разительную перемену в его настроении.
Он… Он стал добрым! Ходит и улыбается мне. И это взгляды… Такие… Такие… Неправильные!
Кошмар, кажется, я испортила Кайрата Майерхольда. Обычно после встречи со мною люди становятся нервными, а этот вдруг добреньким сделался. Какая досада!
— Зато деньжат заработали, — усмехнулся Ферден-младший. — Ну что, займемся увлекательным разделом математики?
— Делением?
— В точку.
Короче говоря, с полигона я уходила, забавно звякая монетками. И пусть крепость под названием «Его Высочество» до сих пор не покорена, я все равно довольна.
Закатное солнце ярким огнем озаряло небо. Погода стояла чудесная. Чих определенно не собирался заканчивать с прогулкой.
— Ну что, пойдем тратить неприличные суммы на вкусный корм? — спросила я заигрывающим тоном.
В ответ песель чихнул и первым бросился к воротам академии Рассенталь.
До чего же умное существо!
Прогулка задалась на славу. Я наконец обзавелась кормом для Апчихваха — полагаю, супы из столовой ему знатно надоели, проветрила голову, купила кулек соленых семечек и собиралась хорошо провести остаток дня в комнате.
Но к моей бочке с медом справедливое правиденье добавило ложку меда. Вероятно, это была карма за испорченную тренировку принца. Ну или просто моя собственная неуклюжесть.
Короче говоря, я споткнулась буквально на ровном месте и шлепнулась на колени. Мы с Чихом возрились на хорошие такие ссадины, возникшие на ушибленной коже.
— М-да, — заключила я с досадой.
Вообще истинная леди в подобной ситуации должна красиво взбледнуть, театрально охнуть, закатить глаза и упасть в обморок. Но у меня тут вообще-то несколько килограмм корма, кулек семечек и грандиозные кроватно-лежательные планы, потому раскисать не стоит.
— Больно? — раздалось рядом.
Подняв глаза, я обнаружила над собой Астарта. Наследный принц номер два смотрел на меня с такой тревогой, словно стая диких собак отгрызла мне левую ноги и с аппетитом посматривает на правую.
— Всё в порядке. Жить буду.
— Не думаю, — протянул он, загадочно сверкнув глазами. — Кхм! То есть… Не думаю, что всё в порядке. У тебя кровь.
А у него — глаза. Иначе как он догадался???
Насмешливо фыркнув, я поднялась с земли, сдула прядку волос со лба и подхватила пакеты, которые у меня тут же по-джентельменски отняли.
— Позволь помочь тебе?
— Так и быть. Назначаю тебя ответственным за свои три колограма непосильного груза.
Улыбнувшись, парень перебросил покупки в одну руку. Другой же залез в карман и достал оттуда платок, который вскоре побывал поочередно на каждой из моих коленок.
— Ну вот, испортил столь красивую вещь.
— Зато теперь в твоих глазах я рыцарь на белом коне.
Нет, мой рыцарь рассекает на черном.
Ой! Чего это я?..
Мы двинулись к академии. Разговор не клеился, потому нам приходилось перебрасываться неловкими фразами по типу «Ого, какое дерево», «О да, и правда — отличное дерево. Век таких не встречал».
И пусть Астарт был человеком исключительно добрым и приятным, знакомиться с ним ближе у меня не было ни малейшего желания. Потому, как только мы подошли к моей комнате, я быстро чмокнула его в щеку за своё спасение… от непонятно чего и скрылась за дверью.
Фух! Ну всё, семечки, кровать и какой-нибудь незамысловатый романчик, откопанный в глубинах академической академии.
40
— Апчхи! — звонко заявил Апчихвах, с недовольством глядя в окно, за которым, медленно кружась, падали пожелтевшие листья.
— Апчхи! — была полностью солидарна с ним немного простуженная я.
Увы, но тепло быстро и неотвратимо покидало столицу. Погода внезапно вспомнила, что на дворе как бы осень, и решила как следует отыграться за недели, полные тепла и света.
Я с тоской покосилась на небо, серое, тяжело нависающее над землей, и мрачно утерла нос платочком.
Ну вот. Почти октябрь. Пора подводить итоги месяца. За время нахождения в Рассентале я умудрилась подцепить двух братьев-пакостников-энтузиастов, одну приятельницу-сплетницу, одного вредного, но изобретательного главу артефакторского клуба и легкую простуду.
Продуктивненько!
Однако основная цель всё ещё не покорена. Подцепить Кайрата Майерхольда оказалось до обидного непросто.
Плохо работаю. Растеряла всю сноровку. Или принц мне банально не по зубам?
Вот возьмем в пример мою недавнюю шалость — до звания пакости эта затея не доросла!
Вместо того, чтобы сокрушаться, злиться, рвать волосы на голове и попеременно вопрошать у Небес: «За что⁈», Его Высочество, напротив, оказался крайне рад появлению ставок. Он использует их как мотивацию. Если верить братьям Ферден, которым я доверила руководить этими финансовыми махинациями, команда Кайрата стала сражаться куда лучше.
А во всём виновата я!
Зато какой-никакой процент имею. Спасибо хоть на этом. Теперь у меня есть чем заедать горечь поражения. Солеными орешками, семечками и сухариками.
И кучей собачьего корма. Но это на случай крайней нужды.
Так и чих с ними, с этими ставками! Из-за похолодания команда принца ушла в спортивный зал и (какая наглость!) дверь запирать изволит. Теперь к ним никак не просочиться.
Право слово, я близка к тому, чтобы вооружиться лестницей и краской и лазить до его окон с целью написать какое-нибудь жуткое послание.
«Начни учить Еву, иначе из всех магазинах страны пропадут красные рубашки. БУ!»
«Если ты не станешь учить Юрай, то каждый день на тебя будет падать тарелка супа!»
Или вот, совсем жесткое: «Учи Евангелину боевой магии, или каждый день будешь ударять мизинец об углы!».
Ой, бред какой-то! Сама-то идея ничего, свежо и просто. Но вдруг он впечатлительный? Мне принц с расстройством личности не нужен. Я с нормальным-то не справляюсь.
— Тоска-а-а… — протянула я.
Чих посмотрел на меня, авторитетно кивнул и вернулся к наблюдению за танцем листиков на улице.
Я же тяжко вздохнула и продолжила изображать кучку, завернутую в одеяло. От столь «увлекательного» занятия меня спас стук в дверь.
На пороге стоял шкаф. Ну как шкаф, скорее тумбочка. Широкая, но не очень высокая, грузная и грозная, с кучей мышц, затянутая в мундир и почему-то с букетиком.
— Евангелина? — поинтересовался мужчина зычно.
— Агась… — выдохнула я, все ещё не отойдя от шока. Не каждый день ко мне приходят солдаты со смятым виником ромашек.
— Очень рад встрече.
— А вы?..
— Я — генерал Рандорр.
Рандорр? Что-то знакомое. Где бы я могла слышать эту фамилию?
— Ваш жених, — добавил мужчина.
А.
Ну вот.
Теперь ясно, откуда я знаю фамилию. Не ясно другое: если я захлопну дверь перед его носом, это будет невежливо или вопиюще невежливо?
41
— О, а это, кстати, вам, — с жутко довольной улыбкой произнес генерал, протягивая букетик, который, судя по внешнему виду, прошел вместе с ним
