Хмыкнула и разрушила гудящие энергией рунаствавы.
— Как тебе? — спросил Марик, я повернулась к своему проводнику.
— Все-таки мыш мне нравился больше, — сказала я мужчине, — а насчет силы, — я улыбнулась, — Это прекрасно и непостижимо.
Зато император был не рад, его сила пропала, и он это сразу почувствовал, без печати высокородные всего лишь измененные люди, которые не могут сдерживать свою природу, забирая жизненную энергию.
— Я больше тебе не нужен измара, но перед уходом у меня будет к тебе просьба, Мердито, зерно лима и только от тебя зависит, каким вырастет следующий лим.
— Нет Марик расти своего детыша сам, — умоляюще посмотрела на лима, — я не знаю, как человеческих детей растить, а тут целый лим.
Марик улыбнулся:
— У тебя получиться, а я не могу остаться, чернота уже почти убила меня. Очень скоро тебе откроются новые знания Лейра, применяй их с умом. Береги Мердито, — сказал, улыбаясь Марик, — найди ему защиту от «черной смерти», это в твоих руках, ведь впереди вечность.
По моим щекам текли слезы, я хотела задержать Марика, но рука схватила лишь воздух, проводник ушел, я почувствовала это так, словно кусок души вынули из груди.
— Он ушел, — выпрямился рядом император, — самонадеянный пришелец, — хмыкнул высокородный.
Потом императора посмотрел вниз, обозрел окрестности:
— Алор успокой свою жену, иначе мне придется… — но Регирд недоговорил, из его груди вылез кончик меча, и император с удивлением посмотрел на него, ошарашенно перевел взгляд на собранных мной в кучку солдат. Попытался что — то крикнуть, но не смог, из его рта хлынула кровь, он стал заваливаться набок прямо в пустоту. Ян посмотрел вниз на распростёртое тело императора и устало вытер лоб:
— Его нельзя было оставлять в живых, — словно успокаивая себя, сказал Ян.
— Ты поступил правильно, — ответила я, все еще погруженная в свое горе.
— Лейра, — Янсвар уже был рядом и обнял меня, — прости меня за то, что я тебе не сказал ничего тогда, и сейчас вел себя самонадеянно. Я думал, что если прерву ритуал, то император не сможет больше получать силу, а без силы, он всего лишь человек. Я больше не буду нарушать твой покой. — Высокородный перестал сжимать меня в объятиях и отступил, — Ты можешь быть свободна.
— Что? — не понимая к чему он клонит, посмотрела на Алора, — от чего я могу быть свободна? — нахмурилась, потом до меня дошел смысл всех его слов и я пошла в наступление.
— Больше не смей от меня сбегать Янсвар Алор, — сказала я ему, — Иначе я за себя не отвечаю.
Ян улыбнулся и каким — то невероятным образом, я оказалась в его объятиях.
— Все понял и осознал измара, — он поцеловал меня в макушку, прижал сильнее, я подняла к нему свое мокрое от слез лицо. И мы поцеловались, нежно сладко, так, словно сейчас это было одним из важнейших занятий на свете…
— Где это я? — услышала я голос Альки и потом возглас, — Лейра ты наконец — то ко мне приехала!
Много лет спустя
Я тихо кралась мимо засады, которую устроили детишки и глупо хихикала. В кое то веки удалось освободиться от всех проблем и дел, чтобы побыть вдвоем с мужем, так нет же, у детей свое видение маминого отдыха. На природу, на пикник, а лучше вообще в подземку спуститься, б — р–р, с них станется опять меня подписать на выгул этого детского сада. Применять магию остереглась, Мира меня вычислит. Дочка у нас уродилась мамина и папина, сила мергов в ней была сразу, лимом она оперировала уже с пеленок, доводя до отчаянья всех нянек.
У нас трое детей, дааа как — то так получилось. Первый Лейран, уже взрослый парень, учится в академии, любимчик преподавателей очень серьёзный, мне иногда стоит больших трудов вытащить его на наши сумасшедшие домашние посиделки. Зато Саянвар и Миранда, настоящие неслухи. Саянвар пошел в папу, пожиратель. С младенчества теперь таким детям ставиться блокатор. А вот с десяти лет, начинают учить спокойствию и концентрации. Саяну дается это не легко, уж сильно вспыльчивым он уродился. Миранда, тоже очень активная, но она незлопамятная и очень добрая, бывает, своей добротой так доведет, что хоть из дворца сбегай. Целый зверинец химер по коридорам ходит.
Наша жизнь после Сонного леса сильно изменилась. Могу сказать, что жизнь изменилась у всех. Оказывается, что у высокородных тот, кто убил императора становиться следующим властителем. Вот такие дикарские законы. Да, Ян стал императором, и я его жена, измара стала императрицей. Опущу те годы, когда нам пришлось воевать, это были страшные годы. Которые перекроили всю политическую систему на Регирде. Новые законы, новые знания, новые открытия. Сейчас я счастлива, мама, жена, человек, который может и что — то меняет в этом мире.
И я это делаю. Измар освободили, тех, кто этого захотел. Марик оказался прав, через меня они получали магию лима и стали не просто бесправными инкубаторами, а полноправными членами Регирда. Сколько пришлось выдержать, чтобы этого добиться не передать словами. И до сих пор прошло пятнадцать лет, я все еще слышу зов некоторых из них с призывами о помощи. Но высокородных пожирателей рождается все меньше, кровь отчищается от опыта прошлой асинейры и скоро их не останется совсем. А вот магов рождается очень много. К нам из других государств специально приезжают пары, желающие зачать ребёнка мага, прямо паломничество, нам не жалко, если и другие страны будут жить хорошо, это же прекрасно.
Отдельное слово о левиафане. Их раса не имеет деление на женский и мужской род, но иногда в космосе, который они бороздят в поисках знаний, появляются «споры жизни», странное явление, но попадая в тело лима, они превращаются в зерно лима, вот такое размножение.
Да у меня есть маленький лим. Золотистый, веселый и такой смешной, любимец всего нашего семейства. Он появился через десять лет из бутона, который я опять хранила в пространственном браслете.
Просто в один прекрасный момент я почувствовала странное присутствие, словно вернулся Марик, мое сердце кольнуло, затрепетало, но это оказался Мердито. Его тело еще очень мелкое для этого существа, всего два метра в диаметре, он похож на большую черепаху, только плавает по воздуху. Он очень любознательный и умный и когда-нибудь я верю, он будет бороздить просторы космоса, как его предки лимы.
Я обошла уже весь сад вдоль ограды и была близка к воротам, когда, из-за куста выбралась Алька, отряхнула платье и с укоризной посмотрела на меня:
— Я к ней в гости приехала,
