по стеклу тяжелые капли дождя, а я была здесь — в уюте, спокойствии и окружении тех, кто стали мне дороги.
— Ты чего? — удивился Томас, когда я улыбнулась собственным мыслям.
— Ничего, — я пожала плечами. — Просто хорошо. — Взглянула на него, а затем на Билла, — Что мы втроем вот так… сидим здесь, ужинаем.
На секунду в его глазах отразилось что-то такое, чего раньше я не замечала, но миг спустя оно исчезло, будто он сам испугался этого чувства.
— Вроде и не пила, а на сантименты уже потянуло, — усмехнулся он.
— Ну, знаешь, вообще-то…
— Тихо! — Томас накрыл мою руку своей.
— В чем дело?
— Помолчи, — он приложил палец к губам.
Я нахмурилась, но возражать не стала. Билл тоже притих. Несколько секунд мы сидели в тишине, не считая шума ветра и дождя за окном.
— Там кто-то есть, — шепотом сказал Томас.
— Где?
Вдоль позвоночника пробежал холодок. Я огляделась.
— На улице.
— Я ничего не слышу, — Билл вытянул шею и растерянно посмотрел в окно. — И не вижу.
— Это потому, что ты человек.
Томас поднялся и бесшумно направился к окну.
— Сидите там, — не оборачиваясь, он выставил руку, веля нам оставаться на месте.
Билл, не вставая, потянулся к разделочному ножу, лежащему на выступе печи. Я «слепила» энергетическую сферу. Не в меру богатое воображение подкидывало догадки — одна другой жутче.
— Ну что? — спросил он. Голос срывался от напряжения. — Видишь кого-нибудь?
В ответ Колдер шикнул и взмахнул рукой. Билл снова замолчал.
— Это человек.
— Ты его видишь? — Мышцы напряглись, сфера в ладони заискрилась.
— Чувствую, — отозвался Томас.
Ах, ну да — он же волк.
Страх немного отпустил. Человек, даже если их несколько, и пришли они с дурными намерениями — лучше, чем одна инфернальная тварь.
— Он один, — Томас прижался к стене и выглянул в окно. — Идет к двери.
Через несколько секунд, в подтверждение его слов, раздался тихий стук.
— Не двигаться, — строго предупредил охотник. — Сам разберусь.
Он остановился возле двери и посмотрел в глазок.
— Ну?! — Билл заерзал на табурете. — Кто там?
— Никого не вижу. — Томас обернулся к нам. — Но он там.
Стук повторился.
— Кто там? — спросил Колдер. Голос был спокоен, но в нем ясно слышались угрожающие нотки.
— Я, — робко пискнули с той стороны. — Откройте пожалуйста, тут мокро очень.
Голос показался смутно знакомым. Постойте-ка. Это же…
Томас открыл дверь.
На пороге, переминаясь с ноги на ногу, стояла Арин. Племянница Барта Клифтона.
Глава 25
Несколько секунд Томас, застыв, растерянно глядел на мнущуюся возле порога малышку.
— Ты еще кто такая?
— Впусти ее! — я сорвалась с места и бросилась к двери.
Схватила девчонку за руку и втянула в дом.
— Это Арин, — я усадила ее на скамью, а сама опустилась рядом на корточки. — Детка, как ты здесь оказалась?!
Ее темно-синяя накидка с капюшоном насквозь промокла, с кончиков волос капала вода, к лакированным туфелькам прилипли комки жирной грязи. Сама же она тряслась от холода.
— Билл! — окликнула я. — Налей ей чай.
Он молча кивнул, вскочил с табуретки и бросился к плите.
— Кто-нибудь объяснит мне, что здесь происходит? — Томас упер руки в бока.
— Ее зовут Арин, — я принялась распутывать завязки накидки. — Она племянница Барта Клифтона.
Томас нахмурился, вспоминая.
— Того самого, у которого ты чуть не откусила нос? — уточнил он.
— Да. — Я сняла с Арин накидку и передала Томасу. — Повесь это над печкой, пожалуйста.
Под накидкой обнаружилось голубое платье из тонкого шелка. Которое тоже можно было выжимать.
Билл тем временем поставил на стол дымящуюся кружку.
— Спасибо. Можешь поднятья наверх, в мансарду, и достать из комода рубашку?
Одежды по размеру у меня, ясное дело, не было, но оставлять малышку в насквозь промокшем платье тоже нельзя. Так и до пневмонии недалеко.
— Пойду греть воду для кадушки, — хмуро бросил Томас.
Он кинул на Арин еще один мрачный взгляд, взял два жестяных ведра и вышел на улицу — за углом коттеджа находился колодец.
— Вот, держи, — я протянула ей кружку. — Пей осторожнее, очень горячо.
Арин благодарно кивнула, обхватила кружку обеими руками и поднесла к губам. Подула немного и сделала неуверенный глоток.
Я терпеливо ждала.
На лестнице раздался шум: впопыхах Билл едва не скатился кубарем по ступенькам.
— Рубашка, — он положил ее на скамью.
— Спасибо, Билл. А теперь отвернись, пожалуйста, чтобы маленькая леди, — на этих словах я посмотрела на Арин и ободряюще улыбнулась, — могла спокойно переодеться.
Через пару минут она уже сидела в моей рубашке, достающей ей до колен. Для дополнительного тепла я укрыла ее пледом.
— Ну, что? Согреваешься понемногу?
Арин кивнула. К тому времени она уже перестала дрожать и стучать зубами. Мимо прошел Томас, неся два наполненных ведра.
— Не бойся его, — сказала я, заметив, каким взглядом девчушка проводила охотника, — он не такой страшный каким кажется.
— Я не трусиха, — в доказательство своих слов Арин расправила плечи.
— Оно и видно. — Колдер остановился и беззлобно хмыкнул. Поставил ведра на пол. — О чем ты думала, когда пошла сюда на ночь глядя?
— Эй! — строго осадила я. Хотя отчасти была с ним согласна. — Полегче. — И посмотрела на Арин. — Что у тебя стряслось, милая?
Малышка виновато посмотрела на меня.
— Я не знала, что будет дождь.
— Речь не о дожде. Тебя кто-то обидел? Дядя?
Арин помотала головой.
— Он никогда меня не обижает. — Она вздохнула. — Но и не любит особо. А я… Я просто хотела прийти к вам.
Томас закатил глаза. Но, прежде, чем он успел высказать свое мнение, я бросила на него предостерегающий взгляд.
— Если дома тебе ничего не грозит, то убегать оттуда, да еще вечером, крайне небезопасно, — я старалась говорить строго, но дружелюбно.
— Ты знаешь о том, что происходит в городе? — Томас сложил руки на груди.
— Про девушек-то? — Арин кивнула. — Знаю, да. — И вновь посмотрела на меня. — Но мне было нужно поговорить с вами.
— А если твое отсутствие обнаружат? — не унимался Колдер. — Даже не так: его наверняка уже обнаружили.
На щекастом личике Арин вдруг появилась хитрая улыбка.
— Не обнаружат.
Уверенность, с которой она это произнесла, сбила меня с толку.
— В каком смысле?
Она вновь недоверчиво посмотрела на Томаса.
— При нем можешь говорить спокойно. Он мой друг.
Поразмыслив, Арин выдала то, чего я ожидала меньше всего. Точнее, не ожидала вовсе.
— Я оставила вместо себя фантома.
— Фантома? — осторожно переспросила я, желая убедиться, что Арин имела в виду именно то, что сказала.
— Ну, да, — она втянула голову в плечи. — Фантом. Это как… двойник, но только ненастоящий. Иллюзия.
— Мы
