замка. На первый взгляд не хватало только Росы, которая выбрала более приятное и, пожалуй, полезное времяпрепровождение, чем слушать бредни злобной бабки.
Я обвела взглядом знакомые и не очень лица, стараясь никого не упустить из виду. Кто знает, что им успела наплести эта ведьма? Не думаю, что присутствующие здесь достаточно образованны, чтобы анализировать ее слова. Еще долбанут по голове.
Но вопреки собственным опасениям я сделала два уверенных шага вперед и остановилась перед импровизированным троном из кресла и множества подушек, на котором с комфортом расположилась пожилая женщина – классическая Баба Яга! И даже огромная мерзкая бородавка на носу у нее имелась.
Кто именно передо мной, я даже не сомневалась. Это имя запомнилось еще с первой встречи с мальчишками. Уж больно странное, царапающее слух.
– Аруха?
– Откель прознала? – буркнула бабка, недовольно пожевав губами.
Ее помутневшие глаза неопределенного цвета смотрели на меня цепко и пристально. Сухой, точно птичья лапа, рукой она крепче стиснула свой костыль-переросток, который куда больше годился для чабана, а не для бабульки преклонных лет.
– Мне многое известно, – ответила я. – Очень многое.
Глаза старухи коварно сверкнули.
– Зачем ты явилась сюда, Тень? Как оказалась в Дорт-Холле? Почему ведешь себя здесь, точно хозяйка?
– Меня послал сам Дракон Прародитель, – ответила я, не моргнув глазом. – Больно дурные дела творятся нынче в Дракендорте. Нужно навести порядок.
У старушенции даже челюсть отвисла от такого наглого ответа. А я пыталась понять, насколько Аруха для меня опасна. На что способна? Реальная она злобная ведьма или только по характеру?
Ася встала рядом со мной, всем видом показывая, на чьей она стороне, и в глазах Арухи промелькнула плохо скрытая ненависть.
Хм, и чем ей так не угодила молодая знахарка?
– А вот зачем ты здесь, Аруха, и почему народ баламутишь? – спросила я напрямую.
На глазах у охочих до сплетен женщин разворачивалось представление похлеще иного мыльного сериала. То-то все запереглядывались да заперешептывались.
– Я правду говорю! Я вижу! Одни лишь беды ты принесешь Дракендорту! – принялась завывать дурным голосом старушенция и даже ткнула в мою сторону своим костылем.
Бабы охнули и раздались в стороны. Но на меня ее уловка не произвела впечатления. Неприятно, конечно, но и только.
Я опустила голову и украдкой покосилась на рукоять кинжала. Убедившись, что тот безмолвствует, а значит, не творится никакого колдовства, взглянула старухе прямо в глаза и заявила:
– Еще раз так сделаешь, и я сожгу твою палку в камине, а тебя выпровожу за ворота к твоим родственникам – нирфеатам.
Старуха от возмущения зашамкала губами. Пожалуй, ей давненько так грубо не затыкали рот. Я же, пользуясь преимуществом, скомандовала:
– Уже слишком поздно для страшных сказок на ночь. Завтра нас ждет непростой день. Все на выход!
Женщины будто только этого и ждали. Мимо меня вереницей они потянулись в коридор. Наверняка им не терпелось обсудить произошедшее.
Оставшись без благодарных зрителей, старушка присмирела. На миг мне даже стало неловко, что напугала пожилую женщину, но я быстро с собой справилась.
Она пришла в мой дом и вела против меня целенаправленную подрывную деятельность, настраивая народ против Тени Дракона. Это именно ее я видела сегодня днем. Из-за нее изменились настроения в народе. Так что никакой пощады!
Мне не нравилось, как Аруха влияет на людей. Возможно, она никакая не прорицательница, а неплохой психолог. Существуют же природные манипуляторы, которые тонко чувствуют и умеют подчинить себе толпу?
Не хотелось бы мне получить подножку, камень в висок или нож в спину в самый неподходящий момент. Меня Злата дома ждет, и я должна сделать все, чтобы вернуться к ней целой и невредимой. Так что никакой пощады!
– Айсана, проследи, чтобы у дверей этой комнаты поставили охрану и никого не впускали до утра. Драклорд проснется и разберется с заговорщицей.
– Как ты смеешь меня запирать! Я… Я знаю, что с тобой будет! – Карга попыталась манипулировать и мной тоже.
– Не слушай ее, Лина, – тихо сказала Ася. – Она или небылицы плетет, или гадости изрыгает. Настоящих предсказаний раз-два и обчелся.
Несмотря на возраст, Аруха ее услыхала:
– Ты! Я всегда говорила, что ты сорная трава! Вырастет такая на поле, и все! Ничего доброго не останется! Коза в огороде!
– Сама ты коза! – пробормотала Ася одними губами.
Видимо, огрызнуться в лицо ей все же не хватило решимости или не позволило воспитание.
– Доброй ночи, Аруха. Рекомендую вам успокоиться и вести себя прилично. В таком возрасте так волноваться ни к чему.
Я вышла в коридор и уставилась на подоспевших Пирана и Гана.
Надо же! Ребята уже обо всем прознали. Быстро слухи по замку расходятся! Куда до них лесному пожару.
– Охраняйте прорицательницу. Никого к ней не впускать и не выпускать до распоряжения драклорда. Это понятно?
– Да, ньера Тень!
Мы с Асей поднимались наверх, когда я поинтересовалась:
– Не понимаю, что я ей сделала? Я даже не встречалась с ней ни разу.
– Это не из-за тебя, а из-за меня.
Ответ оказался неожиданным.
– Как это понимать?
– Я не раз просила Аруху меня поучить. Понимаешь, она прорицательница, но не управляет своим даром. Она обманывала народ, сколько себя помню. Иногда у нее случались видения, которые сбывались. Примерно одно из сотни. Остальные она просто выдумывала, чтобы добиться своих целей.
– И что, никто ничего не заметил?
– Староста знает. Аруха когда-то ему помогла, вот он и закрывает глаза на ее вранье. А иногда сам им пользуется. Они такие представления порой разыгрывают, любо-дорого посмотреть! А народ верит.
– Ушлый мужик этот ваш староста!
– Есть такое. Но он хорошо управлял деревней и заботился о людях. И Аруху не во вред использовал, а чтобы принудить работать лентяев или успокоить страхи. А вот сама она частенько перегибала со своими предсказаниями…
– Манипулятор – эта ваша Аруха! Человек, который заставляет всех плясать под свою дудку, – пояснила я на всякий случай.
Айсана согласно покивала:
– Я давно обо всем догадалась. Еще по малолетству, да и ляпнула об этом прилюдно, уличив ее в обмане. За то она меня и не любит. Тогда-то мне не особенно поверили да и быстро забыли. А вот Аруха запомнила и учить меня отказалась.
– Может, и к лучшему? Чему такая могла бы научить?
– Вообще-то, она многое знает. И о травах, и мир хорошо чувствует – видит многое. А мне показать отказалась. И не потому, что беду это принесет, а потому, что ей не нужна в деревне вторая знающая. А ведь у меня и силы побольше. Я целить умею, да и в травах сама разобралась потихоньку –
