— Эй, Пугало-призрак, — гаркает Рузанна и преграждает путь, когда мы с подругой пытаемся ее обойти. — Может, поимеешь совесть и перестанешь пугать будущих заклинателей своим уродливым видом?
— Отстань от нее! — взрывается Иша, не выдерживая нападок.
— А ты не встревай, Кукис! Иначе по той же наклонной пойдешь! А может, Яра тебя просто прикрыла, и воровали вы обе? Не на ту воровку мы охотимся?
— Не слушай их, — беру подругу за руку и тяну в сторону.
Но девчонки окружают кольцом.
— Хочу напомнить тебе в сотый раз: ты не станешь ученицей Дэмиана Сэйхара, — запугивает Рузанна. — А если не одумаешься…
— Что, еще раз в краже подставишь? — спрашиваю рыжую.
А она и не думает устыдиться. Наклоняется, чтобы прошептать мне на ухо ядовитые слова:
— Теперь знаешь, с кем имеешь дело!
Отстраняется и гордо задирает свою рыжую башку. Верит в собственную безнаказанность.
— С самого начала знала. Но спасибо, что не стала отрицать, — отвечаю Рузанне.
— А что ты сделаешь? Твоим словам даже крысы не поверят, — заявляет она.
И, демоны меня возьми, она права! Но на этот счет у меня давно есть план, который я все еще не привела в действие из-за совета профессора переждать, а не рисковать в попытке открыть правду. Да и до этого дня, хоть и думала на Рузанну, но не была уверена на все сто процентов.
— Главное, сама не попадись. Последнюю подвеску ведь так и не нашли? — выдавливаю на губах улыбку и подмигиваю.
Рузанну передергивает, а я беру Ишу за руку и спешу к башне, где вот-вот начнется целительское дело.
Нас учат применению трав для излечения ран и прочих хворей, а со следующего семестра обещают «приправить» это дело магией. Жду не дождусь, когда это начнется, потому что целительство мне по душе. В отличие от физической подготовки.
— Ну почему они мучат нас? — хнычет Иша, пока идем последними к раздевалкам. — С нашим уровнем мы никогда не будем стоять в первых рядах. Могли бы только целительству учить. Вот сильные пусть сражаются, а мы будем их латать.
— Ты, видимо, плохо слушала наставника. Целитель должен как минимум суметь защитить себя от демона, чтобы выжить и помочь боевым заклинателям, если те пострадали, — напоминаю подруге.
И дойдя до раздевалки, вспоминаю, что выживать мне нужно не на поле боя, а уже сейчас. Два дня назад какая-то крыса, может быть, даже рыжая, умудрилась сунуть мне осколок стакана в ботинок, и я чудом избежала пореза.
Поэтому в этот раз не просто прячу форму в шкафчик, а еще и делаю маленькую ловушку — ставлю соломинку в петелю дверцы. Если, когда вернусь, она будет сломана, значит, внутри ждет сюрприз.
Боевую подготовку у первогодок ведут разные кураторы, и сегодня выпадает очередь Ранда.
Глава 21
Подсказка Ранда
Когда мы выходим на плац, Сэйхар-старший уже ждет. Стоит с военной выправкой: ноги на ширине плеч, руки заведены за спину, и ждет, пока мы, желторотики (как нас называют некоторые кураторы) займем свои позиции.
Без четких приказов со стороны старшего, организация больше похожа на балаган. Девчонки возле меня пытаются поменяться местами, приговаривая: «Не хочу я с ней рядом стоять! Сама стой!».
А помимо толкающих девчонок, есть те, кто не запомнил своих мест. Ранд не вмешивается. Ветер сильно треплет пряди темных волос, выбившихся из его тугого хвоста и черную накидку без рукавов, а куратор даже не шевелится. Только наблюдает, пока мы, наконец-то, не замолкаем в ожидании его слова.
— Десять минут, — вместо приветствия он называет время, хотя на часы даже не смотрел. — Десять минут вы просто вспоминали, как должны встать. Поэтому — десять кругов по плацу.
— Что? — охают в толпе.
Я бы тоже охнула, но сил хватает только на стон, больше похожий на нытье.
— Куратор Сэйхар, мы же только начали учиться. Другие кураторы давали инструкции, — жеманным голосом пытается договориться Рузанна.
Ранд бросает на нее беглый взгляд и вновь смотрит в центр, где стоим мы с Ишей.
— Как минимум пять раз вас выстраивали другие кураторы. За пять раз можно было запомнить положение. А раз вы этого не сделали, значит, предпочитаете не учиться, а подчиняться, — делает интересный вывод Сэйхар-старший. — Подчинение внутри командного звена — важно и жизненно необходимо. Но бывает, что и капитаны ошибаются. Вы должны запоминать, думать и впитывать даже то, что не сказано, но замечено. Вы должны научиться замечать. И чтобы мои слова не пролетели мимо ваших ушей, как инструкции о построении от других кураторов — десять кругов!
Пожалуй, это впервые, когда мы с Ишей и все остальные адепты вздыхаем в унисон.
Приказ услышан — нужно исполнять. И если в начале забега среди сокурсников находятся те, кто пробегая мимо, пытаются задеть плечом или подрезать на повороте, то к седьмому кругу все просто пытаются выжить. А закончив с пробежкой старательно занимают места без лишних споров.
— Так-то лучше, — одобряет Сэйхар. — Теперь приступаем. Достать камертоны. Будем выпускать простейшие атакующие плетения.
Тут-то и начинается веселье. Для сильных магов это пустяк, а вот тем, кто проходил отбор, включая Рузанну, приходится попотеть. Зато во время занятий ей не до меня. На этом занятии вообще никому не до меня.
Потому и радуясь, стою в сторонке и спокойно наматываю на артефакт искрящуюся серебром магию, пока не замечаю… Его.
Дэмиан стоит у распахнутого окна второго этажа соседней башни. Вовсе не в боевой униформе, которая представляет из себя нечто похожее на вторую матовую кожу черного цвета с кучей ремней и карманов, а в белоснежной рубашке, с распахнутым воротом, будто на дворе не осень, а знойное лето.
И смотрит. Смотрит так, что внутри все переворачивается, а после вспыхивает не то от воспоминаний о последней встрече,
