и я невольно прижалась к Эминиру. Он посмотрел на меня и ласково улыбнулся.
— Не бойся, я всегда буду рядом и защищу тебя, — прошептал ректор и мы направились вслед за друзьями.
Стоило приблизиться к лесу, как земля внезапно вздрогнула и застонала, вынуждая броситься в гущу. Нас гнала единственная мысль, что произошло и не пострадали ли Висария и Хафар. Едва заметная тропа привела к небольшой поляне, в центре которой возвышался старинный алтарь, исписанный замысловатыми символами.
На нём, с закрытыми глазами, лежал Сориф, будто умиротворённо спал. Выглядел он удивительно хорошо, если не учитывать чересчур бледное лицо и сложенные на груди руки. Отчего-то они напомнили мне, что так хоронят людей на Земле, и, не сдержавшись, задрожала и отступила.
— Всё хорошо, Виса схватила ведьму, она не причинит тебе вреда, — попытался успокоить меня Эминир.
— Со мной всё в порядке, — слабо улыбнулась. — Просто немного не по себе.
Он ничего не ответил, лишь покрепче приобнял. Мы неспешно приблизились к стоящей на коленях связанной заклятьем женщине. Выглядела она, мягко говоря, неопрятно. Казалось, её волосы долгое время не касалась расчёска, а вещи позабыли, что такое стирка.
— Я не умру пока не уничтожу тебя, дракон! — прошипела она, с ненавистью глядя на Эминира. — Ты должен мучиться, как и моя дочь…
— Её слова звучат странно правдиво, — произнесла задумчиво Виса, прерывая пленницу. — Она действительно верит в то, что говорит. Но ведь мы-то знаем, что ректор не убивал её дочку, так разве не стоит докопаться до правды?
— И как ты собираешься это сделать? — спросила у неё. — Если Эминир не смог привести её в чувство, то вряд ли кому-либо ещё это удастся.
Подруга широко улыбнулась.
— Вот и нет, — покачала она головой. — Как раз у меня, как у её соратницы по магии, есть такая возможность. — Висария угрюмо вздохнула. — Не могу поверить, что кто-то самовольно отказался от нашей истинной силы и погрузился во тьму.
Графиня опустилась на колени перед ведьмой и вытащила небольшой ножик. Не успели мы отреагировать, как она полоснула лезвием по ладони и коснулась раной лба пленницы. Взгляд той мгновенно остекленел, словно она погрузилась в сон и уже не видела нас, а жила в каком-то ином времени.
— Не смей прикасаться к моей дочери, Софарис! — отчаянно закричала ведьма и резко дёрнулась, погружённая в кошмар прошлого. — Мне плевать, что ты правитель, я убью тебя — клянусь! — В следующее мгновение она вдруг осела и сипло забормотала: — Виноват Эминир… виноват Эминир… виноват Эминир… это он… он убил её…
По телу поползли мурашки.
— Получается, во всём виноват отец Астура? — глухо выдавила. — Но почему он возложил всё на тебя?
Эминир усмехнулся.
— Зависть, — небрежно пожал плечами. — Именно из-за него её дочь решила завести со мной отношения, надеялась, что он оставит её в покое… а король убил её…
— Я… я вспомнила… я всё вспомнила, — разрыдалась ведьма и упала на землю. Измождённое тело сотрясали бурные рыдания. — Мне… мне нужно отомстить… только у меня больше нет сил. — Она подняла глаза на Эминира. — Прошу, помоги… Моя дочь, она ведь была для тебя хорошим другом.
К моему удивлению он кивнул.
— Да, она всегда поддерживала меня и верила, что однажды я встречу Истинную… и, как оказалось, была права, — тихо вздохнул. — А ты чуть не погубила Дилавию, и после этого просишь о помощи.
— Тебе ведь известно, что я сделала это не по своей воле, — встала она на колени. — Король моими руками пытался уничтожить тебя, и продолжит, если не покончить с ним.
Эминир исступлённо запустил руку в волосы.
— Ты хочешь, чтобы мы совместно развеяли проклятье и к тебе вернулись потраченные на него силы, я верно понимаю? — покосился он на неё.
— Да, всё так и есть, — закивала она.
— Но Дила ещё не готова к этому, — покачал он головой. — А рисковать ею я не намерен.
— Давай попробуем, — решительно повернулась к нему. — В конце концов, необходимо помочь тем, кого использовали, как оружие против тебя.
Глава 60
Астур
— Ты почему до сих пор не вернул герцогскую дочь? — голос отца дрожал от ярости. — Неужто тебе не хватает ума и сил заполучить желаемую женщину?
Отчаянно хотелось вскочить и покончить с этим глупым стариком, но я мог лишь склониться перед ним, униженно встав на колено. Слушая его требования, иногда мне казалось, что его рассудок давно помрачился и он не осознаёт подлинное могущество истинного дракона.
— Что молчишь? — продолжил гневно тараторить король. — Не в силах справиться со скованным проклятьем ректором? — Он вдруг поднялся с трона и направился ко мне. — Ладно, в таком случае помогу тебе. Пойдём в магическое хранилище.
Не веря собственным ушам, поднял голову и посмотрел на отца. Он лично с младенчества запрещал мне даже подходить к двери алхимической сокровищницы, созданной ещё первым императором. В недоумении, я торопливо поднялся и поспешил за родителем.
— Эх, Астур, Астур, я ведь сделал всё, чтобы твои желания исполнялись, — покачал он головой, чинно шествуя по коридору. — Уничтожил все препятствия на твоём пути и подпитал магическую силу, покуда ты находился в утробе матери.
— Ты подпитал мою силу? — выпалил ошарашенный его признанием. — Но каким образом?
— В нашем мире есть множество существ, способных подарить человеку исключительное могущество, — в насмешливом голосе угадывалось торжество. — Но единственное условие — смерть носителя магии и передача её до того, как ребёнок родится.
Его слова заставили мысли мгновенно выстроиться в ровную цепочку логических рассуждений. Вывод получался довольно отвратительный, но вполне приемлемый. Я и сам частенько прибегал к использованию живых существ, как расходного материала. Да и стоит ли отказываться от достижения желаемой цели из-за того, что придётся принести маленькую жертву? Определённо, нет.
Если благодаря помощи отца удастся заполучить Дилавию, или кто она там сейчас, то всё будет не зря. Одним выстрелом убью трёх ховарисов — священных птиц нашего королевства. Во-первых, женюсь на той, кого жаждет всё моё существо, во-вторых, благодаря знаниям Чуждой Души приведу империю к рассвету, и в третьих, подарю трону Софаринарии могущественных правителей.
Незаметно для меня
