было отдавать кому — то.
— И правильно сделала, — сказал Марик, ты сделала правильный выбор. Твой статус не просто получить Лейра, я не могу отдать свою жизнь кому попало, но отдать ее тому, кто возродит наш род, я могу.
— Это кто? — напряженно разглядывая лим, спросил Ян.
— Марик, — также громким шепотом ответила мужу и прижала палец к губам, чтобы прекратить вопросы.
— Мы называли себя лимы, «властители бездны», — Марик улыбнулся, — самое близкое слово, которое подходит для нашего определения в твоём языке Лейра это левиафан. Мы бороздили по безграничному космосу, исследовали вселенные и казалось, были счастливы. Но однажды пролетая мимо одной погибающей планеты, получили странный зов. Один из нас заинтересовался и стал наблюдать за погибающим шариком, и да на планете была разумная жизнь и они посылали сигналы о помощи.
Я помог им, остаткам, когда — то большого племени, и оставил жить на себе, с увлечением наблюдая, как мелкие разумные устраивают свою жизнь. Они почитали меня как бога. Тогда — то я и взял эту личину, чтобы представать перед ними в решении важных вопросов. Постепенно все мои родичи взяли к себе этих разумных, их самоназвание было мерги. Каким — то велением вселенной, они оказались созвучны нам в силе и созвучны нам мыслях. На долгие тысячелетия мерги стали нашими вечными спутниками, а мы их домом. Некий симбиоз, при котором мерги могли пользоваться нашей силой, а мы не скучали с такими соседями.
Но однажды мерги нас предали, они захотели не просто сосуществовать вместе, они захотели превратить нас в своих рабов. Несколько левиафанов погибло, но мы избавились от мергов и ушли путешествовать дальше в бескрайний космос, оставив их жить в новом мире. Мы не смогли их убить. А вот они сделали из нас своих врагов и готовились, и создавали оружие, чтобы убить нас. В их извращенной истории оказалось, что мы были предателями и кинули их на произвол судьбы на дикой планете где им пришлось выживать.
За многие тысячелетия, они создали сильную империю, обосновались в нескольких мирах и казалось, стали умнее. Но когда они встретили нас снова, то напали и применили свое оружие. Они создали его специально для нас, «Черную смерть», что поражает наше сердце. Я был уже ранен, когда корабль Кнерсы атаковал меня. Я успел уничтожить врага, а сам приземлился на Эйдане, чтобы умереть в тиши планеты. Но оказалось, что не все мерги погибли. Очень скоро они меня нашли, а пользоваться моей силой в них заложено природой. Лим Лейра, это не просто магия, это моя кровь, моя лимфа, моя жизненная энергия, моя сущность.
Я сглотнула и посмотрела на улыбающегося Лима.
— Я чувствую тебе противно, не считай себя каннибалом, — мужчина улыбнулся, — я умирал, а они жили и развивались довольные и счастливые, была лишь одна печаль, что остались только женщины.
Но очень скоро по моим меркам к ним присоединились местные мерги, но они не могли пользоваться моей силой как те, что прилетели из космоса и тогда Кнерса стала проводить опыты и пытаться переделать природу местных людей. Ее опыты не увенчались успехом, она создала пожирателей. Она обратилась ко мне, прося, чтобы я помог ей. Я услышал ее просьбу, мне было уже все равно что моя сила перейдет врагу. Я рассказал ей о ритуалах ее предков, что когда — то жили и путешествовали вместе с нами.
У некоторых мергов было звание асинейр, что на нашем языке значит владеющий, эта особь имела право не только пользоваться нашей силой, но и раздавать ее другим. Я рассказал Кнерсе, что если они впустят в себя мою силу, она заменит им кровь и жизнь, тогда Кнерса сможет излечить пожирателей, а ее муж станет править с ней пока в моем теле есть еще хоть капля лима.
Она согласилась, но ее муж, — Марик посмотрел на императора, который затих и лишь зыркал в нашу сторону ненавидящим взглядом, — он не стал пронзать свое сердце, прервал ритуал и оставил Кнерсу здесь одну, получая через метку ближника лим. Чтобы никто не узнал правду, он приказал своим людям убить последних мергов и переделал историю по своему желанию. А остальное вы знаете.
Марик встал и подошёл к Кнерсе.
— Я могу забрать тебя с собой асинейра, — сказал он, — тебе пора на перерождение.
— Я согласна, — кивнула дух и склонила голову и прости меня, — лим Марик кивнул и положил руку на голову Кнерсе
— Нет! — закричал император и кинулся на Марика, но всего лишь прошел сквозь него и упал уже на пустое место, дух исчезла, растворившись прямо на глазах.
Марик повернулся к императору и тяжело вздохнул:
— Твою участь решат твои люди Регирд, ты больше не император.
— И кто это решил, — усмехнулся высокородный, — какой — то непонятный призрак, не может диктовать мне свои условия.
— Как ты думаешь высокородный, что представляет собой твоя земля? — Марик внимательно посмотрел на императора.
— Земля — это земля! — высокомерно посмотрел на лима высокородный, — Я тут хозяин и император.
Лим покачал головой, потом закрыл глаза, я почувствовала вибрацию, и точно через некоторое время земля вокруг стала трястись, даже люди внизу падали на землю не в силах удержаться на ногах.
Марик открыл глаза, в которых бушевала сила и посмотрел на императора:
— Отныне здесь властвует асинейра Лейра и ее муж, — Марик перевёл на меня свой взгляд, — Ты чувствуешь? — спросил он меня.
Да, черт возьми я чувствовала, и это было страшно, потому что я терялась в этом знание, я понимала, но не могла представить, насколько огромным был лим, и насколько сильны были те, кто смог его почти уничтожить. Весь материк, весь Регирд с его Сонным Лесом, подземными городами, все это он — Лим, который спустился на планету умирать. Не представляю, что тут творилось, когда появился целый материк.
— Пробуй, — приказал мне Марик и я почувствовала, что правда могу, то что текло в моих венах, дает мне право быть тут хозяйкой. Даже самой стало интересно. Я подошла к краю платформы, на которой мы стояли и протянула руку вперед, притягивая землю, которая степенями выстраивалась к моим ногам. Я увидела друзей и освободила их одним щелчком, высокородных которые не понимали, что происходить собрала в одну кучу, не переживая за их сохранность, обвязала сверкающими золотом нитями, чтобы не разбежались. Потом повернулась к алтарю, что — то мне казалось в нем не правильным, и я даже поняла, что это. Печать, которая все еще снабжала высокородных лимом.
