постановления», который никто не читает.
– Деда, об этом нужно немедленно сообщить Зиновию Пырьеву! – у меня внутри одна за другой поднимались волны горячего гнева. – Надо принимать меры! Это Ковалевы подослали к нам Ивушкина и запустили камнегрызок! Я в этом уверена! Мы должны с ними поговорить. Пусть знают, что их план провалился, и мы…
– Уля, не кипятись, – дедушка обнял меня за плечи и чмокнул в висок. – Милая, то, что Ковалевы решили открыть собственный отель, вовсе не является преступлением. Да, мы узнали об этом только сейчас, но это исключительно наша проблема. Согласись, эти ребята не обязаны никому отчитываться – ни мне, ни другим отельерам. Что же касается Ивушкина и камнегрызок – у нас нет доказательств, что они появились в «Жар-птице» по вине Ковалевых. Домыслы, которые мы с тобой высказываем, остаются домыслами. Что же до Зиновия Ивановича, то он уже все знает. Мы с ним посовещались и решили немного подождать. Ивушкин живет в «Жар-птице» уже неделю, еще несколько дней, и он станет собираться домой. Ковалевы не позволят Максиму уехать, не выполнив возложенной на него миссии. Тут-то мы их и поймаем. Возможно даже за руку.
***
Приезд дезинсекторов не остался незамеченным. Весть о том, что во дворе гостиницы чародеи-чистильщики гоняли каких-то насекомых, разнеслась по номерам со скоростью ветра. Ближе к вечеру, один за другим, ко мне подошли семеро постояльцев и поинтересовались, что конкретно случилось.
Объяснение, что дезинсекторы проводили профилактическую обработку территории, удовлетворило не всех. Двое гостей моим словам не поверили и объявили: завтра утром они уедут из «Жар-птицы».
– Я слышал, чистильщики ловили камнегрызок, – сказал импозантный мужчина средних лет, недавно заселившийся вместе с супругой в двадцать девятый номер. – Вы, конечно, никогда в этом не признаетесь, поэтому мы с женой на всякий случай решили переехать в апартаменты. Вы ведь знаете, что из-за этих вредителей могут обрушиться стены и перекрытия? Мы не собираемся рисковать своей жизнью. Даже гипотетически.
От моих уверений, что здание отеля зачаровано так надежно, что переживет не только нашествие насекомых, но и атомную войну, мужчина отмахнулся и еще раз повторил, что утром его семья нас покинет.
Второй постоялец пускаться в долгие рассуждения не стал, а просто поставил меня перед фактом: раз мы настолько не уважаем своих гостей, что не обработали территорию до начала курортного сезона, оставаться у нас он тоже не будет.
Ситуация становилась тревожной и некрасивой. При этом меня больше всего напрягало, что постояльцы говорили именно о камнегрызках, а не о каких-нибудь других вредителях, коих в наших местах водилось великое множество.
Официально о появлении жуков им никто не объявлял, самостоятельно узнать об этом они не могли, а значит, о лаписах проболтался кто-то из сотрудников отеля.
Быстрый опрос персонала показал: найти концы будет непросто. Ребята клялись, что о нашествии пестротелых не говорили даже родственникам и друзьям.
– Что ты, Ульяна! – возмутилась моему вопросу Танюша. – Кто в здравом уме будет обсуждать такое происшествие? А вдруг слух о нем пойдет по городу? Мы же тогда не отмоемся!
Зато Ивушкин тут же предположил, что о жуках постояльцам рассказала Клара Семеновна.
– Точно тебе говорю – это она! – горячо доказывал он мне тем же вечером. – Посуди сама: эта бабуля была в курсе, что у драконьего загона рухнули стены. Потом узнала о дезинсекторах. Я лично видел, как она наблюдала за ними из окна. Сложить два и два не так уж сложно, правда? Раз здесь обитают камнегрызки, логично предположить, что в «Жар-птице» появились именно они.
В его словах имелось рациональное зерно, и это вновь навело меня на неприятные размышления.
Клары Семеновны стало в нашей жизни подозрительно много. При этом каждое ее появление так или иначе было связано с неловким или неоднозначным событием: то она рассказывает постояльцам о новом отеле, то становится единственным свидетелем встречи Яши и Макса…
И кстати. В отличие от других гостей, Клара Семеновна не пришла уточнять, кого травили дезинсекторы, и, несмотря на пристрастное отношение к нашей гостинице, выселяться из нее не пожелала.
Возможно, Максим прав: эта женщина действительно могла пустить по «Жар-птице» ненужные разговоры. Но стоит ли искать в этом злой умысел?
Будем честными: Клара Семеновна всего лишь поделилась наблюдениями с другими гостями. Да, «Жар-птица» понесла из-за этого убытки, но я очень сомневаюсь, что старушке есть до этого хоть какое-то дело.
А вообще, Клара Семеновна ведет себя гораздо тише и пристойнее, чем многие постояльцы. В конфликты не вступает, цветом прикроватных ковриков не возмущается, на соседей по коридору еще ни разу не жаловалась.
Тем не менее, в этой строгой женщине имелось что-то неправильное. Моя покойная бабуля любила повторять: слушай, Уленька свою интуицию. Если у тебя появилась чуйка, что некий человек скрывает от других свою внутреннюю гниль, скорее всего, так оно и есть.
И теперь эта чуйка мне подсказывала: с Кларой Семеновной надо вести себя осторожно и, по возможности, подмечать, с кем и о чем она общается. Так, на всякий случай.
– Послушай, Ульяна, – прервал мои размышления Максим. – Я тут подумал, что если мы снова прогуляемся по городу? В прошлый раз мы отлично провели время. Давай проведем его отлично еще раз?
Я посмотрела в его лучистые глаза, и в моей голове возникла новая мысль.
– Давай, – согласилась я. – Прямо сегодня, когда закончится мой рабочий день. Мы могли бы пройтись по центру города. Ночью в свете фонарей там очень красиво.
– Идет, – кивнул Макс. – Тогда я зайду за тобой часа через три. Годится?
Я улыбнулась и хотела сказать, что время меня устраивает, как вдруг с улицы донесся гул людских голосов.
На лице Максима отразилось недоумение.
– Что это за шум?
– Яша привез пассажиров из курортной зоны, – объяснила я, взглянув на часы. – Надо полагать, они вышли из кабины и теперь идут сюда.
– Круто, – восхитился Макс. – У вас где-то спрятана взлетно-посадочная полоса?
– Дракону она не нужна. Он взлетает, отталкиваясь от земли. Ярик отправляет его в полет прямо с заднего двора.
– Ух ты! Можно мне как-нибудь на это посмотреть?
– Конечно.
– А полетать?
– Полетать – не знаю, – я развела руками. – Теоретически, можно, но не раньше, чем ты принесешь Клятву молчания. Если хочешь, после Ритуала, я договорюсь с Яриком, и он тебя покатает. Ты, кстати, высоты не боишься? Дракон, как самолет, летает выше облаков.
Ответить Максим не успел. Распахнулась входная дверь, и в холл ввалилась толпа подростков-стихийников. Ребята оживленно переговаривались и, судя по нервным улыбкам, были чем-то взволнованы.
Сразу после них в холл
