— Нет, пока у меня нет плана, чтобы…
За дверью раздался щелчок и замок отворился. Я прошипела, чтобы Волузиан исчез, одновременно засовывая свой полу-жезл в сумку. Я положила сломанный стул в угол так далеко, насколько было возможно, в надежде, что стража его не заметит.
Они не заметили. Их беспокоило только то, чтобы надеть на меня цепи снова. Видимо, Вэрия считала, что хоть я и не буду делать резких движений, ставя под угрозу жизни моих друзей, но это не означает, что я могу разгуливать по ее дворцу свободная и не обременённая. Стража сопроводила меня на первый этаж и затем туда, что может называться только тронным залом.
У меня не было тронного зала. Мой предшественник его имел, но я приказала своим людям расчистить комнаты в замке и сделать их функциональными. Когда же были официальные визиты, то я обычно проводила их в удобных гостиных с легкой претенциозностью. Дориан так же технически не имел отдельного тронного зала, хотя его трон стоял на высоком постаменте в обеденной зале, где он иногда сидел, когда хотел выглядеть внушительно.
Но это…это было совсем другое дело. Комната была огромной и могла вместить два бальных зала. Невероятные портреты королей прошлого висели на стенах. Гладкий пол был выложен дамарианским нефритом, колонны, украшенные так же, стояли в линию таким образом, чтобы внимание сразу было обращено вперед. Там находился трон Вэрии, стоящий еще выше, чем трон Дориана в столовой. Сам по себе он был фантастически огромен, отделан золотой филигранью и украшен драгоценными камнями. Несмотря на величину комнаты, трон тут был единственной мебелью. Это еще раз подтверждало, что все внимание должно быть обращено вперед, и тем, кто пришел увидеть королеву, должно быть неудобно.
У меня было чувство, что, вероятно, эта комната была постоянно заполнена посетителями и придворными. Сегодня была только я и мои охранники. Наши шаги отдавались эхом по залу, пока мы шли к лестнице, ведущей к трону. Я отказалась от восторгов по поводу трона и предпочла изучать картины на стенах. Имена ничего не говорили, пока я вновь не увидела Жанин. Единственное, она была не одна на этом портрете. Надпись гласила, что это Королева Ония и Ее дочери, Жанин и Нисса. Королева Ония была изображена суровой с огромной короной, сильно отличаясь от женщины слева. Та была молодая, нежная, очень красивая, с взволнованным выражением на лицу. Женщина справа от Онии имела жесткий взгляд и была очень похожа на ту, что я увидела перед собой.
Это и была Вэрия. Она величественно восседала на троне, одетая в рубиново-красное бархатное платье, с такой огромной юбкой, что она должна была мешать ходить. Я подозревала, что слуги красиво раскладывали ее вокруг трона. У Вэрии были карие глаза и каштановые волосы, убранные в высокую прическу, которую я уже часто отмечала у женщин Тисового королевства. Ее возраст трудно было определить, но она, конечно, была старше меня. Драгоценности украшали все свободные места — пальцы, запястья, шею, уши и волосы. Это было ослепительно и балансировало на той тонкой грани между царственностью и безвкусицей. На коленях у нее лежали две крошечные пушистые собачки, выглядевшие подозрительно как раздражающие яппи, которых я презирала.
— На колени, — сказал один из стражников. Он начал толкать меня вниз, но Вэрия сделала небольшое, деликатное движение рукой, и он тут же остановился.
— Это не нужно, — сказала Вэрия, поглаживая одну из собак. Она сказала это таким образом, что, из-за акустики в комнате, голос отразился, вероятно, она немного тренировалась. — Королева Эжени является монархом. Мы не должны вставать на колени друг перед другом.
— Часто мы держим друг друга пленниками? — спросила я.
Они мило улыбнулась.
— Ну, сейчас, это зависит от того пытаемся ли мы устроить переворот в других землях. Вряд ли ты могла ожидать от меня, что я не предприму никаких действий, когда ты и твоя когорта пришли с планом убить меня, в слабой попытке уничтожить Магию Зимы.
— Мы называем это упадком, — сказала я. — “Магия Зимы” звучит как название какого-то ледового шоу. — Я действительно не надеялась, что она поймет это замечание. Вот на что я обратила особое внимание, так это на ее слова, что мы пришли, чтобы захватить лично ее. Она не имела представления о наших реальных планах. Она не знала о помощи Волузиана и выводах, которые мы сделали о подарках.
— Не имеет никакого значение, как вы это называете, — заявила она. — И не обольщайся, думая, что ты первый монарх, который попытался взять дело в свои руки. Наблюдатели, которых я держу в своих землях, имеют описание большинства королевских семей. Это очаровательная вещь, знаешь ли. Монархи, которые планируют сдаться, отправляют эмиссаров. Монархи с грандиозными планами восстаний — приходят лично. Некоторые заблуждения личного величия, я полагаю.
— Или, — сказала я с горечью, — может быть потому, что монархи заботятся о своем народе и готовы рисковать собой. — Я предположила, что Вэрия и ее собаки редко марали руки.
Вэрия пожала плечами. — Может быть. Какой бы ни была причина — это глупо. Дальновиднее присоединиться к моему единому королевству. Я была очень разочарована, когда услышала отчет, что ты и Король Дориан вошли в мои земли с вашим гнусным заговором. Я надеялась, что у вас обоих — особенно у тебя — хватит здравого смысла, чтобы присоединиться ко мне. Особенно, после того, какое предложение сделал мой посол.
— Сбежать от проблем и спрятаться здесь? — усмехнулась я. — Нет, спасибо.
— Из того, что я слышала, это было именно то, что ты и сделала, тем не менее. Ты только выбрала другое место и, вероятно, все время была начеку. — Жестом она показала вокруг. — Если бы ты была здесь, то могла бы расслабиться и наслаждаться последними месяцами беременности. Возможно, если бы не было такого стресса, то твои дети не родились бы так рано и в опасности.
Я застыла, мне не нравился вывод, что мои действия привели к опасной ситуации у близнецов.
— Они не поэтому родились рано. С близнецами такое случается.
— Как скажешь. Я тоже мать, поэтому я могу связать эти тонкостям, и мы попробуем убедить себя в этом. И как мать, я была совершенно искренна в своем приглашении, чтобы защитить тебя. Я думаю, что это ужасно, то что пыталась сделать Ивовая Королева. Ужасно и малодушно. Я могла бы помочь тебе, в принципе, одна. И я хотела найти друга, с которым могла бы говорить на равных.
— Илания сказала примерно то же самое, — сказала я, не купившись на это. — Что-то вроде женской солидарности?
— Мне нужно здесь с кем-то разговаривать, не так ли? Помимо моей маленькой любимицы. — Она замолчала на время, чтобы почесать собаку под подбородком. У обеих были драгоценные ошейники и маленькие бантики на головах.
