нет такого дара. — Он улыбнулся краешками губ. — И что там?
Внутри «копии» циркулировали потоки тумана, мерцали белые огоньки, и мои ладони чувствовали движение энергии. По ощущениям это напоминало уколы микротока.
— Думаю, жить будешь, — ответила я.
Волна первой эйфории отступила, и ко мне понемногу возвращалась способность шутить.
От ауры Томаса исходило ровное голубоватое свечение, вспышки огоньков говорили о силе и здоровье.
Зачарованная этим зрелищем и собственным успехом, я с восторгом изучала «фантома». С ума сойти! Это же… все равно что УЗИ или МРТ, но без громоздкого аппарата с магнитным излучением.
— Пациент скорее жив, — заключила я и добавила с хитроватой улыбкой, — разве что…
Томас нахмурился и посмотрел на меня.
— Что?
Я закусила губу и проглотила тихий смешок.
— Небольшое возбуждение в области…
— Ну, все, достаточно. — Он резко поднялся, и «фантом» растаял в воздухе. — Поздравляю, госпожа магичка, — Томас изо всех сил пытался сохранять невозмутимость. — Быстро учишься.
— Мне достался хороший подопытный образец, — ответила я, сдерживая улыбку, но она все равно предательски расплывалась. Впрочем, я не особенно с ней боролась.
Мне льстило, что удалось, сбить его с толку, вызвать смущение и… то самое, что вполне ясно отразилось в ауре.
— В следующий раз выставлю за это счет, — парировал он.
* * *
Теперь я знала, как выглядит аура здорового организма, но и за больным дело не стало. Несколько пациентов из Дома Исцеления вызвались добровольцами. Опасных для жизни последствий такой «скрининг» не нес даже в случае провала, но ошибаться все равно было нежелательно — в реалиях этого мира сканирование ауры было единственным способом заглянуть внутрь человеческого (и не только) тела.
— Все верно, — сказала я, закончив магическое «УЗИ» пациентки, у которой вначале своей работы предположительно диагностировала панкреатит, — это воспаление поджелудочной железы.
В верхнем отделе брюшной полости аура женщины имела бледно-желтый цвет и пульсировала сильнее, чем во всех остальных местах.
— Но пока еще в начальной стадии, — я ободряюще улыбнулась, когда заметила тревогу в глазах пациентки. — Мы вовремя его обнаружили и назначим вам лечение.
О том, что здесь оно, к сожалению, оставляет желать лучшего, я умолчала. Травы и порошки хоть и имели некий терапевтический эффект, но до уровня настоящих медикаментов не дотягивали.
— И помните, в вашем случае, главное: соблюдать диету.
Женщина понимающе кивнула.
— Я знаю. У меня сохранился листок с назначениями. — Она подняла голову и с надеждой взглянула мне в лицо. — Госпожа Эгелина, а, может, вы попробуете… ну… помочь с помощью магии?..
Ее слова стали отражением моих собственных мыслей. И все же имелось одно маленькое, однако, серьезное «но».
— Сейчас я нахожусь в процессе обучения, и пока ни рискну браться за магическое воздействие.
В отличие от сканирования ауры прямое вмешательство в организм требовало серьезной подготовки, и малейшая ошибка могла обернуться последствиями разной степени тяжести. Я же помнила главную заповедь медика — «не навреди».
— Понимаю, — согласилась женщина. — И все равно спасибо. — Она улыбнулась и достала из привязанной к поясу сумки кошелек. Вынула две медных монеты и протянула мне. — Возьмите.
С языка чуть было не сорвалось «что вы! Не надо», но я находилась не в том положении, чтобы отказываться. Долги все еще лежали у меня на плечах. И сами они себя, увы, не оплатят.
— Благодарю, — я улыбнулась в ответ и убрала монеты в карман фартука.
* * *
— Тебе надо составить прейскурант, — сказал Хотаф.
В конце рабочего дня я не стала юлить, и призналась ему, что взяла деньги «в обход кассы». Мастер честность оценил.
— Да, здесь вы правы. Надо этим заняться.
— Два медяка слишком мало за такого рода осмотр. Обед в таверне, и тот стоит больше. Предлагаю сделку: шесть медяков за диагностику ауры. Четыре забираете себе, два оставляете мне.
Раздел казался справедливым. Как ни крути — а я до сих пор работала на территории Хотафа, и старик имел право на долю выручки.
— Хорошо. Но у меня есть условие.
— Говори, — он приготовился слушать.
— Малоимущим скидки, а совсем бедным, но тем, кто нуждается в экстренной диагностике: бесплатно.
— Обижаете, иса Эгелина, — Хотаф покачал головой. — Еще не бывало такого, чтобы я оставил человека умирать на пороге, если ему нечем заплатить.
На моих глазах у ворот при смерти никто не валялся, но за недолгое время работы я видела, что некоторых мастер лечил бесплатно. И это еще одна причина, по которой мне нравилось в Доме Исцеления. Хотаф был деловитым и требовательным, но не растерял милосердия.
— По рукам, мастер.
* * *
Выйдя из чащи на полянку, я увидела, что в окне кухни горел свет. Значит, Томас уже вернулся. Утром мы вместе отправились в Дивную Долину: я на работу, а он в мэрию — просить у градоначальника доступ в архив.
Как только я шагнула за порог маленькой прихожей, в ноздри проник запах тушеного мяса и пряных трав. Кулинарные таланты Томаса ограничивались виртуозной нарезкой хлеба, а Дебора, ясное дело, физически не могла даже кастрюлю на огонь поставить, и потому на кухню я вошла, мягко говоря, в недоумении. Впрочем, через пару секунд все прояснилось.
— А вы как раз вовремя, леди Эгелина, — Билл широко улыбнулся.
Он отодвинул заслонку и, вооружившись ухватом, достал из печи котелок. Кухня тотчас наполнилась восхитительным ароматом. Желудок одобрительно заурчал.
— Ты еще и готовить умеешь! — я повела носом, с наслаждением вдыхая запах еды. — Повезет твоей будущей жене.
Билл вспыхнул и смущенно отвернулся.
— Ладно, — я поставила на скамью лукошко с продуктами, которыми закупилась еще в городе, — пойду наверх, переоденусь и спущусь, — поспешила сменить тему, а заодно ретироваться.
Мы решили дождаться Томаса, а уж потом садиться ужинать. Он пришел минут через двадцать: уставший и недовольный.
— Отказали, — раздраженно бросил Колдер. — Сведения, видите ли, разглашению не подлежат, — фыркнул он. — Можно подумать, это государственная тайна.
— Есть хочешь? — спокойно поинтересовалась я.
— Хочу, — Томас плюхнулся на скамейку, и, казалось, только сейчас обратил внимание на запах еды.
Хотя… с волчьим-то обонянием… наверняка учуял жаркóе еще на подходе к дому.
* * *
— Вкусно. — Он проглотил очередной кусок мяса, посмотрел на меня и уважительно кивнул. — Может, тебе еще и харчевню открыть?
— Это Билл, — я улыбнулась и кивнула в сторону парнишки.
— Меня госпожа Бригетта научила, — сказал тот. — Фирменный рецепт.
Он пустился в рассказ о тонкостях приготовления телятины и выбора специй, «правильной» посуде и времени томления, а я вдруг поймала себя на том, что, впервые за все время пребывания здесь испытала ощущение дома. Тепла, и мягкого умиротворения.
На улице стонал ветер, били
