чем-то вроде сажи полу, бросилась к кровати брата.
Спал он ну очень крепко — пришлось потрясти его за плечи, чтобы разбудить. Поначалу он даже огрызнулся, посетовав, что его будят ни свет, ни заря, а потом до него будто бы резко дошло.
Теперь меня сбросило с края его постели, куда я торопливо присела. Видимо, моя магия решила, что пора вмешаться, и выстроилась вокруг меня тонким щитом, поэтому пострадала я не сильно. Со всех сторон меня окутало сумрачным облаком, которое быстро рассеялось. А ещё на моей левой руке онемело несколько пальцев.
Наконец Джори окончательно пришёл в себя и смог взять свои силы под контроль. С ужасом он уставился на меня, а затем кинулся помогать. Кряхтя, я встала с пола: халат оказался испачкан чем-то маслянисто-чёрным, будто отработанное масло.
— Тебе что-то снилось? — я прижала брата к себе, стараясь его успокоить.
— Нет, просто я расстроился из-за твоих слов об именинах Натали, — глухо пробормотал тот. — Может, в этом причина?
— В школе с тобой начали занятия по магическому контролю?
— Начали, но прошла всего пара дней, — Джори всхлипнул и прижался ко мне сильнее.
К счастью, нам, похоже, удалось не разбудить остальных. Даже охранник, который должен был дежурить внизу, ничего не заподозрил — я не стала беспокоить его попусту. Тут он вряд ли сумеет чем-то помочь, да и лишние разговоры мне не нужны.
Умывшись, Джори снова лёг в постель. Когда он успокоился, явные проявления его странной магии исчезли сами собой: пол, на котором я скользила, как на льду, очистился, холод пропал, а застилающий всё пространство комнаты сумрак развеялся. Только на моей одежде пятно так и осталось.
Всё это испугало меня, пожалуй, больше, чем самые первые всплески силы Джори. Теперь это выглядело так зловеще, что я не знала, что и думать. Уложив брата спать, вернулась в свою комнату и сняла халат. Внимательно осмотрела жирный след от “сажи” — что это на самом деле? Лучше его не касаться…
Следуя какому-то смутному велению интуиции, я просто аккуратно свернула халат и убрала его в комод. Повременю со стиркой.
Кое-как мне удалось заснуть вновь, но и тут полноценный отдых не удался. Уже ранним утром меня разбудит громкий стук в окно — с другой стороны. Как только он достиг моего слуха, следом за ним раздался требовательный “кар-р”. Что этой птице снова нужно?!
Ворон маячил на внешнем карнизе, беспокойно прыгая по нему туда-сюда. Никогда ещё не видела его таким встревоженным. Возможно, сегодня ночью случилось что-то ещё?
Я быстро ополоснула лицо тёплой водой из умывальника и, накинув на плечи лёгкий плащ, что висел в прихожей, побежала следом за птицей. Вокруг ещё стояли утренние сумерки: похоже, час очень ранний. Тишина, безветрие — птицы только-только просыпались и заводили сонные трели.
Ворон вёл меня точно к обнаруженному вчера подземелью: хорошо, что я неосознанно захватила с собой ключ.
— Кар-р! — истерически сообщил мне пернатый.
Я открыла люк и в полной темноте спустилась туда. Пара мгновений, и сферы начали приветственно зажигаться знакомым сиреневым светом. И когда все полки озарились мягким сиянием, стали видны провалы в ровных рядах огоньков. С десяток сфер остались безжизненно серыми. Я коснулась одной — и она рассыпалась пеплом
Глава 13.1
Гилберт
— Зачем мы вообще туда поехали? — снова возмутился Клод после того, как зевнул во весь рот. — Можно было просто дать месье Берзэ задание, и он привёз бы тебе нужных рабочих прямо в Флавиалль!
Смолкнув он сонным взглядом уставился в окно. Выехали мы ещё вечером, переночевали в провинциальной гостинице, а на рассвете отправились дальше. Я не зря затеял эту поездку. Месье де Роше так нахваливал мне заграничных работников, что у меня на их счёт возникли большие подозрения, поэтому я решил взглянуть на них и то, как они живут в специально построенной деревушке, лично.
— Хочу сам отобрать работников для строительства, а не надеяться на то, что мне пришлют лучших, — ответил отчиму. — Условия, в которых они проживают, многое могут сказать о том, как они будут работать. К тому же договариваться о цене лучше на месте. Когда я смогу оперировать хоть какими-то фактами.
Выслушав меня, Клод закатил глаза.
— Иногда ты слишком дотошен.
— Только поэтому многим людям до сих пор не удалось обвести меня вокруг пальца.
— Тоже верно.
Это удалось разве что мадемуазель Моретт, о которой я думал весь вчерашний вечер и сегодня сразу после того, как проснулся. Жаль, что так и не узнал, согласилась ли она пойти со мной на ужин к мадам де Кастекс. Но если она отправила мне ответное письмо, прочту его сразу по возвращении.
Нужного места под названием Абри мы достигли только к вечеру: это была не просто чахлая деревушка, где временно перебивались мигрировавшие из своего государства люди — это был целый городок с приличными, довольно крепкими на вид домами, торговыми лавками и даже каким-то подобием общественного транспорта. По улице то и дело проезжали снабжённые скамьями телеги, куда усаживались все желающие, чтобы добраться куда нужно.
— Недурно! — тоже оценил устройство Абри Клод. — Здесь даже гостиница есть, смотри!
Он взмахом руки указал на довольно основательное на вид трёхэтажное здание с соответствующей вывеской над входом.
— Вот тут мы и остановимся!
— Может, лучше было бы в доме, так сказать, принимающей стороны? — усомнился отчим.
Уж он-то точно привык к домашнему комфорту, но если взять его было неоткуда, Клода устраивала лишь роскошный отель.
— Не хочу оказаться в зависимом положении, — пояснил я свою позицию насчёт размещения в Абри.
Сомневаюсь, что месье Берзэ слишком уж приятный и располагающий к себе человек. Так что пусть чувствует дистанцию.
Пока мы размещались в местной гостинице под названием “Приют голубки”, Клод беспрестанно вздыхал и ворчал. И всё-то ему не нравилось: и лестница скрипучая, и коридор узкий, и постельное бельё пересушено так, что аж хрустит. Он даже нашёл пятно на скатерти в своём номере. При этом я сомневался, что в доме торговца рабочей силой всё устроено намного лучше.
Встретились мы с ним лишь утром следующего дня. При этом всю ночь меня мучило странное нехорошее предчувствие, а снилась всякая гадость. В какой-то момент я даже проснулся, будто меня встряхнули. Ящерка, которая перед самым отъездом согласилась на имя Аркени, сидела у меня на груди и внимательно смотрела в лицо.
— О, значит ты не безнадёжен, — подытожила она какие-то свои мысли. — Тоже это почувствовал?
— Это не твои проделки?
— Делать мне больше
