ждать?
— Ты ненасытная, не так ли? — поддразнил Питер. — Не волнуйся, я прослежу, чтобы ты была абсолютна удовлетворена и чувствовала боль в нужных местах, прежде чем уйдёшь.
Он обнял меня и притянул к себе, расположив рядом, положив мою голову ему на грудь, где я могла слышать его, всё ещё учащённое, дыхание. Однако его слова не прошли мимо меня: «Прежде чем уйдёшь». Это был слон в комнате, нависший над этим прекрасным моментом. Это всё было временным. У меня мало времени, чтобы предаться своим чувствам к Питеру. Количество раз, когда мы могли быть вместе, было ограничено, и скоро это закончится. Просто моя чёртова удача. Я выбросила из головы эти депрессивные мысли и сосредоточилась на Питере и его тёплом теле рядом со мной.
— Теперь ты можешь мне сказать, почему ты всё это время меня отталкивал? — я надеялась, что теперь Питер будет откровенен со мной во всём. Он глубоко вздохнул, рассеянно провёл рукой по моим волосам и поцеловал в лоб.
— Я думал, что делаю то, что лучше для Неверленда… и я также думал, что если бы мог просто продержаться и отрицать свои чувства, пока ты не уйдёшь, мне было бы легче отпустить тебя. Но считаю, что это было обречено в тот момент, когда я решил привести тебя сюда.
— Неверленд? Я не понимаю, почему то, что мы вместе, может быть плохим для Неверленда? — я подвинулась и положила подбородок на скрещенные руки, чтобы можно было посмотреть ему в глаза.
— Я не совсем уверен, как объяснить, но я попробую. Неверленд глубоко связана с теми, кто здесь живёт, и некоторые из них оказывают большее влияние, чем другие. Тигровая Лили, Старейшины Пикси и я имеем здесь глубокие корни. Наши настроения и действия оказывают прямое влияние на эмоциональное состояние острова.
— Когда я впервые привёл Венди, она… ну, она изменила меня. У меня появились к ней чувства, которых я никогда раньше не испытывал. Пока она была здесь, всё процветало. Но она не могла остаться. Это была не та жизнь, которую она хотела, и тогда она ушла. Она забрала с собой моих мальчиков… моих братьев. Она могла предложить им жизнь, которую я не мог. В день своего отбытия она увела с собой всю мою семью, и я не был готов к тому, как это на меня повлияет.
Он остановился, как будто заново переживая этот момент в своей голове.
— Их отсутствие оставило внутри пустоту, которая гноилась и росла, и из-за этого Неверленд начала умирать. Я не могу позволить этому случиться снова. Пострадали люди, и пираты начали всё захватывать. Мой эгоизм образовал дисбаланс, который почти разрушил это место, и, как следствие, Неверленд лишила меня молодости, и я начал взрослеть.
— Думаю, я никогда особо не задумывалась о том, как уход Венди повлиял на тебя. В рассказах, которые она передала, это описывалось так, как будто ты просто отправляешься в следующее приключение, быстро забывая детали вашего времени вместе. Как будто ничто не могло сломить твой беззаботный дух.
Питер фыркнул на это.
— Ну, думаю, я хорошо справился с этой задачей. Я не хотел, чтобы она знала. Я хотел, чтобы у неё была та жизнь, о которой она мечтала. Чтобы время, проведённое в Неверленде осталось приятным воспоминанием. Но, я думаю, Венди упустила из виду один из моих самых серьёзных недостатков.
— Недостаток? Ты хочешь сказать, что у Питера Пэна есть недостаток? — я изобразила шок, дразня его. — О каком недостатке, скажи пожалуйста, ты говоришь?
— Тот факт, что я всего лишь человек, — и вот он, печально известный Питер Пэн, со всеми удивительными вещами, которые он видел и делал — под всем этим он был всего лишь человеком.
— Мне так жаль, что Венди сделала это с тобой, — сказала я, гнев расцвёл под поверхностью.
Как она могла так с ним поступить? — в ярости подумала я. Как она могла не осознавать, что лишила его всей семьи?
— Тебе не обязательно извиняться за Венди. Она сделала то, что должна была сделать. Это действительно было смело с её стороны. Она не позволяла никому и ничему мешать той жизни, которую она хотела. Я восхищаюсь ею за это, — в его голосе звучали защитные нотки.
— Ну, я всё ещё могу думать, что она вела себя как эгоистичная сука. В конце концов, она моя родственница, — пробормотала я.
Питер от души рассмеялся над моим ответом. Это был такой приятный звук, и я не могла не рассмеяться вместе с ним.
— Чувствую ли я намёк на ревность? — дразнился он.
— Хм… тебе бы это понравилось, не так ли?
Мне понравилось это дразнящее подшучивание. Это было намного лучше, чем его раздражённые размышления.
— И что теперь?
— Сейчас? Что ж, я могу придумать несколько вещей, которые мы могли бы попробовать, — застенчиво сказал он. Он перевернул меня на спину и начал целовать мою шею.
— Я имела в виду ребят. Что мы собираемся сказать Потерянным Мальчикам? — Питер застонал, как будто я затронула тему, которую он явно хотел избежать.
— Ничего. Давай просто останемся здесь до Первомая, — пробормотал он, уткнувшись лицом в мою шею.
— Как бы заманчиво это ни звучало, но ты привёл меня в Неверленд на Весеннее Очищение и ради эпических приключений. К тому же, я бы слишком скучала по остальным. Я забочусь о них, — честно сказала я.
Пока Питер отталкивал меня, остальные притянули меня ближе. Я не могла сдержать своих чувств теперь, когда Питер, наконец, нашёл время заявить о своих намерениях.
— Я скажу им, что мы вместе — конец истории. Я позабочусь о том, чтобы они оставили тебя в покое. Я капитан. Как только я отдам приказ, он станет окончательным.
— Питер, прекрати! Я не какой-то указ, которому нужно следовать, и я не хочу, чтобы они оставляли меня в покое, — я начала предложение резко, но закончила его тихо и нерешительно. Я не хотела отталкивать Питера.
— Так что именно ты предлагаешь, Гвен?
Когда разговор стал более напряжённым, Питер сел, и я тоже. Я не сводила взгляда со своих ёрзающих рук,
