и своё дыхание.
— Я не хочу быть королевой, — сказала я, и мой голос разносился над площадью. — Я не хочу быть никем, кроме себя.
Люди зашевелились. Я видела, как они переглядываются, как они шепчутся. Я видела, как Эван сжимает кулаки, как он пытается сдержать себя.
— Я прощаю тебя, — сказала я, поворачиваясь к нему. — Я прощаю тебя за то, что ты сделал. Я прощаю тебя за то, что ты стоял и смотрел, как я горю. Я прощаю тебя за то, что ты не спас меня. Я прощаю тебя за всё.
Он смотрел на меня, и я видела, как его лицо меняется. Боль, надежда, отчаяние — всё смешалось в его глазах. Он пытался что-то сказать, но слова не шли.
— Но я не могу забыть, — продолжала я. — Я не могу забыть, как я горела. Я не могу забыть, как я кричала. Я не могу забыть, как ты стоял и смотрел. Я не могу забыть, как я умирала.
Я замолчала. Толпа затихла. Я слышала только своё сердце.
— Я не хочу быть королевой. Я хочу быть свободной. Я хочу забыть этот кошмар, как страшный сон, и начать жить заново. Я хочу жить свою жизнь. Я хочу растить сады. Я хочу выйти замуж, родить детей, быть счастливой.
Я повернулась к народу.
— Но я не оставлю вас. Я хочу, чтобы вы уважали меня. Чтобы вы дали мне землю, где я смогу жить. Чтобы вы выделили мне дом. И я прошу первым делом — восстановить пекарню Ревена. Он помог мне. Он спас меня. Он отдал мне всё, что у него было. Я хочу, чтобы у него и его матери был новый дом при замке, хозяйство, три лошади, чтобы они никогда ни в чём не нуждались. Выделите им большое жалованье. Сделайте так, чтобы его мать больше никогда не плакала.
Толпа загудела. Люди кивали, переглядывались, шептались. Кто-то выкрикнул: «Мы сделаем это!», кто-то заплакал. Я видела их лица — они были полны благодарности и уважения.
— Я отказываюсь от титула королевы, — сказала я. — Я отказываюсь от связи с королём Эваном. Я не хочу быть его женой. Я хочу быть свободной.
Я повернулась к нему. Он стоял передо мной, и я видела, как его мир рушится. Я видела, как он сжимает кулаки, как он пытается сдержать слёзы. Я видела, как он принимает это.
— Я принимаю твой выбор, — сказал он, и голос его был глухим, как будто он говорил сквозь вату. — Я принимаю твой отказ. Ты была права. Я не заслуживаю тебя. Я заслужил это.
Он замолчал. Я видела, как он смотрит на меня, как он пытается улыбнуться, но не может.
— Я люблю тебя, — сказал он. — Я всегда буду любить тебя. Но я понимаю, что я сделал слишком много, чтобы ты могла простить меня. Умереть было бы слишком просто. Ты пережила то, что никому не снилось. Ты выжила. Ты стала сильнее. А я остался тем же трусом. Я не могу простить себя за это. Я не могу простить себя за свою слабость.
Он опустил голову. Я видела, как слёзы падают на его руки, как он пытается сдержать их.
— Я принимаю твой выбор, — повторил он. — Я принимаю всё.
Толпа взорвалась. Я слышала, как люди кричат, как они плачут, как они благодарят меня. Они выкрикивали моё имя. Они говорили, что будут считать меня королевой, даже если я отказалась от титула. Они обещали разнести эту весть по всему свету, чтобы меня принимали в каждом доме с уважением и почестями.
Я стояла на помосте, и ветер дул в лицо. Я смотрела на них, и внутри меня поднималось что-то тёплое, но я не знала, что это было.
— Я не заслуживаю вашей благодарности, — сказала я. — Я сделала только то, что должна была. Я сделала это не ради титула. Я сделала это ради жизни. Ради того, чтобы вы жили. Чтобы ваши дети жили. Чтобы ваши внуки жили.
Я замолчала. Я смотрела на них, и я видела, как они смотрят на меня.
— Я не знаю, что будет дальше, — сказала я. — Я не знаю, что я чувствую. Но я знаю, что я сделала правильный выбор. Я знаю, что я свободна.
Я сошла с помоста и пошла сквозь толпу. Люди расступались передо мной, и я слышала, как они шепчут моё имя. Я чувствовала их прикосновения, их благодарность, их любовь.
Я шла, и внутри меня поднималось что-то горячее, тёплое. Я не знала, что это было. Я не знала, как это назвать.
Но я знала, что я свободна.
Эван
Я стоял на помосте и смотрел, как она уходит.
Она отказывалась от меня. Она отказывалась от титула. Она отказывалась от всего. Она хотела быть свободной. Она хотела жить своей жизнью.
Я смотрел на неё, и внутри меня всё дрожало. Я чувствовал, как она отдаляется от меня. Я чувствовал, как она исчезает. Я чувствовал, как я теряю её навсегда.
Я закрыл глаза, и я увидел её лицо. Она смотрела на меня, и в её глазах не было ненависти. Не было боли. Не было любви. Было только прощение. И пустота.
Я упал на колени и почувствовал, как земля уходит из-под ног. Я не знал, что делать. Я не знал, что чувствовать. Я знал только, что я потерял её.
Я заслужил это. Я заслужил её отказ. Я заслужил её пустоту.
Я поднял голову и посмотрел в небо. Солнце садилось за горизонт, и я видел, как оно уходит, как оно исчезает.
Я должен был отпустить её.
Народ
Она уходила. Она уходила сквозь толпу, и люди расступались перед ней. Она шла, и я слышал, как они шепчут её имя. Я слышал, как они благодарят её. Я слышал, как они говорят о ней.
Она была их героиней. Она была их спасительницей. Она была их королевой.
— Она наша королева! — крикнул кто-то. — Даже если она отказалась от титула, она наша королева!
— Она спасла нас! — крикнул другой. — Она привела армии! Она победила Ледяного короля!
— Мы будем помнить её! — крикнул третий. — Мы будем рассказывать о ней своим детям! Мы будем носить её имя с гордостью!
Я слышал их голоса. Я слышал их благодарность. Я слышал их любовь.
Она шла, и я смотрел на неё. Я смотрел на неё, и внутри меня поднималось что-то горячее, тёплое.
Я не знал, что будет дальше. Я не знал, что она будет делать.
