отпустила, попросила его позвонить Бертрану и Нику, услышала очередные обвинения в измене. Вновь попыталась объяснить всё
— Не оправдывайся. Мне уже не интересно, — холодно бросил Сэт и завёл флайт.
Я замолчала и отвернулась. Его слова достигли цели. Он сделал мне больно. Я понимала, что во многом сама виновата. Но почему-то думала, что он действительно полюбил меня и забыл прошлое малышки. Глупо было надеяться на это.
Очередной спазм, скрутил, сжалась, не издала ни звука. Мне не нужна была его помощь. Пусть высадит меня у больницы, я справлюсь со всем сама. Но Сэт не бросил меня. Как только мы приземлились, он подхватил меня на руки и понёс в клинику.
* * *
Ближе к утру на свет появился мой краснощёкий малыш. Я прижимала его к груди и плакала. Рожала я одна. Рядом не было ни Бертрана, ни Ника, ни Адриана. Сэт вручил меня медперсоналу и улетел. Наверное, у меня участь такая, всё делать самой. Ещё и бороться с Габриэлем, чует моё сердце, он просто так не отстанет от меня. Может быть именно он убийца?
— Ну что мамочка, давайте я заберу малютку, положим его в бокс. — ко мне зашла улыбчивая медсестра.
— Вы позвонили Николасу Гилмору и Адриану Вуду?
— Да, да, они оба ждут в приёмной. Врач им не позволил зайти. Чтобы дать вам возможность отдохнуть. Позвать их? — она протянула ко мне руки.
— Не уносите его, — взмолилась я, прижимая сильнее малыша.
— Не унесу, лишь положу вот в этот бокс, — медсестра показала на маленькую капсулу за её спиной.
Я выдохнула и отдала своё чадо. Она заворковала над ним, поправляя его новенький костюмчик. В этом мире детей не пеленали в пелёнки, а надевали комбинезон, в который встроен датчик отслеживания состояния, так как он родился немного недоношенным.
— Сейчас позову наших новоявленных папаш, — медсестра улыбнулась своим словам и выскочила прежде чем я опровергла её слова.
Я подтянулась на локтях и придвинула к себе бокс с ребёнком. С рождением этой крошки, во мне засел страх потерять его.
Брюнеты шумно ворвались ко мне и встали как вкопанные.
— Вы пришли. — выдохнула я и разревелась горше прежнего.
Первым отмер Адриан, подскочил ко мне, перетащил моё потное тело к себе на колени и прижал голову к груди. Ник же просто сел на корточки возле нас. Я не слышала их вопросы, выплёскивая вместе со слезами весь свой страх, боль и горечь от случившегося днём ранее.
— Иди за завтраком и позвони Бертрану, — Нику надоело слышать мой скулёж, он забрал меня из рук брюнета и понёс в прилегающую к палате ванную. Он включил душ, настроил температуру воды и начал развязывать мой больничный халат.
— Ч. что. ты. ты… делаешь? — заикаясь спросила его, прижав руки к груди.
— Тебе нужен душ, хватит вести себя как ребёнок. Я видел твоё тело сотни раз, — сурово произнёс туалетный террорист и одним махом сорвал хлипкую одежду.
Шумно выдохнув, сжалась и закрыла интимные места. Ник скинул свои туфли, через голову стянул рубашку, брюки вместе с бельём тоже снял и подхватив меня на руки, зашёл в кабинку.
— Расслабься, не трахну я тебя.
Брюнет поставил меня на ноги, спиной к себе, схватил мыло и намылив мочалку, начал мыть меня. Потихоньку от его манипуляций, я расслаблялась. Он действовал уверенно и не переходил границ. Подумав, всё же пришла к мысли, что он просто помогает мне. Ведь выгляжу я сейчас совсем не сексуально.
— Повернись ко мне.
— Я могу сама помыться.
— Ты можешь только упасть и разбить себе голову. — усмехнулся он и сам развернул к себе.
Теперь он проходил мочалкой по груди и животу. Присел на корточки и помыл бедра и ноги. Я судорожно всхлипнула. Обо мне никто никогда так не заботился. Как только Ник поднялся, обняла его крепко за талию и уткнулась носом в грудь.
Пока я плакала, брюнет занялся моими волосами, промыл их два раза шампунем. Отстранил от себя, смыл остатки мыла и подхватив на руки, вышел. Завернул меня в полотенце, посадил на унитаз и начал одеваться.
— Вот и всё. А теперь поедим и ты нормально всё расскажешь, — опять я у него на руках, и мы идём в палату, шмыгнула носом и кивнула.
В палате нас уже ждал Адриан, он молчаливой горой стоял возле младенца и смотрел на него. Поднял голову, услышав нас.
— Мне нужно переодеться, — я покраснела и вывернулась из рук первого брюнета.
Ник поставил на ноги и открыв шкаф, вытащил очередную больничную пижаму. Вещей у меня не было, поэтому пришлось довольствоваться тем, что есть. Скоро приедет Бертран и привезёт нужное. Кажется, я не совсем одна. Рядом два брюнета и папа. Всё у меня наладится. Шмыгнула носом. Мы со всем справимся. Теперь мне нужно думать не только о себе. Теперь у меня есть ОН.
22. Нянька или соглядатай, выбирай сама, кто тебе нужен?
Пока я ела и рассказывала мужчинам всё что случилось вчера вечером, Бертран держал в руках своего внука. Я замечала, как хмурые черты лица мужчины становятся мягче, губы перестали поджиматься и даже в уголках притаилась улыбка. Взгляд серых глаз немного потеплел. Бертран молодел на глазах. Хоть один мужчина так же счастлив, как и я. И пусть это не отец моего ребёнка, не любимый мужчина, но тоже довольно близкий мне человек. И смотря на мужчину, во мне крепла уверенность, что ради моего сына, он сделает всё, если потребуется даже убьёт.
Ник смачно выругался, отвлекая меня от созерцания Бертрана, я вздрогнула и посмотрела на брюнета.
— Хватит матерится при ребёнке! — буркнула я
— Ещё пока можно, — махнул он, — Как ты хоть назвала спиногрыза?
— Роберт. — прошептала, улыбнувшись, а потом опомнилась и хлопнула по плечу Ника, чтоб не обзывал моё дитятко. — Так что будем делать с Габриэлем, он ведь захочет забрать моего ребёнка. Он хочет уничтожить Ричарда, а теперь у него есть козырь в рукаве.
— Роберт Гилмор. Звучит, — хмыкнул Ник, проигнорировав мои вопросы.
— Почему Гилмор? — удивилась я.
— Забыла? Для всех, ребёнок мой, я уже сказал твоему врачу.
— Ник.
— Помолчи, я конечно не собирался обзаводится четвёртой женой, но раз Габриэль
