У меня ещё куча дел. Ты тут выздоравливай давай. Если что — звони.
Она чмокнула меня в щёку, накинула пальто и ушла. Дверь закрылась, и в квартире снова стало тихо.
Я посмотрела на часы. Четыре часа дня. Через три часа мне нужно быть у здания Гильдии.
Я встала, приняла душ, оделась. Чёрные джинсы, тёплый свитер, удобные ботинки. Никакого макияжа, никаких украшений. Я шла на войну, а не на свидание.
В семь вечера я стояла перед знакомым особняком на улице Святого Михаила. Здание ГИС выглядело таким же неприметным, как всегда — старая штукатурка, тёмные окна, никаких вывесок. Только люди (не люди) входили и выходили, не обращая друг на друга внимания.
Я огляделась. Альтаира пока не было. Зато был кое-кто другой.
Маркус стоял у входа, прислонившись к стене и лениво листая что-то в телефоне. Увидев меня, он расплылся в той самой улыбке, от которой хотелось ударить его чем-нибудь тяжёлым.
— О, Лея, — пропел он. — Какими судьбами? Решила навестить своего возлюбленного? Или пришла просить меня о помощи? Так я всегда рад, ты знаешь.
Он был явно доволен собой. Он наслаждался тем, что отправил Риэля на смерть. Я сжала кулаки, вспоминая наставления Альтаира: «Только если он сам спровоцирует. Не сильно. Чтобы была регистрация».
— Маркус, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Уйди с дороги. Я не с тобой разговаривать пришла.
— А с кем же? — он отлепился от стены и сделал шаг ко мне. — С комиссией? Думаешь, они тебя послушают? Человека, который влюбился в инкуба-неудачника? Да они смеяться будут.
— Заткнись, — прошипела я, размахнулась — от души, со всей силы — и врезала ему в челюсть.
Удар получился отличный. Маркус даже не ожидал — он даже не уворачивался. Его голова мотнулась назад, он отшатнулся, схватился за лицо и уставился на меня с таким выражением, будто я только что сделала что-то невообразимое.
— Ты... — начал он, задыхаясь от возмущения.
— Что? — перебила я, тяжело дыша. — Хочешь ещё?
Вокруг начали собираться люди. Не люди. Существа в костюмах, с папками, с удивлёнными лицами. Кто-то ахнул, кто-то достал телефон, кто-то побежал внутрь здания.
— Вы видели? — завопил Маркус, обретя дар речи. — Она ударила меня! Человек ударил инкуба! На территории Гильдии! Это нарушение!
— Заткнись, — сказала я, чувствуя, как адреналин разгоняет кровь. — Ты заслужил.
Из здания выбежали двое в строгих костюмах. Увидев меня, Маркуса и толпу зевак, они синхронно вздохнули.
— Что здесь произошло? — спросил один.
— Она ударила меня! — заорал Маркус, тыча в меня пальцем. — При всех! Задержите её!
— Это правда? — инспектор посмотрел на меня.
— Правда, — сказала я, гордо поднимая подбородок. — Ударила. И ещё раз ударю, если не уберёт свою мерзкую ухмылку с лица.
Инспектор перевёл взгляд на Маркуса. Тот всё ещё держался за челюсть, но ухмылка, надо признать, исчезла.
— Пройдёмте внутрь, — сказал инспектор. — Оба. Будем разбираться.
Меня ввели в здание. Внутри было суетливо — видимо, новость о нападении разнеслась быстро. На меня косились, шептались, тыкали пальцами. Я шла с гордо поднятой головой, чувствуя себя если не героиней, то хотя бы не слабачкой.
Нас привели в уже знакомый кабинет без окон. За столом сидел тот самый инспектор, что приходил к нам. Увидев меня, он поднял бровь.
— Матье, опять вы.
— Я тоже рада вас видеть, — кивнула ему я.
— Садитесь, — он указал на стул. Маркус сел напротив, потирая челюсть и прожигая меня взглядом. Я села, стараясь не смотреть на него.
— Итак, — инспектор открыл папку и приготовился записывать. — Что произошло?
— Она напала на меня, — выпалил Маркус. — Я требую наказания.
— Без причины? — Спросил инспектор.
— Без причины, — ответил Маркус.
— Без причины? — возмутилась я. — Ты десятки лет издевался над Риэлем. Потом преследовал нас, когда он получил контракт со мной. Ты следил, строил козни. Приходил ко мне домой и пытался заключить контракт, хотя знал, что у меня уже есть действующий контракт. И после всего этого ты говоришь «без причины»?
Инспектор поднял бровь и посмотрел на Маркуса.
— Это правда?
— Ложь! — воскликнул Маркус.
— Ах, ложь? — я вскочила. — А кто наложил на Риэля заклятие неуправляемого хвоста? Несертифицированная модификация магической мифической...
— Лимфатической, — поправил меня инспектор.
— Лимфатической системы, статья 14.3 Кодекса о Магических Правонарушениях! У нас есть протокол!
— Это было... — начал Маркус.
— Что? — перебила я. — Шутка? Этот хвост чуть его не задушил! Он потом в больнице был, между прочим. Где ему снимали твоё дурацкое заклятие!
Инспектор смотрел на меня с хорошо скрываемым весельем. Маркус побледнел.
— Ну и что? Я уже понес наказание за это. Это не даёт тебе право бить меня!
— По правилам улиц — дает, — продолжила я, входя в раж. — Ты постоянно его травил. Унижал при других инкубах. Называл «пыльным архивариусом». Рассказывал всем, какой он неудачник. И всё почему? Потому что в школе он и его друзья плохо с тобой обходились? Ты до сих пор не можешь это простить? Серьёзно? Столько лет прошло, а ты всё таскаешь эту обиду?
Маркус открыл рот и закрыл. На его лице появилось странное выражение — смесь ярости и... стыда?
— Так вот, — сказала я, наклоняясь к нему. — Этот удар — за всё. За годы унижений, за хвост, за то, что ты влез в нашу жизнь. И я бы с удовольствием ударила тебя ещё раз.
— Матье, — вмешался инспектор. — Успокойтесь.
— Инспектор, зафиксируйте факт угрозы, — подал голос Маркус, но как-то вяло, без обычного пафоса.
— Уже фиксирую, — спокойно ответил инспектор, даже не поднимая головы от бумаг. — Вместе с фактом вашего преследования, о котором Матье только что дала показания. И с фактом применения несертифицированного заклятия. А также с попыткой подорвать доверие клиента к ГИС посредством несанкционированного перехвата действующего контракта путём предложения услуг категории А лицу, уже состоящему в контрактных отношениях с другим исполнителем. Статья 7.12, параграф 3. Там до десяти лет понижения категории, между прочим.
Маркус дёрнулся так, будто его ударили током.
— Что? Это не... я просто...
— Вы просто пришли в квартиру к клиентке, зная о наличии действующего контракта, и попытались его аннулировать, предложив свои услуги, — перебил инспектор, всё ещё не поднимая головы. — Так вот, Матье, вы задержаны за нападение на представителя Гильдии. Это серьёзное нарушение. Но учитывая провокацию с его стороны, а также вашу активную позицию по защите своего исполнителя... — он сделал паузу, — я склонен считать это смягчающими обстоятельствами.
— То есть? — не поняла я.
— То есть официально вы задержаны, но фактически находитесь здесь как свидетель по делу Риэля, — пояснил инспектор.
В кабинете повисла тишина. Инспектор что-то писал
