так быстро, что холодный ветер с другой стороны пронизывает кости.
Почувствовав мороз, Видар лишь на секунду позволил себе взгляд полного восхищения и мысль о том, что ведьмы Верховной, как и сама она, обладали уникальной выносливостью, которой, к сожалению, сейчас так не хватало ему.
— Баш, — хриплый кашель практически растворил имя не кровного брата.
Генерал понял мольбу короля, услышав лишь первую букву своего имени. Он быстро поднял ведьму на руки и, последовав примеру Короля Пятой Тэрры, исчез в разломе.
Дыхание Видара становится тяжелее, он перекатывается на бок, отхаркивая кровь. Губ касается идиотская ухмылка – умереть в чёрном подряснике под церковью – предел мечтаний. Резко распахивает глаза. Умереть. Сердце предательски слабо ударяет несколько раз, напоминая, что от его жизни зависит ещё одна.
— Хватит отдыхать, моя сестра будет в неправедном гневе, если узнает, что ты подох не от её руки.
Сначала появляется насмешливый голос Паскаля, а затем он чувствует, как промёрзлый снег нещадно прокалывает кожу мириадами игл. Интересно, снег причиняет такую же боль маржанам? Под веками вспыхивает образ Эсфирь, который так отчаянно давно являлся ему на Ритуале: хрупкая, в чёрном платье, на снегу под башней собственного замка, притворяющаяся. Конечно, обморожение им не грозит, неопровержимым доказательством всегда служили их ледяные сердца.
Губ касается лёгкая ухмылка: ведьму разорвёт от хохота, узнай она, что тот самый Кровавый Король почти потерял сознание в землях Малвармы, будучи одетым в чёрный церковный подрясник.
— Я, надеюсь, с мозгами моего короля всё хорошо? — странный, невыразимо родной девичий голос окутывает его в вату. — Он выглядит… впечатляюще.
Голос Себастьяна окончательно подтверждает догадку Видара о том, что они смогли:
— Изи… родная…
***
Видар строго настрого запретил себе смотреть в сторону Себастьяна и Изекиль. Но, раз через раз, из-за полуопущенных ресниц, он со скребущим чувством наблюдал за тем, как генерал обнимает её, поправляет тёплую кофту, легонько пощипывает кончик остроконечного уха. Видар был рад воссоединению генерала и шпионки, рад, что они прекратили бегать друг от друга, что пятьдесят лет разлуки – оказались самым усваиваемым уроком, и он старался замуровать идиотское, абсолютно неправильное по отношению к Себастьяну и Изи, чувство зависти внутри себя.
Не чувствовать. Выжечь каждую эмоцию, что терзает сердце, разум, душу и тело – вот первоначальная цель. Он уже чувствовал себя намного лучше, даже – могущественнее. С физической точки зрения, дышалось намного легче, поступь снова стала беззвучной и нечеловечески грациозной; он быстрее усваивал информацию и даже сумел призвать души.
Ледяной Замок принял короля Пятой Тэрры, его Советницу и гостей-альвов с небывалым радушием и теплотой.
— Может, мы, наконец, услышим вашу историю? — Видар лениво подпирает дрожащей рукой щёку.
Сейчас в кабинете Паскаля сидели Себастьян, Изекиль и сам Кас. Равелия и Эсфирь набирались сил в своих покоях. И, хотя Видар мечтал сидеть у кровати своей королевы, он всё равно с аристократическим достоинством воротил нос от элегантного ледяного стиля убранства.
— Мы разве не ждём Равелию и Эффи? — вскидывает бровь Изекиль.
— Рави я передам, а с Эффи, как ты поняла, всё намного сложнее, — скомкано отвечает Паскаль.
О своих злоключениях Баш и Кас практически сразу рассказали Изи, пока та помогала восстанавливать силы мужчин и ругала Видара за все безрассудства мира, правда, последний уснул на половине воодушевляющей речи, чем довёл её практически до исступлённой злости. Апогеем ярости Изекиль стала Кристайн. Теперь шпионка не только точила зуб на предательницу, но и во всех красках представляла, как расчленит её.
— А где Фай? — внезапно поднимает взгляд Видар.
— Если бы кто-то нагло не отрубился, этот кто-то бы знал, — с нажимом отвечает Изи, Себастьян лишь крепче прижимает её к себе, всё ещё боясь, что она растворится из сильных рук.
— Ох, прошу вашего великодушного прощения за то, что посмел уснуть на грани собственных сил, — усмехается Видар, переводя взгляд на потрясённого Паскаля. — Что? Неужели ты думал, что мой стиль общения со всеми только порки в темницах и прилюдная казнь?
— Д-да? — выражение лица Каса Видар запомнит на всю оставшуюся жизнь, даже нет, попросит потом вытащить воспоминание из головы, закажет портрет и повесит у себя в кабинете над рабочим столом.
— Слышала его, Изи? Сколько выберешь плетей? — мальчишеская улыбка растекается по лицу Видара.
— Лучше бы ты спал, — демонстративно закатывает глаза шпионка.
— Это не отменяет моего вопроса, — добро посмеивается Видар. Хаос, как же он скучал!
— Фай на очередной вылазке в Первую Тэрру, — Изекиль набирает в грудь побольше воздуха. — Всё, что с нами происходило за это время не так красочно, конечно, как у вас, но мы тоже немного обалдели. Я очнулась в лесу, на окраине Халльштатта, вся в грязи и крови, даже подняться не могла. Судя по всему, моё тело умирало и, когда мозг это осознал, меня буквально ослепила яркая вспышка. Только позже я поняла, что на грани жизненных сил ко мне вернулась память. Демон его знает, сколько я провела в таком коматозном состоянии, но с памятью валяться стало приятнее. Спустя время, я всё-таки смогла прийти в себя. Скиталась по лесу демон знает сколько, но я нашла границу. Одна идти не решилась, искала Файялла. Вы бы видели его глаза, да и мои, когда я доползла, как в последствии оказалось, до заправки, где он работал заправщиком. Первое, что сделала – кинулась в объятия, забыв, что он ни хрена не помнит, а потом долбанула его за это заправочным шлангом. Не смотри на меня так, Видар!
— Не буду. И, пожалуй, отсяду немного дальше, — он демонстративно поднимается с места, пересаживаясь в кресло у дальней стены.
— Разумеется, от удара Фай всё вспомнил. Мы пытались найти вас, правда пытались, но вы будто растворились. Тогда мы подумали, что, может вы вернулись в Тэрру. Прошли через границу и охренели! Видар, наш разрушенный дом блестел, как никогда! Понимаешь? Ни развалин замка, склепа, разломов в земле – ничего этого! Будто тех событий вообще не существовало! Мы сразу поняли, что ты жив, иначе нашего дома просто бы не было. И вороны! Видар, вокруг кружили вороны! Её вороны!
— Стоп, — Паскаль подскакивает с места, зачёсывая волосы назад. — Ты хочешь сказать, что это Эффи? Она каким-то образом восстановила Тэрру?
—
