Ледяное пламя - Ломтева Ольга

— Правда?

— Да. Попервой уделяй ей внимание каждый день: немного, по полчаса. Этого будет достаточно. Потом отдашь её в птичник, и она уже сама будет прилетать к тебе.

— А как это — сама?

— Ну, птица запомнит тебя и будет прилетать к тебе, где бы ты не находилась. И… ну тут неизвестно, как это работает. Если ты будешь звать её в мыслях, она тоже прилетит. Серпокрылы обладают каким-то особенным магическим чувством по отношению к своим хозяевам. Пока что никто не смог объяснить их привязанность.

— Ясно. А я могу её куда-то отправлять, кроме дома? Я читала, что серпокрылы возвращаются домой по приказу хозяина, но могут ли они отправиться куда-либо по моему желанию?

— Ну, на моей памяти таких случаев всего два. Редко, но это возможно, а что тебя беспокоит?

Алита посмотрела в лицо брата. Король хмурился, приглаживая на подбородке бороду.

— А сколько лететь до Вирентиса?

— О…Птица такого перелета не выдержит — ещё слишком мала. А так… полтора дня… если ты дракон, — улыбнувшись ответил Арис. — Думаю, вчера вечером он уже был на месте и навестил своих родных.

— Ам-м, — робко протянула драконица.

— О, да брось, не думай, что я ничего вокруг не замечаю. Ты бы не спрашивала меня об этом, если бы не волновалась за Кристофера.

— Да-а-а… это так.

— Во-о-от. Но могу тебя заверить, с ним все нормально. Завтра-послезавтра из Вирентиса от него придет письмо. Хочешь я тебе сообщу об этом?

— Да, — кивнула Алита. В этот момент серпокрылка вновь щёлкнула клювом и перебралась в клетку. — Что она хочет?

— Чтобы ты закрыла клетку и накрыла её. Несмотря на размеры, это еще птенец. Они много спят.

Принцесса так и поступила.

— Спасибо за подарок, — Алита обернулась к брату. — Мне очень приятно. Правда. Я только… как-то… Не знаю, что подарить в ответ.

— О, будешь великой целительницей — сделаешь мне лучший подарок, — Арис указал на кресла около камина. — Давай присядем. Как тебе жизнь во дворце? Нравится? Никто косо не смотрит? Ты можешь рассказать мне все что угодно. Ты уже успела обзавестись подругами? Ну, мелкую пуговицу мы в счет не берем. Ты для нее скорее нянька.

— Да, не особо… Ну… Так… Вроде все хорошо. С Адой ходили в город.

— О, уже видела столицу? Да с Адой только поаккуратней будь. Утром расскажешь ей фразу, к вечеру это будет история достойная романа…такого, что лучше не читать до совершеннолетия.

— Я это уже поняла… — выдохнула Алита, уставившись в вычищенный очаг. «Он знает о том, что произошло утром? Или нет? Должна ли я ему сказать, ведь это вроде как…».

— Малис хочет, чтобы ты посетила несколько семинаров в столичном университете. Я не против, думаю ты тоже, да? — выражая согласие, драконица кивнула. — Хок назначит тебе кого-нибудь из гвардейцев в сопровождающие. Так что учись прилежно, школяр!

Алита захихикала. Представить себя посещающей занятия университета она не могла.

— Это будет лучший подарок мне от тебя. На случай чего, твои способности, ох, как пригодятся, — без тени улыбки добавил Арис.

— Я хочу задать вопрос, — принцесса с трудом взглянула брату в глаза. Тот кивнул. — А ты кого-нибудь убивал на войне?

— Что? — тон Ариса изменился с мягкого и дружелюбного на строгий и холодный.

— Ну… Я…

— Почему ты задаешь мне этот вопрос? С чего вдруг? Расскажи, — требовательный голос заставил Алиту сжаться, но выдумывать причину она не стала и выдала всё, что услышала в саду.

— Понятно… Значит, Джеймс, — спокойно сказал Арис, откинувшись на спинку кресла. — Бедолага несчастный, много у него свободного времени, раз есть время недовольство высказывать да девушек бить.

— Что ему будет? — от волнения губы пересохли, и драконица в который раз их облизала.

— Я думаю ему будет не до сна. Будем за ним приглядывать.

— Я не совсем…

— Это не твои заботы. Не беспокойся. А так… Те, кто участвовал в этой войне не любят о ней говорить. Поверь мне на слово и лучше никогда о ней не спрашивай. Ни меня, ни кого-либо другого. Тут хвастать нечем.

Глава 26

С улицы доносилось чириканье птицы. Звонко и мелодично утренняя певунья возвещала о наступлении рассвета. Кристофер взял карманные часы с прикроватной тумбы, вздохнул и положил обратно. Надо подниматься, но желание возвращаться в Администрариум отсутствовало напрочь. Хотелось остаться здесь: в комнате, где он проводил так много времени в детстве. Смастерить игрушку, выкрасить её, жевать принесенный тетушкой вкусный завтрак и наблюдать как сохнут детальки на широком подоконнике.

«Что-то ты совсем раскис. Вставай, быстрее переделаешь дела, быстрее вернешься…» — мысль бодрила, заставляла оторваться от мягкой пуховой подушки и начать собираться.

Закончив одеваться, Кристофер спустился на первый этаж. Тетушка хлопотала по хозяйству на кухне, дяди нигде не было слышно.

— Крис, мальчик мой, — драконица выглянула в коридор. — Присаживайся в гостиной, сейчас приготовлю тебе завтрак.

— Может помочь? — предложил гвардеец, вновь уставившись на помутневший глаз.

— Ох, не лишай старушку возможности позаботиться о тебе. Ты улетишь, и мы снова не будем долго видеться, — тетя Лизетта махнула полотенцем и вернулась на кухню.

Кристофер прошел в гостиную, размышляя о предстоящих делах. Дракон выбрал место за столом, откуда мог смотреть в окно, выходящее на задний двор. Он обдумывал предстоящий день. Смерть мэра, закрытый порт, беспорядки на Западном тракте, мятеж… «Сколько всего придется изложить в письме Арису? Сколько же придётся разбираться? А ещё этот… Норман», — выдохнув, королевский посланник откинулся на спинку стула.

Тетя принесла на подносе тарелку с ароматным омлетом с грибами и зеленью, румяный хлеб и чашку крепкого кофе.

— Я сварила покрепче, как ты любишь: без сахара и молока.

— Спасибо, — Кристофер улыбнулся ей. — А ты обращалась по поводу глаза в госпиталь?

— Нет, — нахмурилась драконица. — Да что они мне сделают?! Глаз просто слепнет, и никуда тут не денешься — старость. У моей соседки так же. Вот лучше, женись побыстрее, а то так не увижу ни твоей невесты, ни внуков, — тетя чуть коснулась дрожащими пальцами его плеча и сжала.

— Все равно нужно, чтоб тебя осмотрели, — упорствовал гвардеец, попутно нарезая омлет на кусочки.

— Ой, хватит, со вторым глазом-то всё в порядке, — проворчала тетя.

— Если хочешь заботиться обо мне, позволь позаботиться о тебе. Я поговорю с главным лекарем, чтобы он осмотрел тебя. Тем более, я все равно буду часто с ним видеться.

В ответ драконица вымученно улыбнулась. Взяв со стола поднос, она удалилась в кухню.

Позавтракав, Кристофер отправился в Администрариум, предупредив тетю, что, скорее всего, будет поздно и ждать его не надо.

Дувший со стороны бухты порывистый ветер нагонял над городом свинцовые тучи. По-весеннему ярко-голубое небо затягивалось тяжелыми облаками, укрывая небесное светило серо-синим одеялом.

Проходя по безлюдным улицам, гвардеец слышал раскаты грома вдалеке. Он поднял ворот тонкого серого пальто, чтобы влажный воздух перестал холодить шею. По пути ему встретилась лишь пара угрюмых и куда-то спешащих людей, которые шарахнулись от него в сторону. Ни городской стражи, ни гвардейцев, ни государственных магов — одним словом: никого более, Кристофер на подходе к ратуше не увидел. «Неужели они снова толпятся в Администрариуме».

На удивление, первый этаж пустовал. В вестибюле его встретила пара стражников, гвардеец в светло-сером мундире и Норман. Кожа на лице последнего побледнела и, в сочетании с серыми припухшими веками выглядела болезненной. В руке генерал сжимал сложенный квадратом батистовый платок.

— Доброе утро, Кристофер, — драконы обменялись рукопожатиями. — Только что вышел из подвала. Ну и запашок там. Хочу, чтобы ты увидел это собственными глазами. Эдрис Торн там. Тебя проводят.

— Ладно, — нахмурившись ответил королевский посланник.