Ада тихо поднялась с постели. Она приняла решение. Ни к какому врачу не пойдет. Нужно срочно уносить отсюда ноги. Вытащила из кармана его джинсовой куртки свой мобильник, оделась, проверила в сумке паспорт и деньги, данные Лидос. Подошла к Владу, поцеловала его и крадучись, направилась к двери.
Внизу попросила администратора вызвать такси.
— Куда?
— В аэропорт.
Глава сто двадцать четвертая
Самолет из Симферополя летел полупустым. Ада сидела в ряду одна, пила кофе и думала, о том, как быть дальше. Пока она неслась в машине по ночному Крыму, металась по сонному аэропорту, покупала билет и проходила регистрацию, только одна мысль стучала в висках — успеть! Успеть исчезнуть пока он не проснулся!
Сейчас нервное напряжение спало, усталость взяла своё. Но Ада боролась со сном, надеясь придумать какой-нибудь спасительный вариант.
С этим и заснула. Ей приснилось озеро, берега которого обрамляли низко повисшие ивовые ветки. Серое небо почти сливалось с водой. У берега в лодке сидел старик и курил трубку. На голове его белела кепка, сдвинутая на лоб. В ногах лежало весло. Взгляд не был виден из-под козырька, но Ада чувствовала его колючесть. Она знала, что подходить к воде нельзя. Но ноги не слушались и несли её прямо к лодке. У самой кромки воды, все же удалось схватиться за тонкую ветку. В руке ощутила влажную листву. Вцепилась. Но кто-то властно подталкивал в спину. Старик в лодке продолжал курить, не обращая на неё никакого внимания. Ада вскрикнула, выпустила ветку и буквально упала на борт. Костлявая рука старика неестественно вытянулась, схватила её за плечо и стала трясти. От страха Ада вскрикнула и открыла глаза. Над ней склонилась стюардесса.
— Девушка, просыпайтесь, Москва.
Глава сто двадцать пятая
Влад стоял на балконе, рассеянным взглядом скользил по катерам, покачивавшимся в бухте, и осмысливал происшедшее. Исчезновение Ады, впрочем, как и её неожиданное появление в его жизни рождало много вопросов. Если за этим стоит интрига Лидос, то тогда становится всё на место. В Париже, наверняка, готовилось на него покушение, и Ада каким-то образом была в этом задействована. Поскольку ситуация изменилась, она решила сбежать. Логично? Вполне. Но только в том случае, если действительно готовилось покушение. А если нет? Тогда почему? Испугалась визита к врачу? Чем она больна? Сифилис? СПИД? Гепатит? В любом случае, нужно срочно менять место пребывания. Уже сегодня будет известно, что он в Крыму. Самое время лететь в Париж. Во всём этом Влада смущала какая-то неправильность. А уж если признаться себе начистоту — было жалко потерять Аду. Что-то в ней подействовало на него. Вроде бы, обычная девчонка, таких у него перебывало сотни. Но эта зацепила прямо за душу. И не понятно чем. Молодая, симпатичная… может, он просто стареет? Нет, в ней привлекла какая-то загадка. Её тело обладает мощной притягательной силой. Он почувствовал это на уровне инстинктов. Почему, вдруг — невеста Харона? Что-то невероятное в ней действительно есть.
Влад вздохнул и решил сыграть на опережение. Достал телефон, высветил номер Лидос.
— Привет!
— О, в такую рань? Не спится в Париже? — спросонья спросила Лидос.
— Я не в Париже.
— Как это?
— Да так, поменял планы. Мы с Адой отправились в Крым.
— Ну, надо же. И что вы там делаете?
— Ничего. Она сбежала.
— Куда? — не поняла Лидос.
— Наверное, в Москву.
— Дура,… ну, а ты?
— А я отсижусь здесь… Осенняя рыбалка — то, что мне надо.
— Ты уверен, что с ней ничего не случилось?
— С Адой? Конечно. Вчера она заявила, что больна, и трогать её нельзя. А утром проснулся, её и след простыл.
— Дура, — эхом отозвалась Лидос. — Ладно, оставайся на месте, всё выясню и перезвоню.
— Ладушки, — согласился Влад, выключил телефон, взял чемодан и поспешил из номера.
Глава сто двадцать шестая
На Больших Каменщиках Аду не ждали. Её звонок в дверь застал Нинку и Шотика в объятиях друг друга.
— Извините, — растерялась Ада, увидев, завернутого в простыню отца Дани.
— Ты ж, вроде, в Париж укатила?
— Не докатила, — сказала она и исчезла за дверью своей комнаты.
Не успела раздеться, как запел мобильный. На мониторе высветился телефон Лидос. Ада с перепуга отключила его вообще. В дверь постучал Шотик. Крикнул:
— Иди к нам, рассказывай, чего там с тобой произошло.
Видеть их морды не хотелось, но оставаться в одиночестве больше не было сил. Ада отправилась на кухню.
Там на столе лежали суши и пицца. Джентельменский набор московского фаст-фуда. Виски, мартини, калифорнийское вино.
Нинка в пеньюаре по-хозяйски пригласила её за стол.
— Что за облом? — спросил Шотик.
— Вместо Парижа повез меня в Крым. Вот и сбежала.
— Правильно. Вода ж, холодная, — поддержала Нинка.
— Да нет, теплая…
— Опять с каким-нибудь параноиком связалась?
— Приличный человек, банкир.
— Понятно, пожалела… — заключила Нинка.
Шотик не понял намёка. Рассмеялся:
— Решила не обдирать!
— Вроде того, — согласилась Ада.
Входная дверь открылась. Вошел Даня, увидел Аду, обомлел.
— Ты здесь? — тут же кивнул в сторону улицы, — там подъехала Лидос, спрашивала о тебе. Я заверил, что не появлялась. Хотела подняться сюда, объяснил, что тут свидание у отца.
Ада вышла из-за стола.
— Если припрётся, не сдавайте меня, — и отправилась в свою комнату.
Даня поспешил за ней. Шотик шумно выдохнул и выпил:
— Нет… в этом доме ни потрахаться, ни пожрать!
Глава сто двадцать седьмая
Как только Даня закрыл за собой дверь, Ада бросилась к нему. Обняла и заплакала на плече.
— Что ты с ним сделала? — спросил Даня.
— Пожалела…
— Почему?
— Не хочу быть невестой Харона.
— Но с Жорой тебе понравилось.
— Жора — подлец, ничтожество. А Влад — классный.
— Влюбилась в него?
— Немного…
— Так не бывает.
— Мне по-настоящему нельзя.
Ада отлипла от Дани. Вытерла ладонью слёзы. Он смотрел на неё с ласковым упреком.
— Что скажешь Лидос?
— Не знаю. Она меня убьёт. Нужно где-то спрятаться.
— Серьёзно?
— Даже не представляешь, как серьёзно. Я сорвала Лидос и её мужу какую-то очень важную интригу. Они не отстанут, пока не убью его. Или убьют меня…
После кровавого освобождения Ады, Даня не сомневался, что эта семейка ни перед чем не остановится. И тут он вспомнил о предложении Игоря, которое поначалу отмёл, как нелепое.
— Слушай, Игорь встречался с Командором.
— Час от часу не легче, — печально вздохнула Ада.
— Командор хочет официально удочерить тебя.
— Что б еще раз украли?
— Там, типа, рассосалось…
Ада с мольбой посмотрела на Даню.
— Можно я немного посплю? У меня голова разламывается. Только не пускай сюда Лидос.
— Отдыхай, я проконтролирую.
Даня нежно поцеловал её в лоб.
Глава сто двадцать восьмая
Тучи над бизнесом Лёни Айсберга сгущались всё сильнее. Слухи о конфликте между учредителями с исчезновением Влада Валюхина приобрели реальное подтверждение. Получалось, что в вопросе — инвестировать или нет, победил Влад, которого и так всё устраивало. Лёня понимал, что это начало конца, нельзя жить не развиваясь. Деньги давно для него перешли из разряда материальной необходимости в область игры ума и чистого расчета. Они стали инструментом реализации самых рискованных бизнес планов. Влад со своими меркантильными потребностями превратился в балласт.
На вопросительный взгляд Айсберга Юлий Юрьевич вяло признался:
— Он исчез.
— Навсегда?
— Боюсь, что нет.
Этот пустой ответ взбесил Айсберга. Лёня вскочил из-за стола, приблизился к Юлию, сидящему в кресле, навис над ним своим грузным телом и произнес тихо, с металлом в голосе:
