— Коробки с пиццей нет. И мы пытаемся доказать, что они и есть те убийцы, за которыми мы охотимся. Я не ищу алиби.
— Странно, — комментирует О'Ши, — что они любят пиццу и салат.
Я беру салатницу и хмурюсь. В ней нет ничего интересного — несколько листьев, нарезанный редис и раздавленные помидоры черри.
— Думаю, Крид любит пиццу, а Уайатт — салат, — я пожимаю плечами. — Или наоборот. Эти остатки намного свежее, чем молоко и мясо, — я открываю крышку салата и заглядываю внутрь.
— Бо, — сухо говорит О'Ши, — я не уверен, что изучение салата-латука нам поможет.
Я уже собираюсь сказать ему, что ключ к хорошему анализу мусора — это тщательное изучение каждого предмета, чтобы получить полное представление о своей цели, когда останавливаюсь.
— Это не салат-латук, — медленно произношу я.
— Руккола, шпинат, радиккио… какая разница?
Коннор бросает на него восхищённый взгляд.
— Ты разбираешься в зелени.
О'Ши краснеет.
— Я люблю здоровую пищу.
— Я тоже.
— Может быть… может быть, мы могли бы вместе вкусно поесть? — О'Ши смущённо откашливается. — Недалеко от «Нового Порядка» есть хороший ресторан, в который я иногда захожу.
С точки зрения очаровательных приглашений на свидание, эта попытка вряд ли займёт первое место в чартах. Однако на сей раз меня это не интересует. Я выбираю один из листьев потемнее и рассматриваю его в лунном свете. Он больше похож на траву, чем на салат-латук. Я не спускаю с него глаз, как будто он собирается напасть, и обнюхиваю его. Затем я бросаю его и убегаю.
— Бо! — кричит О'Ши. — Что ты делаешь?
Я не замедляю шага. Я мчусь по улице, где живёт Крид, не обращая внимания на наблюдающих за мной полицейских. С вампирской скоростью я добегаю до его парадной двери и распахиваю её прежде, чем они успевают выйти из машины. Я врываюсь внутрь.
Они оба на кухне, лежат на спине и смотрят в потолок невидящими глазами. У одного из них — почему-то я решаю, что это Уайатт — изо рта сочится рвота. Другой держится за живот.
Полицейские в штатском прибывают десятью секундами позже.
— Что вы делаете?
Я встаю и отворачиваюсь. Они мертвы по меньшей мере два часа; нет смысла пытаться их реанимировать.
— Крид и Уайатт — это тупик, — бормочу я, думая о странной белой карточке, которую вручил мне Дрехлин. — Ха-ха.
(Слово «тупик» в английском языке звучит как dead end, дословно «мёртвый конец», поэтому карточка уже намекала, что они мертвы, — прим)
Первый полицейский что-то бормочет в рацию, в то время как второй растерянно смотрит на меня.
— Как вы узнали? — спрашивает она. — Вы Красный Ангел, и я знаю, что у вас есть способности, но как вы узнали, что они мертвы?
— Болиголов, — просто ответила я. — Они съели болиголов.
В соусе для пиццы был не базилик, а в листьях салата был не шпинат. Крид и Уайатт были отравлены, и виноват в этом тот, кто прислал мне карточку.
Глава 13. Правосудие восторжествует
Я вынуждена выдержать ещё один раунд допросов и дачи показаний. Забудьте о Красном Ангеле, меня следует переименовать в «Ключевого Свидетеля Номер Один». К сожалению, маловероятно, что я когда-либо буду давать показания в зале суда, особенно когда под рукой нет подозреваемых.
— Мне пришлось подёргать за несколько ниточек, чтобы организовать наблюдение, — говорит мне Фоксворти, когда он наконец появляется. — Внезапно меня завалили приказами расследовать всё это более тщательно.
— Тебе следует отправить команду обратно на тот склад. Должно быть, они что-то сделали с ухом и пистолетом, прежде чем их арестовали.
— Это уже в процессе, — он проницательно смотрит на меня. — Приятно ли оказываться правой?
Я потираю лоб.
— Не особенно. Даже несмотря на то, что за ними вели наблюдение, они всё равно погибли. Еда могла быть откуда угодно. Может, её подложили в холодильник Крида.
— Если бы мы держали их за решёткой, они были бы живы, — говорит Фоксворти.
Я отвожу взгляд.
— Да, — признаю я. — Думаю, они были бы живы. Теперь всё, что у нас есть — это остатки еды и два бесполезных трупа, которые ни черта не могут нам сообщить.
Фоксворти сжимает моё плечо и уходит, не сказав больше ни слова. Я не уверена, что ещё можно сказать прямо сейчас.
— Теперь, когда я стал супер-сыщиком, я провожу в полицейских участках больше времени, чем когда был преступником, — жалуется О'Ши, когда я встречаю его и Коннора на улице. Он бросает на Коннора испуганный взгляд и поспешно сдаёт назад. — Не то чтобы я был злостным преступником или что-то в этом роде…
Я вздыхаю.
— Это ещё одна ниточка коту под хвост. Давайте убираться отсюда.
— На самом деле, — шепчет О'Ши, — это неправда.
— Что ты имеешь в виду?
Он достаёт смятый листок бумаги. Я узнаю в нём благотворительный конверт из мусора Крида. О'Ши оглядывается через плечо и машет им мне.
— Я забрал это до того, как приехала полиция и всё упаковала, — говорит он заговорщицким тоном.
Я в замешательстве.
— И что?
— Я, должно быть, единственный супер-сыщик в округе. Что это за благотворительность?
Я читаю надпись.
— Детский благотворительный фонд «Чекерс», — я так ничего и не понимаю.
— Бо, Бо, Бо, — он огорченно качает головой.
Коннор хлопает его по руке.
— Он тоже не понял. Это я указал ему на это.
— На что указал?
— Эта благотворительная организация. Она не работает уже несколько десятилетий. И…
— О Боже, — выдыхаю я. — Это та, которая была названа в завещании Тобиаса Ренфрю.
— Стоит ли нам сообщить в полицию?
Я думаю об этом. Даже с Фоксворти на моей стороне и моей репутацией героини дня, полиция всё равно отпустила Крида и Уайатта — и посмотрите, что с ними случилось. Я думаю, мы, вероятно, лучше справимся сами.
***
Мы спешим обратно к «Новому Порядку». Пришло время для некоторых старомодных исследований. Нам нужно выяснить, что Мэтт и Далия нашли в куче украденных книг, и нам нужно узнать всё, что мы можем, о благотворительной организации. Однако вместо того, чтобы сидеть взаперти и изучать информацию, Мэтт прогуливается по улице и бросает мяч Кимчи.
Он с энтузиазмом машет нам троим. Кимчи это не интересует; мяч явно привлекает его больше. Я бы обиделась, если бы не знала, что это одна из тех собачьих штучек, в которых спрятана закуска.
— Почему ты не внутри? — я думаю о Далии и гадаю, что, чёрт возьми, происходит.
Мэтт пожимает плечами.
— Они сказали мне прогуляться.
Мои глаза сужаются. Они? Я открываю входную дверь и поднимаюсь по лестнице, стараясь не шуметь. Больше половины персонала — вампиры, так что у них у всех сверхъестественный слух, но это не значит, что я хочу, чтобы это было очевидно.
Когда я подхожу к двери «Нового Порядка», моя рука на мгновение замирает над дверной ручкой, а затем я открываю её. Арзо и Далия отшатываются друг от друга. Он с такой силой откатывает назад своё инвалидное кресло, что оно с грохотом ударяется о стол. Чёрт возьми.
Я бросаю на Арзо недовольный взгляд. Не то чтобы его возвращение к Далии было неожиданным, но я всё равно разочарована. По крайней мере, у него хватает такта казаться смущённым.
— Бо, — начинает Далия, — это не то, что ты думаешь.
Я игнорирую её.
— Как ты мог? — спрашиваю я Арзо. — После всего, что она тебе сделала? И ты знаешь, что она, вероятно, всё ещё работает на Медичи.
— Это не так, Бо.
— Ты этого не знаешь!
— Он заставил меня стать вампиром против моей воли. Я ненавижу его, — перебивает Далия.
— Ты имеешь в виду так, как ты заставила Арзо стать вампиром?
— Я Сагнвин, — спокойно говорит он.
— Только по прихоти судьбы! — парирую я. — Мы не можем ей доверять.
Далия делает шаг вперёд.
— Я понимаю, почему ты так себя чувствуешь, Бо…
— Понимаешь ли? — рычу я. — Правда? Понимаешь? Я была там, когда твоего любимого мужа разнесло в пух и прах. Я знаю, каким он был человеком, и я знаю, какая ты как личность. Ты используешь людей. Стерва, которая…
