её серег…
Воспоминания о том, как она тогда смутилась, нахлынули, вызывая почти болезненные спазмы в груди.
Помолвная, значит. Теперь сообразить бы, как это обернуть себе на пользу.
— Некоторые планы изменились, — признал я.
Голубые глаза Люсьенды вспыхнули тревогой, на миг стали колючими, подозрительными.
— Слушаю вас, — с ледяным достоинством произнесла она.
— Если вы хотите сохранить мирный договор, я настаиваю на смене лишь одного пункта. Я сам выберу себе невесту.
Её ресницы дрогнули, глаза распахнулись, наполнились слезами. Шаг — и она уже рядом со мной, заглядывает снизу вверх.
— Я чем-то… не устраиваю вас, Нарран?
— У меня было время всё обдумать. Мы с вами не подходим друг другу, и наши ссоры тому доказательство.
Кроткую невинность на миг прочеркнула гневная вспышка, но девушка моментально подавила её.
— Мы же… собирались объявить о помолвке. А ссоры неизбежны в любой семье.
— То, что ещё не успели объявить, облегчит и вам, и мне расставание.
— Вы же должны понимать, — в её глазах больше не было симпатии и надежды, лишь лёд, — что вам не предоставят любую девушку, какую вы соизволите пожелать. К тому же, не к каждой из них прилагается артефакт.
— А вы должны понимать, что я обладаю достаточной силой забрать то, что захочу. И у меня ведь могут возникнуть дополнительные вопросы по поводу артефакта. Например, почему он сейчас не при вас, а совершенно у другой женщины?
Люсьенда побледнела. Глаза сузились, в них промелькнул самый настоящий страх.
Страх, что я всё знаю.
38
О, да. И отыграться на Эсмаилье не позволю, даже не думай!
Произносить этого я пока не стал, только взглядом немного припугнул. Пробежался по свите бывшей невесты.
Эльфы смотрели на нас настороженно, застыв на диване и креслах вокруг поля с цветными кристаллами.
Остановился на одной из девушек — Ундинеллии, насколько помню.
— Ты, — озвучил. Чуть поднажал молчанием и тяжёлым взглядом, чтобы она занервничала.
Свита моей невесты, конечно, подбиралась эльфами тщательно. Я в очередной раз имел возможность в этом убедиться. Но сейчас у меня был неоспоримый козырь. Я знал, что они не собирались отдавать мне артефакт. И пока ещё не намекнул о союзе, предложенном Грантером.
Ундинеллия приподняла бровь:
— Слушаю.
— Повезёшь эльфийским повелителям моё новое предложение. Остальные пока останутся здесь. В качестве гарантии. Собирайся и будь готова.
Развернувшись, я оставил их в беспокойстве и недоумении.
Бросил взгляд на метку. Пока не придёт донесение от моих дайтэ, предпринимать что-либо всё равно не стоит.
Понимал, что может пройти время. И даже не один день. Но мысли о Траверте, тревога за неё заполняли, казалось, все артерии и вены, всего меня без остатка. Душу гнело нехорошее предчувствие. Я очень надеялся, что это лишь тревога. Невозможность защитить. Но понимал: пока не получу отчёт, не удостоверюсь — не успокоюсь.
У портала на миг задумался. Хотелось завалиться в кровать. Выспаться наконец. Послать всех к лютым оргам.
Но лучше поскорее подготовить свои требования. И как только мне станет известна ситуация, тут же отправить эльфийку с посланием. И угрозой, если понадобится. Настолько ли им нужна моя жизнь, чтобы пожертвовать и собственной делегацией, и мирным договором?
Поэтому переместился сразу к Слоу. Едва не столкнувшись в портале с парой дроу, ведущих незнакомого мне мужчину в цепях. Человека.
Тот источал не самые приятные благовония — точнее, вония, вовсе не благо. Изрыгал тонны ругательств и проклятий.
Слегка нахмурившись, я смотрел, как они выходят из портала следом за мной. Обернулся с некоторым недоумением к дознавателю.
— Ваш заказ, — хмыкнул Слоу, и до меня дошло:
— Соэлий Аэртан?
Дознаватель кивнул. Мужчина глянул так люто, будто при первой же неосторожности со стороны конвоиров бросится не раздумывая.
Худой, измождённый. Некогда сильный и молодой, но месяцы в шахтах явно выжали из него много соков.
Глаза тёмные, сверкающие ненавистью. Волосы грязные и беспорядочно отросшие.
Слоу смотрел на меня не без любопытства, но соблюдал профессиональную этику и не встревал.
— Приведите его в порядок, — приказал я. — Проследите, чтобы не попытался сбежать.
— Ты, вонючий дроу! Полукровка недоделанный! — перемежая оскорбления ругательствами, забился в цепях парень, пытаясь вырваться от конвоиров.
Руки сами собой сжались в кулаки. Чтобы какой-то человечишка смел так обращаться к Ночному принцу?! Да если бы не Мэгги…
— Уведите его, пока я не передумал, — бросил резко, разворачиваясь.
Звуки сделались приглушёнными — похоже, Аэртану в рот засунули кляп. А ведь я планировал нормально с ним переговорить!
Обойдётся.
— Зачем он вам? — осторожно поинтересовался дознаватель, когда дроу буквально вытащили разошедшегося Соэлия из кабинета.
— Потом расскажу. Сейчас идём займёмся договором. Хочу, чтобы он был готов, и как только получу сообщение, сразу отправлю эльфийку передать свои требования.
Слоу набрал воздуха, собираясь начать вопрос, но я перебил:
— Не здесь.
Пока я отдавал пару распоряжений, он захватил несколько магических артефактов и следилок, и двинулся за мной к порталу. Спустя четверть часа мы уже расположились в скрытом логове.
С’Айсмет сидел в кресле, я — проверял всё ценное, что так долго оставалось здесь. Начиная с Лунного артефакта. И лишь удостоверившись, что всё осталось на местах и брат с сестрой, похоже, пока не добрались сюда, успокоился. Вернулся к нашему круглому столу.
Кальвера не хватало. И от него тоже не было никаких вестей. Я с трудом заставлял себя не связаться, не спросить, как там Эсмаилья. Добрались ли до храма.
Забрали ли из её груди этот оргов артефакт.
Судя по раскалённой лаве в моей груди — не забрали. Или он не имел к лаве ни малейшего отношения.
Я отпустил Кальвера. Дал ему свободу. Я не могу постоянно продолжать требовать его помощи!
И ещё уверен, сам он обязательно передал бы, если бы было, что.
— Аммарен вернулась, — произнёс Слоу, бросив на меня вопросительный взгляд.
— Потом, — отозвался я. — Матери пока про перемену моих намерений знать не нужно.
Дознаватель медленно кивнул. И я принялся вводить его в курс дела, пересказывая заодно наши приключения.
С’Айсмет слушал, не перебивая. Изредка сводил пальцы или пытался стукнуть ими по столу, явно подозревая, к чему идёт. После какое-то время молчал.
За окнами опустилась ночь. По всем подсчётам эльфы уже должны были добраться хоть до какого-то храма! Помочь Эсмаилье!
А мои дайтэ их выследить. Я отправил в погоню лучших.
Под конец рассказа я уже не сводил глаз с метки. Хоть кто-то должен был выйти на связь! Я совершенно однозначно указал приоритеты.
— Пусть Аммарен «доложит» королеве, что Гельри с Грантером пытались играть против
