Ознакомительная версия. Доступно 14 страниц из 88
ответы.
– И все же суешь мне вот это – и ничего больше, – я поднял стопку пергамента и обогнул его кровать. В груди узлом затягивалась ярость, и тело мое напряглось, словно я вот-вот свалюсь с уступа в пропасть, на дне которой определенно ждет боль.
– Я знаю, но…
В дверь Луки тяжело постучали.
– Юный лорд, ваш отец призывает вас. Собрание начинается.
Проклятый Сабэйн. Я был уверен, что он знал, когда его присутствие особенно нежелательно, и выбирал эти самые моменты, чтоб объявиться.
Лука крепче сжал мое плечо.
– Я бы посоветовал как следует подумать о том, почему тебя могут называть Повелителем теней.
– Лука, скажи мне…
– Юный лорд, – снова стук.
Я убью светоносца, если он еще хоть раз ударит в дверь.
Но Луку это подстегнуло. Он ухватился за кинжал, что носил на поясе, и пошел к дверям.
– Мне нужно идти.
– Скажи мне, что происходит, Лука. Просто скажи мне, прямо.
– Если бы я только мог, но, увы, жить с месмером всегда непросто. Полагаю, когда нас сшибают с нашей тропы, Норны с большим удовольствием смотрят, как мы продираемся обратно через самые страшные мучения. Если есть хоть малейшая трещина в том, что ты считаешь правдой, советую тебе копать глубже. Узнай больше об этом имени – Повелитель теней.
– Лука, – мои кулаки сжали пергамент, окончательно помяв его.
Он выругался себе под нос, положив руку на дверную ручку.
– Боги, Кейз, поверь мне. Это все, что я могу сказать. Просто, мать твою, поверь, я здесь тебе не враг.
– Поверить тебе в чем?
– В том, что воспоминания в твоей голове не сходятся, – клянусь пеклом, Никлас меня убьет, – лицо Луки сложилось в гримасу. Он с усилием сглотнул, прежде чем снова посмотрел на меня и заговорил низким, предупреждающим голосом: – Нас ждут опасные дни, друг мой. И боюсь, мы все балансируем между ролями королей и пешек.
Не сказав больше ни слова, Лука оставил меня в своей комнате одного.
Он нес околесицу, конечно же, но… Откуда он знал, что мои мысли, мои воспоминания, развеялись в голове, как пыль на ветру?
Я не знал никакого месмера, способного вызвать такую сумятицу. Гипнотики могли провести разум, но ни один альвер не мог по-настоящему менять мысли и воспоминания.
В голове снова нарастала буря. Схлестнулось то, что истиной называл мой разум, и предупреждение сердца о том, что верить этому нельзя. Взгляд упал на игрушечную лошадку на полу. Грудь пронзил укол мучительной боли. Такая простая вещица столь многое для меня значила, а я никак не мог понять почему.
Жизнь теперь для меня стала выматывающей игрой в правду или ложь. Я же хотел лишь покоя. Просыпаться без хаоса в сердце и разуме, твердящих, что что-то не так.
Вены залило жаром. Ненависть, страх, злость – все вместе они обернули мои плечи тяжелым плащом теней, когда я вынул кинжал из ножен, висящий на голени. Утробное, отчаянное рычание вырвалось из глубины горла, когда я пронзил клинком живот мягкой игрушки.
Вдохи были резкими, тяжелыми. Я слишком долго простоял на коленях, – сжавшийся и еще более потерянный, чем прежде.
Что происходило со мной? Я становился половиной человека, половиной души.
Я становился всего лишь тенью.
* * *
Большой зал был заполнен аристократами, альверами и приезжими из-за моря. Столы были уставлены козьим сыром и круглыми буханками теплого хлеба. Аристократы собрались возле рогов с броаном и впивались в буханки так, словно это они в Клокгласе голодали.
Я узнал некоторых заморских вельмож. Нескольких членов совета из Скиткаста. Присутствовали законодатель Фурена и несколько верховных лордов Хемлига, что заправляли морскими тюрьмами. Все оглядывали большой зал с завистью и капелькой презрения к остальным.
Они боялись Ивара, горький вкус этого страха оседал на моем языке, но в то же самое время они жаждали его симпатии.
За полированным столом сидели люди, которых я не узнавал, их черты были необычны для Востока.
– Фейри, – позади меня, кивнув на стол с незнакомцами, возник молодой скидгард. – Из Южного королевства. Приглядывайте за ними, злоносец, – он указал на столик поменьше, расположенный вплотную к фейри. Трое мужчин, все с заостренными ушами, как у фейри с Юга, склонили головы и о чем-то переговаривались между собой. Скидгард фыркнул: – Эти с Севера, они приехали от лица своего короля-мятежника. Беззаконие.
Я ничего не ответил.
Нидхуг был исключением, но вообще фейри редко ступали на наши берега. Они держались своих королевств и наверняка сражались в собственных битвах.
И все же они здесь. Кучка фейри, которые казались чем-то сказочным и нереальным. Особенно верно это в отношении фейри из Южного королевства. Люд тех мест гордился тем, что их внешний вид был ближе к созданиям из легенд и мифов, чем у фейри Ночного народа с севера.
Фейри, занимающий высокий стул с Южной стороны, имел заостренные уши, его кожа была присыпана серебристой пудрой, от которой острые скулы, казалось, блестели, как звездный свет. Этот мужчина был широкоплеч и явно способен удержать тяжелый меч или топор. Его волосы, остриженные с одной стороны головы, имели блестящий, полночно-синий цвет. Свою кожу он покрыл рунными знаками. Глаза его сияли, как серебряный мороз, было почти невозможно различить, где заканчивались белки и начинались радужки.
Те, кто сидел вокруг новоприбывших, тоже выделялись. У некоторых кожа была голубая, как небо. Другие – смуглые, но на их головах красовались витые бараньи рога. Некоторые выглядели совсем как мы, но с ушами фейри.
Две женщины-стражницы стояли по сторонам высокого стула. Обе казались яростными. Но и прекрасными. У одной были рыжие косы, обернутые вокруг головы, кожа цвета коры и глаза черные, будто в них пролились чернила, заглушившие всякий цвет. Может, это какая-то нимфа.
Уши второй женщины были не такими острыми. Волосы прямые и темные, а длинные пальцы не покидали рукоять короткого клинка, закрепленного на талии. Она суровым взором оглядывала большой зал, пряча под этой личиной тревогу. Жжение страха и ее беспокойства впитывалось в меня, становясь новым слоем кожи.
Казалось, она доверяла Востоку так же сильно, как я – Югу.
Я позволил взгляду упасть на маленький Северный стол. Сердце сбилось с ритма. Все трое мужчин уставились на меня с изумленными выражениями на лицах. Тот, что в центре, откинулся на спинку стула, на его губах играла любопытствующая ухмылка. В отличие от фейри Юга, его кожа была загорелой, волосы – подобны осени, разом золотые и темные, а глаза – глубокого карего цвета, лишь капля тепла в них не давала
Ознакомительная версия. Доступно 14 страниц из 88
