Ознакомительная версия. Доступно 47 страниц из 309
такие уверенные в себе проглядели надвигающуюся беду? Как допустили, чтобы Зло опередило их? Ударило в самое сердце?
Нет никого больше. Ни магов, ни монастыря, ни Спящего воина, которого сестры стерегли, чтобы разбудить в нужное время. Выходит, миру конец?
Душа на мгновение ожила радостью, когда из леса выбежали машущие руками люди.
И как же невыносимо больно было слышать от Сагдая и небольшого отряда стражников, волей случая оказавшихся в драконьих пещерах, а потому переживших трагедию, что нет никакой надежды отыскать живых. Монастырь стал могилой для более чем полусотни душ.
– Все кольца-обереги здесь, в развалинах, – Сагдай мял шапку в израненных руках – пока расчищал выход из пещеры, себя не жалел. – Лишь одно на дне Лебяжьего озера.
– Чье? – Добря спросила, скорее, для порядка, чем из любопытства. Да и какая теперь разница? Утопленницы никого не отпустят.
– Лозы. Видать, порталом выбирался, да малость не рассчитал, подо льдом оказался, – Сагдай стянул с руки ставший ненужным браслет, на котором погасли камни, по числу воспитанников вправленные туда Даруней. Лишь два из них – уехавших накануне Змея и Лилии, продолжали мерцать, но ни Сагдай, а тем более Добря, никогда не произнесут имена выживших воспитанников вслух. Мало ли…
– Не уберегли соколиков…
– А это кто с тобой? – стражник кивнул на закаменелого человека, стоящего у жерла бездны на коленях.
– Отец одного из воспитанников.
Сагдай вздохнул. Даже после смерти не в правилах монастыря раскрывать истинные лики тех, кто перешагнул небесные врата.
Три пса, затаившихся в тени густой ели, сверлили взглядами фигуры у развалин. Услышав различимый только ими зов хозяина, они бесшумно выбрались на прогалину и потрусили в сторону Мавкиного болота.
Зло торжествовало.
«Все кольца-обереги здесь, в развалинах. Лишь одно на дне Лебяжьего озера».
Злу удалось одним махом разделаться с теми, кто помешал бы на пути к власти. Нет Спящего воина, нет смерти. Пусть и мнимой. У Зла руки развязаны.
– Хорошо-то как! Стрела, Осока, к ноге! Ворон умница, – рука в перчатке почесала черного пса за ухом.
Глава 24
Прошло пять лет.
– Какие неприятные собаки у вашей воспитанницы, – леди Алель сидела в глубоком кресле у окна и через магическое стекло, поднесенное к глазам, наблюдала за игрой девушки и трех собак разной масти.
Старость и череда страшных переживаний превратили некогда красивейшую женщину королевства в развалюху. Болели ноги и спина, отчего походка графини Шовеллер утратила былую легкость. Давно забыты расшитые ярким бисером туфли на каблуках – их заменили шерстяные тапки, шарканье которых раздражало даже саму хозяйку. Ее глаза подслеповато щурились, и теперь во вдове советника Артура Пятого трудно было признать заядлую охотницу, попадающую в дикого селезня с одного выстрела.
Все рухнуло после смерти графа Себастьяна, опрометчиво завещавшего наследство младшему сыну Даку. Ее милые мальчики, ее близнецы, остались без средств к существованию. Правда, Дак передал им долю матери, которую Алель принесла в семью в качестве приданого, но деньги отчего-то быстро кончились. Канарду и Маларкею пришлось ввязаться в сомнительное дело, которое поначалу приносило хороший доход, но вскоре что-то пошло не так. Тела старших сыновей графини Шовеллер были выловлены с мешками на головах в море близ порта, откуда отплывали корабли в Форш.
Из пятерых детей у нее остались лишь трое. Но и здесь не все получалось ладно. Зятья никогда не питали к теще добрых чувств, а потому большее, на что она могла рассчитывать с их стороны – это подарки ко дню рождения. Вдова пробовала было повлиять на чванливых мужчин через дочерей, но добилась обратного – те перестали навещать матушку и присылать к ней детей в летнюю пору. «Так и живут в столице безвылазно, бедняжки. А тут солнце, зелень, река опять-таки».
На правах матери Алель старалась подмять под себя Дака, который с детства не отличался твердостью характера и считался чуть ли не дурачком, но неожиданно получила действенный отпор и ограничение в свободе. А все из-за ее языка. Так, во всяком случае, заявил ее младший сын. Ну и что в том такого, если она всем и каждому рассказывала, как нынешняя королева ощипывала кур на заднем дворе замка Шовеллер, нерадиво прислуживала за столом, и совала нос туда, куда не следовало. Вот и попала в беду, незаслуженно обвинив в том близнецов. Ну, пошутили мальчики, за что же их тогда солдатами в армию? Насилу отмолила, чтобы жили при ней.
Да, Дак еще та беда. Сидит в замке сычом, оставив государственную службу. Хоть бы женился, что ли? Нашлось бы тогда и для матери дело, шпыняла бы сноху. Всяко была бы занята.
Хорошо, что прежние знакомства позволяют время от времени развлечься разговорами. Вот и сейчас вполне неожиданный визит тетушек нынешнего короля Эдуарда позволил графине Шовеллер почувствовать себя значимой. Только девица с собаками портит все впечатление.
– И зачем она всюду псов за собой таскает?
– Говорит, что те преданы ей, – леди Шарлотта отставила чашечку, вытерла салфеткой тонкие губы. – А мы и не возражаем, правда, Карли?
Карлетта – старшая из сестер, из которой сыпался песок уже лет двадцать как, собирала крошки печенья с груди и складывала их в рот, который был подобен решету – новая порция бисквита при разговоре вновь щедро застревала в кружеве ворота, пошитого по старой моде. Не отвлекаясь от своего занятия, старуха прошамкала:
– На дорогах нынче неспокойно, того и гляди разбойники или нечисть какая позарятся на наши мощи.
– А тут три песика, которые без устали бегут за каретой, – Шарло выглядела не в пример лучше сестры. Никаких объемных юбок, скрывающих грузную фигуру, затейливый поясок на тонкой талии, красиво уложенные локоны.
Алель поначалу позавидовала Шарлотте, которая была намного старше нее, но вспомнила, что Шарло, как и Карли, так и не вышла замуж, потому как обе были… некрасивы. Или тут в ином дело? Сейчас и не вспомнить, о чем шептались при эрийском дворе. О раздоре между королем и королевой шептались. Это точно. Еще о своеволии принцев, взявших управу в свои руки.
«Как же жаль, что ни одна из
Ознакомительная версия. Доступно 47 страниц из 309
