Лидос еле дождалась конца заседания ученого совета. На нём декан представил её в качестве заведующей кафедрой. Приставка и.о. отпала, в чём, впрочем, никто и не сомневался. Коллеги похлопали, преподнесли цветы и разошлись по аудиториям. Лидос вернулась в свой кабинет, достала мобильный, набрала номер телефона Ады. Опять она не взяла трубку. Точно так же, как вчера вечером и сегодня утром. Значит, что-то произошло! Неужели, случилось?
Лидос нервно закурила. А почему бы и нет? Пошли вечером в ресторан. Выпили, вернулись в номер… чего тянуть? Ада отдалась, всё произошло, как всегда. Значит, сейчас Ада может быть в полиции. Дает показания. Поэтому, лучше не светиться и больше не трезвонить. Обещанные два миллиона завораживали своей реальностью. Это начало другой жизни. На них, разумеется, особенно не развернёшься. Но на небольшую виллу в окрестностях Сан Ремо хватит. Лидос уже присмотрела несколько вариантов. Ей так надоело жить заграницей в отелях. Захотелось сознать свой маленький мирок с видом на Средиземное море. А там, глядишь, благодаря способностям Ады, можно будет сколотить внушительное состояние и навсегда покинуть эту дебильную страну.
Сладкие грёзы Лидос нарушил звонок. Вот уж чего она сейчас не ожидала, так это услышать голос Влада.
— Привет! Как у вас там, дожди?
— Ты откуда? — опешила Лидос.
— В данном случае из номера. Стою на балконе, любуюсь бликами солнца на окнах оперы Гарнье.
— А Ада?
— Ей нездоровится. Видимо, смена климата. Перелёт.
— Я звонила. Почему она не берет трубку?
— И не возьмёт. Потеряла свой мобильный, когда садились в такси в аэропорту. Как оклемается, перезвонит с моего. Спасибо за девчонку, пока нравится.
— На здоровье, — процедила сквозь зубы Лидос.
Глава сто двадцатая
Нельзя сказать, что Влад врал на все сто. Он действительно стоял на балконе маленького отеля. А Ада лежала в постели вся зеленая от безумной поездки, которая длилась безостановочно почти сутки. Но находились они вовсе не в блистательном Париже, а в маленьком черноморском городке Балаклава. Умчаться в Крым Влад решил по нескольким причинам. Во-первых, никому и в голову не придет искать его здесь. Во-вторых, какая-никакая, а заграница, значит, пробить его по базам данных будет сложно. А в-третьих, в отличие от пасмурной Москвы тут еще вовсю царил бархатный сезон.
Ада почувствовала себя плохо, где-то под Курском. Влад гнал без остановок. Один раз позволил купить на заправке пару бутербродов и минералку. От такой езды у неё закружилась голова, подступила рвота. Пришлось остановиться. После того, как её вырвало, он заставил сделать несколько глотков виски. После чего она повалилась на заднее сиденье и провалилась в тягучий полусон — полузабытье.
Проснулась она уже в Крыму.
— Мы где?
— Едем к морю…
— В Приморск?
— Почему?
— Потому что я там живу.
— Нет, совсем в другую сторону.
— Куда?
— Увидишь…
В Балаклаве Ада никогда не была. И вообще, думала, что это название рыбы. Оказалось, городок, протянувшийся вдоль бухты, в которой уживались роскошные яхты с утлыми яликами и аляповатыми катерами.
— Что мы здесь будем делать?
— Жить…
Ада приняла душ и снова заснула.
Глава сто двадцать первая
Влад оказался заядлым рыбаком. На следующий день, едва поднявшись с постели, он побежал на набережную и договорился с капитаном катера о выходе в море. Ада отоспалась, почувствовала прилив энергии и уверенность в себе. Солнце и море всегда рождают позитивные эмоции. Она вышла на балкон, осмотрелась — на набережной почти нет народа, из-под тентов ресторанных веранд тянет запахом жареной рыбы. У самой воды греются на солнце толстые ленивые коты. В катерах сидят скучающие владельцы и играют в карты. Сонное беспечное морское утро. Солнце повисло сбоку над развалинами какой-то старинной крепости. Тишину нарушало методичное цоканье носов лодок о причалы. Кричали чайки, у кого-то из приёмника звучал шансон.
— Здорово! — сама себе призналась Ада. Ни о чем плохом думать не хотелось. Она не подпустит к себе Влада и ничего с ними не случится. Хотя судя по взглядам, которые он бросает на неё, устоять будет сложно. Самое ужасное в том, что он ей всё больше нравился, и с этим необходимо было бороться.
Влад прервал её размышления.
— Пошли, быстро позавтракаем и на катер!
Глава сто двадцать вторая
Они провели в море целый день. Ада загорала на носу, а Вдал бегал со спиннингом с борта на борт, закидывал его и на пустые крючки вытаскивал сразу по несколько рыбёшек. Капитан катера, крепко сбитый бывший офицер Володя, давал ему дельные советы. А матрос жарил улов на газовой конфорке. Легкие волны покачивали катер со знаковым названием «Никита». Огромные горы нависали над морем, из мощных каменных глыб росли сосны причудливой формы. Всё дышало вечностью и безмятежностью.
После сытного обеда с домашним вином, Влад лег позагорать рядом с Адой. Положил ей руку на бедро.
— Красивый мы тебе купальник купили.
— Спасибо.
— Хотя, с такой фигурой, любой подойдёт.
— Спасибо…
— Не знаю, что там замышляла Лидос, но за тебя ей респект. Мы славно проведем время вместе, — и потянулся, чтобы поцеловать в губы.
Ада отвернулась.
— Не понял?
— Я не смогу быть с тобой…
— Вот те раз! Почему?
— Ну, не смогу… — Ада лихорадочно придумывала причину, и вдруг выпалила, — я больна!
— Чем?
— Не знаю, что-то там внизу у меня не так.
В ответ Влад рассмеялся.
— У нас будет время тебя вылечить. Надеюсь, не СПИД?
— Дурак!
— Ладушки, завтра с утра к врачу, сдашь анализы, и быстро пролечим.
Больше он к ней не приставал. Зато весь вечер в рыбном ресторане шутил, рассказывал анекдоты, веселил её и окончательно влюбил в себя.
Глава сто двадцать третья
Ночью Ада не могла уснуть. Рядом лежал Влад. После того количества спиртного, что он выпил, его сон был крепок, хотя и беспокоен. То оглушал комнату мощным храпом, то замолкал и сопел, как ребенок. Ада не обращала внимания. Завтра ожидался тяжелый день. Поход к врачу сильно её озадачил. Никаких болезней и вирусов у неё естественно не обнаружат. А значит, дальше отказывать Владу не получится, он будет настаивать. Если бы был ей безразличен, она бы выполнила приказ Лидос. Но теперь, когда в её душе затеплилось чувство, не хотела даже об этом думать. Фантастика! Одного дня общения хватило, чтобы он полностью очаровал её. Никогда не встречала такого веселого, открытого и внимательного мужчину. О своей жизни рассказывал просто. Ничего не приукрашивал. Жену любил, как собственных детей. Говорил о ней, словно речь шла о старшей дочери. Объяснил, что в Аде видит возможность начать другую жизнь. Хочет, чтобы она вывела его из тупика сложившегося быта, который убивает его, отнимая желания и стремления.
У него получалось всё так просто, без напряга. При этом он не уставал любоваться ею. Это было для Ады непривычно и рождало волны сексуального желания. Никогда раньше она не сталкивалась с подобным. Ни разу не испытывала желания принадлежать мужчине. Влад не просто возбуждал её, он будил в ней женщину. И Ада испугалась. Когда Влад напился, заявила:
— Меня мой друг называет невестой Харона.
— Харона? — удивился он, задумался, — какого Харона, того самого? Из «Божественной комедии?» Данте. Так он же старик… хотя, какой-никакой, а бессмертный. Чего б ему не иметь невесту. Только как-то мрачно. Ты, что, помогаешь перевозить души умерших в Аид?
— Куда?
— В царство мертвых.
Ада кивнула головой. Влад рассмеялся. Обнял, её, поцеловал в шею.
— Просто глупая девчонка, которую мы завтра поведем к доктору.
Знал бы он, почему её так назвал Даня, не смеялся бы.
