поджидало впереди, но как будто ее ожидало что-то важное.
После двух часов полета Таиса приземлилась в аэропорту в регионе Исан. Маленький, почти домашний, с одним залом прилета и вывесками, выцветшими от времени. Не было никакого столпотворения как в Бангкоке: ни бесконечных очередей, ни громких объявлений, ни толп туристов, лишь ленивый гул кондиционеров и запах кофе из ближайшего ларька, тихо и почти пустынно.
Таиса очень устала за день, пережив аж целых два перелета, и ее начал настигать джетлаг, а впереди нужно было найти встречающего и непонятно сколько ехать до поселка… Девушка шла, одной рукой катя за собой чемодан, в другой держа документы, и в момент, когда она спотыкнулась, чуть не упала и не выронила бумаги, ее кто-то мягко успел подхватить за локоть.
— Вы в порядке?
Таиса выпрямилась, ее глаза оказались на уровне чуть выше чужого плеча, и она растерянно подняла взгляд на молодого мужчину перед собой: он был заметно выше большинства тайцев, которых она успела увидеть за время пребывания в стране. Стройный, аккуратно одетый в простую белую рубашку с закатанными рукавами и темные брюки, с легким парфюмом, оттеняющим бергамотом и зеленым чаем. Его кожа контрастировала с белой тканью своим загорелым оттенком, а волосы были черными и густыми, уложенные так, чтобы открывать высокий лоб. Черты лица — мягкие и гармоничные с добрыми глазами, располагающими к себе своей теплотой и внимательностью, будто смотрели на девушку сквозь ее усталость после дороги. Краешки его губ чуть дрогнули в вежливой, сдержанной улыбке.
— Вы случайно… не мисс Таиса? — спросил молодой человек по-английски.
— Да, а вы?.. — кивнула девушка.
— Вира́й, — представился он и чуть поклонился. — Меня попросили встретить вас и довезти до поселка Баан Накха. Мы с вами будем вместе работать в местной школе как приглашенные учителя.
Его голос был удивительно спокойным, как ровная вода в реке, с мягким акцентом, будто каждая фраза звучала немного напевно. Таиса почувствовала, что ее внутреннее напряжение, копившееся с момента разговора с Аом, немного спало. Вирай выглядел надежным. И, как ни странно, как будто знакомым, словно она уже когда-то видела это лицо, но не могла вспомнить где.
— Приятно познакомиться, — сказала Таиса. — Вы можете говорить со мной по-тайски.
На лице Вирая мелькнула мягкая улыбка.
— Да, меня предупредили. В этом месте знание языка вам очень пригодится, хотя местные в основном используют в повседневной речи исанский диалект.
— Ох, но мы же всё равно поймем друг друга?
— Проблем возникнуть не должно, объясниться сможете. Давайте я помогу вам с чемоданом.
— Спасибо… а сколько нам ехать до поселка?
— Примерно около двух часов. По пути сделаем остановку в магазине. Подумайте, нужно ли вам что-то приобрести, например, средство от комаров. В поселке есть рынок и ларьки, там работают местные, но к моменту, как мы доедем, уже всё будет закрыто.
«Еще два часа дороги на машине! — ужаснулась Таиса, но вслух жаловаться, конечно, не осмелилась. — Понятно, что мало кто захочет ехать в такую даль преподавать…»
Вирай взял ее чемодан, будто это было само собой разумеющимся, и повел к выходу на парковку. Таиса невольно отметила, что движения у него были плавные и уверенные, в них не чувствовалось ни суеты, ни показной вежливости, ни резкой бесцеремонности.
На улице небо окрасилось в закатные краски из персикового, розового и сиреневого, а воздух уже не был накаленным от асфальта и казался прохладнее, чем в Бангкоке. Таиса сделала глубокий вдох.
Снаружи их ждал старенький пикап, чистый, но явно видавший жизнь. Вирай загрузил багаж в кузов и открыл переднюю дверь пассажирского сиденья, галантно приглашая Таису:
— Прошу, садитесь.
Таиса кивнула и села внутрь. Обивка слегка выгорела на солнце, пахло смесью искусственной кожи, пластика и слабого аромата жасмина с лемонграссом от подвешенного ароматизатора. Мотор завелся с коротким рывком, и машина мягко тронулась с парковки. Как и предупредил Вирай, они сделали остановку в магазине, а потом двинулись в дальний путь.
За окном пейзаж постепенно менялся: очертания города перетекали в густую растительность и редкие домики с жестяными крышами, яркие огни остались вдалеке и были заменены фонарями вдоль дороги, а асфальт в какой-то момент перешел в обычную грунтовую дорогу. Очень быстро стемнело.
Некоторое время они ехали молча, лишь шины глухо стучали по кочкам, поднимая за собой легкую пыль. К Таисе вновь вернулось беспокойство: они отъезжали от цивилизации и углублялись в какую-то глушь. Если что-то произойдет, как она оттуда будет выбираться?.. Вирай, возможно, почувствовал напряжение девушки, и включил радио. Приятная мелодия на тайском в трот-стиле заполнила салон, будто призванная для того, чтобы уменьшить тревогу.
— Это местная песня, — поделился Вирай, заметив, что Таиса прислушивается. — В ней поется о двух возлюбленных, которых разделили обстоятельства.
— Грустная? — решила уточнить девушка, чтобы поддержать разговор.
— Смотря, как на это смотреть. В Исане любят петь о том, что неизбежно, — улыбнулся Вирай, бросив на нее короткий взгляд. — А вы, мисс Таиса, любите грустные песни?
— Зависит от настроения, — пожала плечами она, улыбнувшись в ответ краешком губ. — Сейчас мне, пожалуй, просто нужно что-то, что не даст уснуть.
Таиса успела выпить чашку кофе, когда они делали остановку, но он не особо ей помог. Сейчас она считала своим долгом во все глаза наблюдать, куда ее везут! Вирай чуть прибавил громкость.
В какой-то момент машина въехала на длинный мост через реку, и Таиса с любопытством спросила:
— Это Меконг?
— Нет, приток, — ответил Вирай. — Но когда пойдете на прогулку в Баан Накха, увидите настоящую реку. Меконг здесь называют домом наг.
— Нага — это такая большая змея?.. — уточнила Таиса.
— Верно, это древние духи-змеи, хранители воды. — Он говорил спокойно, будто рассказывая о чем-то совершенно обычном. — Вы уже бывали до этого в Таиланде? Возможно, видели статуи больших змей у храмов?
— Да, видела!
— В этих местах до сих пор верят, что они живут под рекой, в честь них проводят праздники и делают подношения, чтобы умилостивить для защиты от ненастья.
Вирай говорил с легкой иронией, но в его голосе всё равно чувствовалось уважение. Все-таки он был тайцем, который вырос на буддизме и знал местные легенды. Когда Таиса изучала язык, она немного интересовалась тайской мифологией ради расширения кругозора, но уже очень многое позабыла.
Девушка напоследок глянула на реку, медленно исчезающую в зеркале заднего вида, и почувствовала странное волнение, будто где-то глубоко внутри нее что-то отозвалось на рассказ Вирая.
— А вы сами где родились? — полюбопытствовала Таиса.
— Я из Бангкока, — поделился Вирай. — Заключил контракт на год на преподавание тайского языка
