но от Гейлена не было ни одного сообщения. Разве он не должен был работать из дома? Где он? Со вздохом она бросила телефон на кровать и направилась в ванную. Разделась и уже занесла пижаму над корзиной для белья, как взгляд зацепился за одну из рубашек Гейлена. Она улыбнулась, вытаскивая её: он уже начал исправляться.
Она уже собиралась бросить её обратно, как заметила дыру на ткани.
— О-о нет, — разочарованно протянула она, рассматривая рубашку. Гейлен её очень любил. Спереди она выглядела как обычно, но, когда Мейв перевернула её, она нахмурилась.
— Что за чертовщина? — спросила она вслух. Две одинаковые прорехи шли параллельно друг другу прямо между лопатками. Как, черт возьми, он умудрился так её порвать?
Покачав головой и решив спросить его об этой истории позже, она закончила утренние сборы и взяла рубашку с собой, чтобы выкинуть. Только зайдя на кухню, она обнаружила стикер, исписанный небрежным почерком Гейлена.
«Ушел ненадолго, забрал мелкоту, чтобы они тебя не разбудили. Скоро буду», — прочитала она вслух. Что ж, это было мило. И даже посуда после их неудавшегося ужина была вымыта и убрана из посудомойки. Более того, когда она открыла холодильник, в самом центре, как подношение, стояла большая кружка с кофе и её именем на стикере в форме сердечка.
Гейлен определенно делал успехи. И поговорить с ним оказалось так просто. Он не оправдывался и не спорил. Он выслушал, обдумал её слова и пообещал исправиться. И пока что он, блядь, справлялся на отлично.
Вопрос лишь в том, надолго ли его хватит?
Оскорбительный гардероб
Гейлен
Гейлен еще раз шикнул на щенков, слегка потянув за поводки, пока доставал ключи от квартиры. Но не успел он даже вставить ключ в замок, как дверь распахнулась и он увидел улыбку Мейв.
— Ты вернулся!
Восторг на её лице был ярким и искренним, в зеленых глазах плясали искорки, и он на секунду просто остолбенел. Но трое щенков тупить не стали — они попытались ворваться в квартиру, пока новый поводок, который он пристегнул к их одинаковым шлейкам, не заставил их остановиться. Один из них картинно плюхнулся на задницу, и даже Мейв оказалась бессильна перед такой милотой. Она хихикнула — звук был легким, воздушным и приветливым, — и Гейлен последовал за ней внутрь, как еще один потерянный щенок, с шуршащими пластиковыми пакетами в руках.
— Уже балуешь их? — спросила она, выгнув бровь.
Он замер, виновато взглянув на неё, но лишь до тех пор, пока не увидел веселье в её красивых зеленых глазах.
— Мне пришлось заскочить в офис, я взял их с собой.
— Ну что ж, — подтолкнула она, — показывай, что купил.
Гейлен улыбнулся и позволил ей забрать один из пакетов и поставить его на диван. Он отстегнул поводки и наблюдал, как щенки неуклюже ковыляют в своих шлейках.
— Так… у них есть имена? — спросила она, присаживаясь.
— Конечно. Вот тот, — он указал на щенка в зеленой шлейке, который уже засунул нос в пакет, — это Бабба, сокращенно от Вельзевул. Девочка в синем — Ахлис. Или Лисси. И последний, в фиолетовом — Элигос, или Эли.
Мейв моргнула, на её губах заиграла улыбка.
— Весьма… специфический выбор имен. У них есть предпочтения?
Он закатил глаза, чувствуя прилив нежности.
— Я знаю, что имена странные, поэтому сам их сократил. Кажется, на клички они откликаются лучше, смотри.
Он щелкнул пальцами и позвал:
— Лисси, ко мне, Лисси!
Малышка резко повернула голову в его сторону, отвлекаясь от кофейного столика. Уши хлопали из стороны в сторону, пока она ковыляла к нему, как большой пушистый комок.
Его сердце растаяло; он сел на диван, наклонился и подхватил её. Она извивалась у него в руках, но как только он устроил её на коленях, принялась покусывать его за пальцы, требуя ласки.
— Это самое милое, что я видела в жизни, — тихо сказала Мейв.
Гейлен ухмыльнулся и наклонился, чтобы поцеловать Лисси в маленькую пушистую макушку.
— Видишь? — громко прошептал он. — Я же говорил, она сдастся.
— Гейлен, — со смехом упрекнула она. — Тсс.
— Ладно, ладно, — уступил он, полностью переключив внимание на щенков, так как двое других уже притопали посмотреть, чем занята их сестра.
Гейлен улыбался, не в силах оторвать взгляд от их игры. Это были чертовски милые щенки. Как Мейв вообще могла сомневаться, оставлять их или нет?
— Ути какие мы миленькие. Да, именно такие, — засюсюкал он. Видели бы его сейчас коллеги.
— Ты размяк, — с усмешкой заметила Мейв, разбирая пакеты. Эти слова были слишком похожи на то, что могли бы сказать его сослуживцы, и это его слегка задело.
— И что с того? — спросил он, взглянув на неё. Она была просто видением: длинные темные волосы блестящим каскадом рассыпались по плечам, розовые губы изогнуты в улыбке.
Гейлен сполз на пол ко всем трем щенкам, прислонившись спиной к дивану и водя руками туда-сюда перед ними. Они охотились за его ладонями, широко разевая пасти, скаля мелкие зубки и размахивая ушами.
— Мне можно быть мягким. Каким психопатом надо быть, чтобы не растаять перед щенками? А? — спросил он у одного из виновников, наклоняясь за мокрым «поцелуем».
— Не знала, что ты так любишь собак, — сказала Мейв, садясь рядом с ним. Она хихикнула, когда Бабба подбежал и плюхнулся на её скрещенные ноги, всё ещё пытаясь до неё дотянуться.
— Ну, эти немного особенные.
Знала бы она, насколько.
— Да-да, они всё еще маленькие и милые, я знаю. Ладно, показывай улов, — снова попросила она. Её внимание всё еще было приковано к полуночному пушистику на коленях, но он всё равно подтянул один из пакетов поближе. Игрушки-кусалки, миски для еды, большая лежанка, на которой они смогут спать вместе…
— О! Может, поставим её рядом с кроватью? — она махнула рукой в сторону спальни. — Прошлой ночью они спали у двери.
Уже?
— Идеальное место, — согласился он, стремясь сменить тему. — Я подумал, раз уж я буду дома, вольеры нам не понадобятся. Буду за ними приглядывать. Да и прошлую ночь они без вольера нормально провели.
Мейв закусила губу, переводя взгляд с Гейлена на щенков и обратно.
— Ладно, хорошо. Но если они сгрызут наши шторы, я хочу новые.
— Само собой, — охотно согласился он. — Кстати, о «сгрызут» … Я почти уверен, что им пора завтракать.
Он подхватил Лисси на руки, поднимаясь, и она начала извиваться, пока он не опустил её на пол в кухне.
Взгляд Мейв был тяжелым, пристальным, и он на мгновение задался вопросом: неужели она его уже простила
