Он повернулся ко мне и растянул губы в улыбке, которая отражала что-то среднее между дерзостью и очарованием.
— Я осмотрю дом, нет ли слабых мест, в которые может протиснуться волк или вещей, которые смогли бы его привлечь. Обычно волки не подходят близко к людям, должно быть, что-то привлекло его.
Не дожидаясь ответа, этот Винсент начал обыскивать мой дом, комнату за комнатой. Я следовала за ним по пятам, не зная, что делать.
Перед спальней мне удалось все-таки его остановить.
— Послушайте, это действительно лишнее, я все равно планировала связаться с Хэнком. Я не уверена, хочу ли здесь оставаться, если в этом районе есть волк.
Смело — такая я уж есть — я втиснула себя между мужчиной и дверью спальни, оставив между нами расстояние немногим больше, чем ширина ладони.
Винсент с усмешкой посмотрел на меня с высоты своего роста, и я поняла, как чувствует себя добыча, когда охотник загнал ее в угол. Хотя его голос оставался спокойным, было в нем что-то очень решительное.
— Волк не причинит вам вреда.
— Откуда вы знаете? — спросила я теперь немного жестче. То, что этот мужчина свободно передвигался по моему дому, было несколько нетактично, на мой вкус.
В конце концов, он сделал шаг назад и позволил мне дышать немного свободнее.
— Волков часто что-то привлекает, и, вероятно, потому он к дому и приблизился, — он развернулся и продолжил обыск.
Я последовала за Винсентом на кухню, где его взгляд упал на чашку кофе. Он снова повернулся ко мне.
— Я с удовольствием выпил бы кофе.
Его наглость действительно превзошла все, что я когда-либо ожидала от мужчины! Но учитывая то, что я была одна и не хотела начинать конфликт, я направилась к кофеварке и достала чашку из шкафчика. Я уже была не так уверена, рада ли присутствию этого мачо, или оно меня настораживало.
— Спасибо.
Винсент откровенно рассматривал меня поверх своей кофейной чашки.
— Там еще нет молока и сахара…
— Мне не нужно, — ответил он и развязно облокотился о кухонную стойку.
«Мой дом, мой кофе… моя женщина»
Я начала пялиться в ответ, хотя мне все больше и больше становилось не по себе.
«Не бойся, не давай ему почувствовать, что ты легкая добыча!»
На Винсенте были повседневные черные брюки с накладными карманами, серый фланелевый пуловер и походные ботинки. Я заметила, что у него с собой нет ружья. Разве он не сказал, что следовал по волчьему следу? Разве тому, кто преследует хищника, не нужно оружие?
Молчание и назойливые взгляды заставляли меня нервничать.
— Итак… как вы думаете, что мог бы от меня хотеть этот волк?
Мачо-Винсент отставил свою чашку и провел рукой по коротким каштановым волосам, словно давая понять мне, как он хорош.
— Если бы я знал. Наверное, в ближайшие несколько дней я должен буду понаблюдать за вашим домом.
— Как я уже сказала, я не собираюсь оставаться.
Винсент выпрямился во весь свой рост. Казалось, он заторопился.
— Может быть, вы правы, но лучше не рисковать. Сейчас я пойду, не хочу потерять след волка.
«Почему он вдруг почувствовал себя так взволнованно? Странный парень»
Но у меня словно камень упал с души.
— Было очень мило, что вы заглянули, Винсент.
Я снова протянула ему руку, и на этот раз он пожал ее.
— Винс.
— Винс… — в растерянности пробормотала я, потому что соприкосновение наших рук что-то со мной сделало.
Как будто внезапно земля ушла из-под ног. Я очень отчетливо ощутила, что у меня нет ничего под халатом, а взгляд Винса, застывший на вырезе, доказывал, что он тоже об этом знал.
Как будто обжегшись, он отпустил мою руку. Его голос стал внезапно на тон ниже, чем был раньше.
— Не трать время и пакуй свои вещи.
Затем он развернулся и зашагал по снегу прочь. Я наблюдала за ним, а мое тело медленно остывало до нормальной температуры.
— Что это было? — прошептала я, повернувшись и закрыв за собой дверь. Мое сердцебиение ускорилось, а уровень адреналина медленно приходил в норму.
«Парень пожимает твою руку, и ты… заводишься? Конечно, он выглядит чертовски великолепно, но не до такой же степени»
Теперь мне нужен еще один кофе, еще один душ, а затем нужно связаться с Хэнком.
Винсент
Я бежал так быстро, как мог, чтобы увеличить расстояние между мной и этой женщиной.
«Эвелин!»
Это было ее имя. Оно звучало прекрасно, или? Так же как и «Валери».
«Даже не думай об этом. Ты вел себя, как похотливый идиот. Ты бы еще спустил штаны и пометил свою территорию, отстой!»
Я пытался бежать быстрее, ощущая безумное возбуждение… снова! И за последние пятнадцать минут я не раз задумывался, как бы это было — спариваться с ней.
Эвелин уйдет и тогда все снова вернется в норму. Мои гормоны просто сошли с ума, ну да, брачный период был в разгаре, и до прошлого года у меня была Валери. Природу невозможно отключить просто потому, что я в трауре. Не во время гона! Я знал, что Марсель несколько раз в день передергивал себе за сараем. Сильное сексуальное влечение было в нашей природе. Как я мог думать, что траур окажется сильнее, чем волк? Но я не уступлю этому желанию, тем более не с этой женщиной.
Я остановился, прислонился к пихте и расстегнул штаны. Было холодно, но мне казалось, я плавился внутри.
Схватив член в руку и жестко массируя его, я попытался вспомнить Валери, ее голос, ее руки на моей груди, ее тесноту вокруг моего члена… и все же это было лицо той женщины, которое затмило все мои мысли.
— Эвелин, — захрипел я сквозь стиснутые зубы, когда мои яйца болезненно сжались.
Я начал дрочить еще жестче, с сердитым отчаянием. Заглушая вой, рвущийся из горла, я спустил на снег, зажимая пульсирующий член в руке.
— Абсолютно невозможно, — сердито рычал я, возвращаясь в дом своей стаи. — Из этого никогда ничего не выйдет!
Я думал о набухании, которое всегда сопровождало мою кульминацию. Так же, как и волки, после секса мы на некоторое время оказывались словно запертыми в нашем партнере — генетическое наследие, которое мы разделяли с волками, чтобы никто другой не смог оплодотворить нашу пару. Наши женщины знали это… и им это нравилось. С людьми такого не происходило. Что Эвелин подумает о моем генетическом отличии? Кроме того, мы были сексуально более активны, чем люди, и более доминантны по отношению к нашим женщинам — особенно во время брачного сезона. Логически все было против отношений с человеком. К счастью, Эвелин скоро исчезнет.
Мне удалось избежать встречи с братьями. На данный момент у меня не было желания выслушивать высказывания Оливера или упреки Марселя. Оба учуяли бы мое возбуждение, а Оливер увидел бы в нем только еще одну угрозу своему положению в стае. Даже уже когда Валери забеременела, его это раздражало. За то, что ее приняли в стаю, я должен был поблагодарить только тот факт, что Оливер опасался, что я брошу ему вызов как альфе, если он лишит меня Валери. Приглушенный стон в доме вернул меня к реальности. Оливер снова спаривался с Моной — но на этот раз они, по крайней мере, отправились в ее комнату.
Я тихо прокрался вверх по лестнице, надеясь незаметно исчезнуть в своей комнате, но столкнулся с Фионой, которая выходила из ванной. Ее тело и волосы были обернуты в полотенца. Наша младшая сестра была полной противоположностью Моне. Фиона обладала совершенными пропорциями и была прекрасна. Это было особенно заметно в этом большом махровом полотенце. Вероятно, Оливер потребовал от нее спаривания, прежде чем отправился к Моне. Как только Оливер уходил, Фиона сразу же исчезала в ванной, словно не могла вынести его запаха.
— Ты возбужден, — удивилась Фиона, втягивая воздух через нос. — Я чувствую запах.
Удивление на ее лице смешалось с неуверенной надеждой. Она все еще верила, что я брошу вызов Оливеру, чтобы стать альфой стаи.
